«Я жив, потому что меня пожалел Бог». Парсуна протоиерея Геннадия Заридзе
Почему наука без Бога — это просто «примитивная форма исследования мира»? В чём разница между настоящим искусством и деструктивным контентом, убивающим душу? Как простить того, кто предал? И почему любовь — это антагонизм гордости?
Как археология может служить Богу? Парсуна академика РАН Николая Макарова
Почему археолог — это всегда путник, идущий осмысленной дорогой? Как изучение древностей может привести к вере? Где в России можно почувствовать присутствие Бога?
«Не имею человека»: о чем мы молчим перед Богом
Бывает, что знакомый с детства евангельский сюжет вдруг открывается заново и заставляет нечто обнаружить в тебе самом. Причем вновь высвеченное в нас Евангелием, увы, не всегда радует глаз…
«Американская мечта привела меня в Нью-Йорк, а смерть бабушки — в Церковь»: телеведущая Кэндис Оуэнс о возвращении домой
Как Кэндис смогла спастись от гонки за «американской мечтой»? Почему Америка подменила Бога наукой? Как связаны вера и сохранение традиционных ценностей? И почему американская журналистка видит Россию как оплот семьи?
Защита Отечества в реальности и в сети. Парсуна ученого Константина Гнидко
Где проходит фронт — на линии огня или в собственной душе? Почему вера — это не состояние, а процесс? Как совместить воинский долг, научный поиск и христианское смирение? Возможно ли объединить науку, искусство и религию как способы познания мира? Где проходит граница между пользой и опасностью ИИ? И зачем просить прощения у своих учителей?
В больнице нет счастливых людей? Парсуна протоиерея Александра Ткаченко
Почему надо бояться не ответа, а молчания Бога? Как сохранить трепет у алтаря спустя 30 лет служения? Можно ли оправдать зло и страдание невинных? И почему терпение — это добродетель, которая может привести ко греху? Здравствуйте, уважаемые друзья. Мы продолжаем писать «парсуны» наших современников. И сегодня у нас в гостях вновь протоиерей Александр Ткаченко. Отче,…
Что значит быть потомком одиннадцати святых? Парсуна иерея Анатолия Правдолюбова
Протоиерей Анатолий Правдолюбов — потомок священнической династии, в роду которого 11 святых. Как понять, что ты на своем месте? Почему чувствовать себя «винтиком в механизме» — это дар? Когда терпение не равно смирению? И как два года молчания на Афоне учат главному?
«Я понимала, что муж приносит себя в жертву — мне, моей профессии, но я никогда не слышала ни одного слова упрека», — Любовь Казарновская
О пути к вере, бабушке и Серафиме Саровском. О школе жестоких ударов и надежде только на себя. О семейном счастье и об отношении к «новому» взгляду на классические постановки. Об этом и многом другом поговорили Владимир Легойда и заслуженная артистка России Любовь Казарновская. Здравствуйте, уважаемые друзья, мы продолжаем писать парсуны наших современников. И сегодня у нас в гостях Любовь Казарновская. Любовь Юрьевна, здравствуйте. Здравствуйте. Я бесконечно рад вас видеть….
Безумно сложно полюбить человека, которому ты причинил зло, — Юрий Вяземский
К 75-летию Юрия Вяземского. Что тяжелее — пять-шесть лет учиться или жизнью пожертвовать? Не веруя в Бога, можно любить человечество? И другие сложные вопросы от великих писателей задал Владимир Легойда своему учителю, Юрию Вяземскому.
Страшно и ужасно. Колонка главного редактора
Да, любовь «движет солнце и светила», но, если любовь ошибается в объекте или не знает меры, итог может быть страшным.
«В зрительном зале передо мной Господь». Парсуна актёра Сергея Перегудова
Как дети сбрасывают с родителей шелуху, о роли старца Зосимы в рок-опере «Карамазовы», съемках при -37 градусах и отмороженных пальцах, кривом пути к батюшке в Оптиной пустыни и недопущении к исповеди, возрасте и чутком восприятии.
Русские в Китае: вера, история дружбы и сотрудничества. Парсуна дипломата Андрея Денисова
Свою профессиональную идентичность он определяет как «китаевед широкого профиля» и не скрывает, что любовь к делу важнее холодного расчёта. На примере переводческих ошибок и культурных кодов он показывает, как язык становится ключом к пониманию целой цивилизации.