Великая Суббота

В чем смысл этого дня?

Еще кругом ночная мгла.
Еще так рано в мире,
Что звездам в небе нет числа,
И каждая, как день, светла,
И если бы земля могла,
Она бы Пасху проспала
Под чтение Псалтыри.

Роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго», опубликованный в 1957 году за границей, принятый там на ура и в первые же два года переведенный на 24 языка, в Советском Союзе имел хождение в списках и нелегальных копиях, впервые он был опубликован для российского читателя только в 1988 году, в перестройку. Из-за этого романа Пастернак подвергся жестокой травле советской общественности и властей. А многие российские деятели культуры, науки, политического андерграунда, пережившие то время, 60-е и 70-е годы, эпоху хрущевского самодурства и брежневского застоя, вспоминают: к христианству нас привел Пастернак. Стихи, написанные им от имени главного героя, Юрия Живаго, и присоединенные к роману, для многих людей в атмосфере свинцового атеистического давления стали окном в православную духовность … Одно из замечательных стихотворений этого цикла — «На Страстной», оно хорошо знакомо тысячам читателей, в наши дни вошло в школьные хрестоматии и антологии христианской лирики.

И со Страстного четверга
Вплоть до Страстной субботы
Вода буравит берега
И вьет водовороты.
И лес раздет и непокрыт,
И на Страстях Христовых,
Как строй молящихся, стоит
Толпой стволов сосновых.

К какому именно дню Страстной недели относится стихотворение, читателю, хорошо разбирающемуся в православном богослужении, его реалиях и особенностях, нелегко определить точно. В нем есть приметы и седмиц Великого поста, когда за богослужением, кафизма за кафизмой, неоднократно прочитывается вся Псалтырь, и Великого Пятка — крестный погребальный ход с Плащаницей совершается именно в пятницу, да и та же Псалтырь, особенно 17-я кафизма 118 псалма, традиционно читается при погребении… Что ж, «На Страстной» — поэтическое произведение, а не отрывок из Типикона, изучать по нему богослужебный устав было бы нелепо. Тем не менее основная тональность стихотворения — это тональность Великой Субботы. Печального, тихого и прекрасного дня, когда Господь наш Иисус Христос телом Своим — во гробе, душою же — в глубинах ада, когда жива наша боль от голгофских потрясений Пятницы, но немыслимая, небесная надежда на Воскресение, на утро нового невечернего дня Христова, уже светит нам сквозь печаль и тишину. Этой тональностью стихотворение Пастернака напоминает нам библейские строки пророка Исаии: «Кричат мне с Сеира: сторож, сколько ночи? сторож, сколько ночи? Сторож отвечает: приближается утро, но еще ночь» (Ис 21:11—12). Напоминает и то положение , которое занимает ныне, во времени и земной истории, Церковь воинствующая, Церковь земная, положение, о котором напоминал апостол Павел и которое должен осознавать всякий, считающий себя христианином: «уже» и «еще не», Царство Божие уже пришло к нам в силе, Воскресение уже дано нам — но мы все еще в процессе его достижения и чаяния, все еще сражаемся с грехом и смертью за свою свободу и вечную жизнь во Христе, потому с таким упованием и возглашаем: «Маранафа» — «Ей, гряди, Господи Иисусе!»

Службы Великой Субботы сохранили ряд характерных черт раннехристианского Богослужения. Они имеют ряд литургических особенностей: Великая Суббота — канун Светлого Воскресения, в богослужении Великой Субботы прослеживаются как траурные, так и праздничные воскресные черты. По обычаю важнейших постных дней Литургия совершается после вечерни (как в Великий Четверг и навечерия Рождества Христова и Богоявления). По традиции в течение многих веков именно в этот день совершалось крещение оглашенных , в связи с чем в богослужении присутствуют многочисленные ветхозаветные чтения: 15 паремий, 15 отрывков из книг Ветхого Завета, от книги Бытия до пророчеств Даниила, читаемых на вечерне, говорят о страстях, смерти и воскресении Спасителя, сына Божия, и грядущей славе Церкви Новозаветной. А на Литургии вместо Херувимской поется древний гимн Иерусалимской церкви: «Да молчит всякая плоть человеча и да стоит со страхом и трепетом, и ничтоже земное в себе да помышляет: Царь бо царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным. Предходят же Сему лицы Ангельстии со всяким Началом и Властию, многоочитии Херувими и шестокрилатии Серафими, лица закрывающе и вопиюще песнь: аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа».

Фото www.flickr.com/photos/spbpda

Фото www.flickr.com/photos/spbpda

О том, что после распятия и смерти Христос душою Своею сошел во ад, в Новом Завете почти ничего не сказано, кроме слов Самого Христа ученикам: Как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи (Мф 12:40), и некоторых упоминаний в посланиях апостольских , например: Потому что и Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал (1 Пет 3:19—20). Однако представление о том, что Господь в день субботний, сойдя душою во ад, проповедовал там весть о Царстве Божием и вывел души праведников на свободу, в рай, где до того пребывали только взятые живыми на небо пророки Илия и Енох, а также благоразумный разбойник, на кресте исповедавший Христа, является одной из основ православного учения. Это представление служит каноническим иконописным сюжетом Воскресения: валяются сорванные с петель створки адских врат, и Христос, в особом миндалевидном нимбе (мандорле), выводит Адама, Еву и других праведников из адских глубин. Наиболее полно сошествие во ад описано в апокрифическом «Евангелии от Никодима» (3 век). В России на его основе старообрядцами был составлен апокрифический сборник «Страсти Христовы». В этом сборнике в отдельной главе «О воскресении Христове и о сошествии его во ад»рассказывается, что «Исус Христос сниде во ад, диявола гоня» и приводится рассказ с описанием битвы у ворот ада (сам ад символически описывается как некое одушевленное существо, соратник сатаны). Дьявол оказывается пойманным Христом, который «сведе и в преисподняя земли, во юдоль плачевную, и связа его узами железными и нерешимыми, и посла его во огонь неугасимый и червь неусыпающий».

Великая Суббота — день, исполненный тишины и покоя. И ветер в этот день утихает, молчит небо, молчит земля… Но для нас это день, исполненный не только печали, но и надежды, и ожидания. Повисают в воздухе капли святой воды, священник проходит, освящая куличи, яйца, пасхальную снедь. Вот уже и вечер, в храме начинают читать Деяния Апостолов… И совсем скоро мы запоем: «Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех, и нас на земле сподоби чистым сердцем Тебе славити».

Но в полночь смолкнут тварь и плоть,
Заслышав слух весенний,
Что только-только распогодь,
Смерть можно будет побороть
Усильем Воскресенья. 

 

Читайте также: Паремии Великой Субботы. Или 15 ступеней к Пасхе

 

Иллюстрация: Христос выводит праведников из ада. Фреска Андреа Бонаиути да Фиренце в церкви Санта-Мария-Новелла, Флоренция. 1365—1368 годы

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (9 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Галина
    Апрель 30, 2016 10:27

    Ошибка, к сожалению вкралась: 118 псалом, 17-я кафизма

    • Владимир Гурболиков
      Апрель 30, 2016 13:28

      Да, спасибо, исправили опечатку…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.