Рдея. Собор на болотах

Путешествие к затерянной обители

Рдейско-Полистовские болота на Новгородчине — самый большой в Европе болотный массив с уникальной экосистемой. В этих безграничных болотах есть озеро Рдейское, большое, чистое. В озеро Рдейское врезается полуостров твердой земли. А на полуострове стоит заброшенный грандиозный собор. Как в сказке: игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце… Это — сказочная Рдея, бывшая Рдейская пустынь. Рукотворное чудо среди труднопроходимых болот.

 Кусок тундры

Представьте себе километры болот, топей, гатей, мха… «Нечто вроде куска тундры, капризом природы перенесенного на 20 градусов южнее тех мест, где ей полагается находиться», как писал путешественник XIX века князь В. А. Оболенский. И вдруг — небольшой островок леса и твердой земли: с трех сторон к нему подступает чистейшей воды Рдейское озеро, но дойти можно только с четвертой, с болот. Потому что берега озера заболочены. И вот на этом пустыре стоит огромный собор в псевдорусском стиле — все, что осталось от богатейшего монастыря, Свято-Успенской Рдейской пустыни.

 

Раньше добраться до нее можно было даже на карете, но сегодня дорога заросла, прежние гати сгнили. Пешком мало кто ходит на Рдею: в основном люди добираются до пустыни на самоходках, массивных машинах на гусеничном ходу. Садятся внутрь, а смельчаки на крышу, и — поехали! Но даже самоходки иногда застревают, зарываются носом в болотную жижу.

Мы с друзьями пошли пешком, и решено было добираться в два дня: чтобы не получилось с корабля на бал, из клокочущей Москвы, с поезда — и сразу в монастырскую глушь. Ко встрече со Рдеей хочется подготовиться…

Самое раннее документальное упоминание о монастыре — 1666 год, год строительства того самого первого, деревянного, храма в память основателей сурового Соловецкого монастыря. Хотя, по всей видимости, отшельники селились здесь еще раньше.

Пустынь уже когда-то приходила в упадок и «восставала из пепла»: при Екатерине II труднодоступный монастырь расформировали, хотя местные жители, «жихари», продолжали ходить сюда как в приходской храм. Возродился монастырь благодаря меценату Александру Мамонтову в конце ХIX века. Последний, и единственный сохранившийся, собор — Успенский — строили именно его стараниями в течение пяти лет, с 1897 по 1902 год.

Этот храм вполне достоин стоять в одном ряду со Спасом-на-Крови в Санкт-Петербурге: храмовое пространство, вмещающее около 800 человек, витражи на окнах, плитка, кованые узорчатые решетки, чуть ли не впервые использованное паровое отопление. На освящении в 1902 году собралось столько жителей из окрестных сел и деревень, что в огромном соборе — толчея, и большинство приехавших «усыпало» монастырскую территорию.

«Вереницы богомольцев все прибывают и прибывают. Все помещения для публики (гостиницы и сторожки) нарасхват занимаются. За стенами монастыря около причтовых домов расположились торговцы с пряниками, кренделями, яблоками и селедками; их толпою окружают покупатели-богомольцы. Кое-где раздается веселый смех молодежи. Интеллигенты с важным видом гуляют по берегу озера. Тут же просят откуда-то взявшиеся нищие…» — писал о дне храмового праздника (Успение 1908 года) священник Успенского собора Владимир Мстиславский.

Это момент расцвета монастыря — во всяком случае, внешнего. Он огражден трехметровой крепостной стеной, внутри стоят несколько храмов, в том числе надвратная церковь; гостиницы принимают паломников; обширное хозяйство — пахотные, сенокосные земли, деревни, лес — кормит множество людей; на территории обители — конюшня, каретный сарай, дома причта и избы для рабочих; монахини работают в мастерских, ухаживают за обширным садом, огородами. И на много километров вокруг слышен звон 300-пудового колокола…

Благоденствие и бунт послушниц

Современную Рдею мы увидели совсем другой: от стены остался метр камня, а из нескольких десятков зданий уцелел только собор – стоит, зияет пустыми глазницами зарешеченых окон и плачется стенами, «щедро» исписанными вандалами. Еще в Первую мировую войну рдейская гостиница принимала беженцев, а в Великую Отечественную здесь был партизанский край. Немцы выжигали окрестные деревни, и, чтобы заново отстроиться, местные жители разобрали все здания на кирпичи. Но собор — не тронули.

Хотя он уже тогда стоял пустой…

Революция довольно скоро «докатилась» до рдейских болот — конфискацией имущества, продуктов, скота, посевного зерна. В монастырь пришла скудость. А вместе с ней — бунт. В 1918 году против игуменьи взбунтовались трое послушниц. Они изгнали ее и организовали «комитет» сестер в качестве альтернативного метода управления. Итог — анархия. Вскоре бунтовщицы были изгнаны из монастыря. Но в обитель дисциплина и мирный дух уже никогда не вернулись.

В 1920-е годы закрыли собор, сначала там была сельхозтехника, а в 1934 году здание просто опечатали, местного священника и последнюю игуменью — расстреляли. Собор разворовали, хотя чудом сохранилось мраморное обрамление иконостаса и польская плитка с голубыми цветами, напоминающими и сегодня о «детстве» этого храма.

