Мое сокровенное. Поэзия Юрия Левитанского – Православный журнал «Фома»

Мое сокровенное. Поэзия Юрия Левитанского

Приблизительное время чтения: 3 мин.

Код для вставки
Код скопирован

Именно в январе — ровно сто лет назад — он появился на Божий свет, и в январе же — четверть века тому — покинул его. Поэт Юрий Левитанский навсегда остался новогодним человеком. Он любил этот первый из двенадцати месяцев как может любить снежный январь только мудрый и взрослый ребенок: не только за личную причастность к зачину года, за праздники и каникулы, но и за острое предчувствие кругового зарождения нового времени, за подспудно вызревающую весну с сарафанами и «легкими платьями из ситца». Вьюга еще кружит, но ее «кабала и опала» — недолговечны.

Совместный проект журналов «Фома» и «Новый мир» — рубрика «Строфы» Павла Крючкова, заместителя главного редактора и заведующего отдела поэзии «Нового мира».

«— Чем же все это окончится? — Будет апрель. / — Будет апрель, вы уверены? — Да, я уверен. / Я уже слышал, и слух этот мною проверен, / будто бы в роще сегодня звенела свирель…»

Знаменитый «Диалог у новогодней елки», напечатанный в первой из его главных поэтических книг, в лирично-пронзительном «Кинематографе» (1970), вот уже более сорока лет звучит для нас голосами Никитиных из фильма «Москва слезам не верит».

Мое сокровенное. Поэзия Юрия Левитанского
Фото В. Кантора

Левитанский никогда не был песенником, но этот «Диалог…», как и балладное «Каждый выбирает для себя…», и печально-раздумчивое «Не поговорили» — повернулся к читателю и слушателю новыми тонально-гармоническими гранями.

Поздравляя вас со столетием Левитанского, нам захотелось представить его нежный, акварельный талант четырьмя стихотворениями: от прикровенного воспоминания о войне — к выношенной жажде предстояния перед Создателем и главного разговора с Ним.

Среди многих воспоминаний об этом большом поэте мне как-то особенно запомнились слова его ученицы и многолетней собеседницы Олеси Николаевой: «В нем была драгоценная любовь к скорбям — amor fati, — которая достается поэтам как крест и как дар. Плакальщик и печальник, наш вечный Пьеро, белая ворона среди здравомыслящих и комильфотных московских поэтов…»

Пользуясь случаем, поприветствую создателей насыщенного и теплого интернет-сайта, посвященного Юрию Давидовичу, и благодарно поклонюсь жене поэта — замечательной Ирине Машковской-Левитанской.

Мое сокровенное. Поэзия Юрия Левитанского
Рисунок Евгении Меламуд

Воспоминанье о красном снеге

Я лежал на этом снегу
и не знал,
что я замерзаю,
и лыжи идущих мимо
поскрипывали
почти что у моего лица.
Близко горела деревня,
небо было от этого красным,
и снег подо мною
был красным,
как поле маков,
и было тепло на этом снегу,
как в детстве
под одеялом,
и я уже засыпал,
засыпал,
возвращаясь в детство
под стук пролетки
по булыжнику мостовой,
на веранду,
застеклённую красным,
где красные помидоры в тарелке,
и золотые шары у крылечка —
звук пролетки,
цоканье лошадиных подков
по квадратикам
красных булыжин.

***

Задумал силой меряться
не с кем-нибудь — с судьбой.
Как Дон Кихот и мельница,
воюю сам с собой.
То вскачь гремлю доспехами,
то, спешившись, бегу.
Особыми успехами
похвастать не могу.
С насмешливыми лицами,
все злей день ото дня,
мои соседи рыцари
взирают на меня.
Но пусть гидальго бедного
не лавры ждут, увы,
а все ж он таза медного
не сдёрнет с головы.
Там, под щитом и латами,
душа его болит
и в бой идти с крылатыми
колдуньями велит…
Неспешно время мелется,
идет неравный бой.
Как Дон Кихот и мельница,
воюю сам с собой.
Зияют раны рваные
там, слева, под плечом,
и крылья деревянные
изрублены мечом.

***

Пред вами жизнь моя — прочтите жизнь мою.
Её, как рукопись, на суд вам отдаю,
как достоверный исторический роман,
где есть местами романтический туман,
но неизменно пробивает себе путь
реалистическая соль его и суть.
Прочтите жизнь мою, прочтите жизнь мою.
Я вам на суд её смиренно отдаю.
Я все вложил в неё, что знал и что имел.
Я так писал её, как мог и как умел.
И стоит вам хотя б затем её прочесть,
чтоб все грехи мои и промахи учесть,
чтоб всех оплошностей моих не повторять,
на повторенье уже время не терять, —
мне так хотелось бы, чтоб повесть ваших дней
моей была бы и правдивей, и верней!

Это я…

(Из ненаписанных
стихотворений)
Есть любимые книги,
есть любимые названья,
существующие
как бы отдельно,
независимо
друг от друга.
В наше время
демонстраций,
манифестаций,
всевозможных шествий
вижу себя
в одной из колонн
с транспарантом,
на котором начертано
самое моё любимое,
заповедное,
сокровенное,
от которого
дух у меня захватывает —
нет, не названье,
нечто гораздо большее,
чем названье
(жизни? судьбы? пути?),
возглас отчаянья,
крик о помощи,
мольба о помилованье —
это я,
это я, Господи,
Господи,
это я!


Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (22 голосов, средняя: 5,00 из 5)
Загрузка...
22 января 2022
Поделиться:

    Отменить ежемесячное пожертвование вы можете в любой момент здесь