Новый номер. Январь’ 15 в цитатах

Legojda_1Поиск Христа и следование Ему — это путь на Крест и Голгофу. Он не может и не должен быть простым. Это не мне так кажется — так написано в Евангелии. Оно ведь не повествует о том, что с приходом Христа наступило время всеобщего благосостояния, что как начали стелить Спасителю пальмовые ветви при Входе
 во Иерусалим, так и стелили «до победного конца». Нет: после были Голгофа и Распятие.
 И Воскресение.

Владимир Легойда о родителях, которые пришли в Церковь, и о детях, которые уходят.

МеньшоваА когда у тебя появляются дети, очень быстро понимаешь, в чем тут дело: рождение ребенка тебя, посути, впервые принуждает расставаться с эгоизмом. Ты совсем не хочешь этого, у тебя даже серьезная ломка происходит! Но каждый Божий день тебе при- ходится от себя отказываться — ты постепенно привыкаешь думать о себе в последнюю очередь! Причем на уровне инстинкта это происходит. И вдруг обнаруживаешь, что жизнь устроена парадоксально: когда ты расстаешься с эгоизмом — становишься человеком.

Юлия Меньшова об идеологии чайлдфри, суррогатном материнстве, праве заблуждаться и желании понять другого.

mitrich_gНет ничего более глупого и бестолкового, чем согласие и примирение. Прощают только лохи. Забыть про всю справедливость, прав­ду, логику — просто заплакать, обнять брата своего, сказать: «Прости меня». И услышать
в ответ: «И ты меня прости».

Дмитрий Соколов-Митрич про минувший год и геном войны.

tkachenko_gИ все наши ссоры друг с другом в конечном счете определяются именно этими животны­ ми движениями души. Мы либо защищаем от других людей свои удовольствия, либо боимся, что нам причинят боль. И не так уж важно, что эти боль и удовольствие могут быть не физиологическими, а душевными — на то мы и люди все­-таки, а не павианы.

Александр Ткаченко о том, почему мы постоянно ссоримся и как это прекаратить.

DoktorLizaОн приходил каждый день, как по часам,
с пяти до семи и сидел в холле хосписа, сце­ пив руки и глядя в одну точку. Иногда, устав сидеть, подходил к окну и подолгу смотрел на улицу. Справлялся о состоянии Н., при­ носил фрукты и пеленки и уходил, чтобы вернуться на следующий день и проделать то же самое.

Елизавета Глинка об отце, сыне и прощении.

jurunskaja_gНепостижимым для нас, таинственным образом Христос в Крещении взял на себя грехи мира, Сам оставаясь безгрешным. Тем самым Он уравнял нас (вместе со всеми нашими грехами) с Собой, и отныне стал Первым из людей, что помогло Ему в дальнейшем стать Первенцем из мертвых, то есть Первым воскресшим, Победителем смерти.

 — Марина Андреевна Журинская долгое время читала с нами Евангелие. В этом номере мы перечитываем отрывок Евангелия от Матфея о Крещении Господнем.

makovejchukГоры Северного Кавказа таят в себе не только бесподобные красоты природы. Здесь в раннем Средневековье существовали мощные государства, народы которых первыми приняли христианство
на территории современной России, задолго до крещения Киевской Руси. Сохранившиеся храмы и часовни, как стражи, возвышаются на горных пиках так, что их видно за многие километры.

Юлия Маковейчук о древнейшем храме России.

ИРОНИЯКогда-то отблеск этого забытого жанра в фильме наполнял мое сердце радостью и надеждой на возможность чуда. Но теперь я вижу в этой истории совсем другой смысл. И уже не могу, как прежде, радоваться
за тех, кто оказался игрушкой в руках судьбы — божества, способного иронизировать.

Александр Ткаченко об «Иронии судьбы», как рождественской истории без Бога.

4 T

Не то чтобы Иванов отказался от перво­ начального замысла своей работы, но меня­ лись направления общественной мысли, новое поколение давало свое прочтение картине. Да и сам художник за двадцать лет работы над картиной поменялся внутренне. Неудивительно, что в 1855 году в его пись­ме к неизвестному адресату мы находим те самые строки «большая картина более и более понижается в глазах моих».

искусствовед Инна Волошина о том, почему Александр Иванов охладел к своей самой известной картине.

VolodihinDCуть исторической судьбы Русской Церкви в ту пору такова: путь страданий и потерь во имя Христа начался не с октября 1917-го, а восемью месяцами раньше.

историк Дмитрий Володихин о том, действительно ли Синод перед революцией состоял из ставленников Распутина? Правда ли, что в церковном управлении все с одобрением приняли новую власть, боясь пострадать за несогласную позицию? Этим текстом мы продолжаем тему, поднятую историком Федором Гайдой в ноябрьском номере “Фомы”.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Метценгерштейн
    Январь 6, 2015 23:11

    Позабавил заголовок » об «Иронии судьбы» как рождественской истории без Бога». Товарищи, если «Ирония судьбы» без Бога, тогда берите шире — скажите, что 70 с лишним лет сов. власти были без Бога (ну вот не было Его и всё, а потом появились МЫ, неофиты, и снова вдохнули в Него жизнь!), что это была другая сказка, а мы со своими верованиями в это так же не играем, как мальчик, верящий в Санта Клауса, не играет в Деда Мороза и наоборот.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.