К поясу Богородицы

Очередь - это как прорубь в Крещение: никогда не помешает

Были с женой Катей у Пояса Богородицы. Слава Богу, приложились. Прошли без очереди, — по пропуску. Обретение пропуска расцениваю как милость, ибо Катя бы точно очередь не выстояла. Такие вот вип-чиновники мы — ага. Можете ругаться, но тему пропусков я считаю полностью надуманной: те, кто говорят о том, что это кошмар и все такое, наверное, никогда не стояли в такой очереди. Тем, кто стоял хоть раз в многочасовой, но такой по-человечески теплой очереди к святыне, знают это незабываемое ощущение Причастности. Не показушной причастности, не истерично-футбольной, не митинговой, а тихой, уверенной, доброй, и какой-то по-настоящему вечной. Те, кто обошел очередь — их радость была короче, по их физической немощи или — не спорю — лености. Очередь — это как прорубь в Крещение: никогда не помешает. Так что Ксюшу Собчак можно простить — не ведает, что глаголет.

Под звуки: только прикасаться рукой, не целовать (ковчег еще не подняли над головой), чмокнул темную полоску, шитую серебряными нитками, и — пишу совершенно искренне — ощутил невымученную и какую-то детскую трогательную радость, — до слез. Радуясь и понимая, что такая легкость, доступность — это как-то слишком, незаслуженно просто, решили как-то зацепиться внутри храма. Под шумок проникли правее от прохода под бархатную веревку, и под окрики «туда нельзя» приложились к частице ризы Богородицы. Затем сдали назад, и остановились под стеной у груды ящиков с поясками. Просто постоять и помолиться. Очень не хотелось уходить.

Чуть позже за ящиками пришли волонтеры — добровольцы, помогающие раздавать иконки и пояски, я помог им отнести пару ящиков на улицу. Потом пришел начальник, и попытался нас идентифицировать. Я сказал, что помогаю носить ящики, а Катя сменила уже позеленевшую девочку, ведущую по ним письменную отчетность. Так мы стали волонтерами. Потом нас забыли сменить, и мы подвизались там около пяти часов. Вот так все на Руси: если сразу не выгонят, то обязательно поставят на ответственный пост, и забудут сменить.

Потом пошла работа. Неполный ящик поясков (в полном — 700 поясков) мы отдали «Альфа-Вымпелу». Ящик отдали в Северную Осетию. Ну и там — по мелочи — разным игуменам да настоятелям — в Сибирь, на юг, в Подмосковье. Основной же объем шел выходящим из храма: сестры милосердия и волонтеры раздавали их на выходе. Начальник жаловался: если бы вы знали, как эти пояски монахини Марфо-Мариинской обители делали — с радостью, с молитвой, сутками. А теперь,говорят, что пояски уже продают у Парка Культуры по 500 рублей.

Позже привезли еще грузовичок из Марфо-Мариинской, и мы с волонтерами его разгрузили. Пришел священник, и освятил ковчегом ящики. И мы — уже аккуратно и трепетно — загрузили их назад, развозить по городам и весям.

Запомнились бесноватые — за 5 часов их было двое. Орали зело.

Еще говорили с медбратом — сказал, все в порядке, ничего экстраординарного у их бригады не было. Менты не орали и никого сапогами не били. Самый напряжный кордон был первый — у Кропоткинской, там люди реально бред какой-то несли, и ментов доставали, — один блюститель кричал, да. Нервная профессия.

Информация в топ РБК по поводу многоразового использования пропусков — ложь: на четвертом кордоне их надрезали ножницами, а на пятом, на входе в храм, забирали. Таким образом дважды по ним уже нельзя было пройти никак.

Доренко пишет, что РПЦ таким образом демонстрирует свою мощь мусульманам. «Может вывести миллион и два…» Куда вывести? Какой изысканный маразм.

Поздно вечером занесло меня в музей Храм Христа Спасителя. Там гулко и пусто. Одиноко скучал охранник. Я побродил-посмотрел фотографии с Патриархом.

Потом, уже совсем поздно вечером пришли спортсмены — борцы кажется. Молодые совсем, все славяне. Ребята крепкие, румяные и веселые. Они нас сменили, и мы пошли домой.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (3 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.