Эти места знают трех новомучеников. Последний священник Рдейской пустыни, Иоанн Белоликов — потомственный священнослужитель, чьи отец и все семь братьев были в сане — был расстрелян в 1937 году. Трое его братьев также погибли от рук новой власти. Последнюю игуменью — семидесятилетнюю старицу Филарету — расстреляли в 1938 году. Местный отшельник, Юрий, и другие знатоки этих мест утверждают, что была еще одна мученица: говорят, монахиню, жившую здесь отшельницей до 1942 года, пытали и убили партизаны, заподозрив в сотрудничестве с немцами. Правда это или нет, но с тех пор постоянному присутствию человека тут пришел конец. До наших дней…

Фото с ежегодного фестиваля мотопарапланеристов

Монтаж купола на новую деревянную церковь Сретения Господня

Тяжелые восстановительные работы

Отшельник

…Обычная предпоходная переписка: «Разбирайте еду! Кто возьмет продукты для Юрия?» — «Стоп. А кто такой Юрий и почему для него нужны отдельные продукты?» — «Ты все пропустила: это отшельник, он живет один на Рдее!»

Как правило, мы не ходим в обжитые места. Но, как правило, люди при разрушенных храмах и монастырях и не живут. А Юрий семь лет живет на Рдее. Когда-то задумал уйти в монастырь, на Валдай, но, услышав про Рдейскую пустынь, приехал посмотреть, да так и остался. Совсем один. Ребята познакомились с ним в прошлую ходку — зимнюю (обычно люди ходят на Рдею зимой, когда болота покрываются льдами). Соорудили вместе с ним мостки через речку Редью, что на Тропе. Сфотографировались на память. Прошло пять лет. И вот — везем ту фотографию и, конечно, продукты. Юрий обрадуется! Что-то будет?..

Первая ночевка — в бывшем монастырском селе Высокое. Последний житель уехал оттуда еще в 2001 году, кругом запустение, деревянные постройки безропотно разрушаются, но вот чудо: яблони в Высоком клонятся, усыпанные плодами, и до того сладкими и сочными!.. Когда-то это гиблое место было богатой деревней, с конным двором, коровником, садом, пахотными землями.

Из Высокого вышли наугад, не зная тропы, по GPS, и вечером увидели над лесом купола. Рдея! Непривычно твердая земля — не надо смотреть под ноги, «щупать» тропу шестом!

 Вместо Юрия навстречу выходит какой-то незнакомый мужчина: оказалось, их теперь двое, насельников! Сергей, столяр из Санкт-Петербурга, тоже приехал сюда несколько лет назад и своими руками построил маленькую деревянную церковь вместе с десятками и даже сотнями добровольцев. Более приветливого и «юморного» человека себе трудно вообразить.

— Стой. Спаси меня! — останавливает Сергей одного из спутников, задумчиво бредущего по своим делам. — Возьми огурцы! У меня их столько, я уже их видеть не могу!

Сергей. Фото А. Кочевника.

 Так что на ужин у нас дополнительное «блюдо»: огурцы и помидоры.

Юрий совсем другого склада: молитвенного. Приехав сюда, он умел только читать Псалтирь. В своей деревне немного пел на клиросе в храме. А тут пришлось самому осваивать устав. Положил себе правило, от которого не отступал ни на день: каждое утро вставать с рассветом и служить утреню. «Однажды работы было очень много — крышу крыл, не успевал закончить, и решил опустить это правило. Пять дней не читал. И так мне плохо было! Понял, что ничто не стоит того, чтобы оставлять молитву».

Отшельник Юрий

Это сейчас у него маленькое хозяйство — пасека, огород, а раньше ничего, кроме маленького деревянного домика, не было. «Было иногда так тяжело, что не описать. Если бы не вспоминал, что “претерпевший до конца спасется”, не знаю, как выдержал бы!»

Рассказывает, что в первые годы во время дождей не знал, где в соборе встать так, чтобы на него не капала вода! За десятилетия запустения крыша поросла деревьями, которые практически закрывали собой уцелевшие купола. Налетел слой земли в несколько метров. Когда добровольцы стали очищать ее, сняли и вывезли 80 тонн земли! Вместе с Юрием сделали кровлю, надстроили отсутствовавший центральный купол.

На алтарной перегородке висит почтовый ящик.

На полу — плитка.

Ее пытались вывозить отсюда. Легенда это или нет, но говорят, что облицованные этой плиткой бани или дома сгорали, и по этой или по какой иной причине перепуганные грабители, бывало, возвращали плитку на место. «Ничего не берите в соборе — добром это не кончится», — полусуеверно говорят на видео с Youtube ребята, ездившие на Рдею на внедорожниках. То же говорили многие из бывавших на Рдее.

 

Волчара

Рдея привлекает самых разных людей. К примеру, каждый год в марте сюда прилетают спортсмены на парапланах и дельтапланах — в этом году уже в двенадцатый раз. Фотографии с высоты — просто потрясающие!

Но для кого-то Рдея — святыня, для кого-то — культурное наследие, а для кого-то, увы, — «место силы»…

В храме нам встречается залихватского вида мужчина в черных кожаных штанах и берцах, с волосами в хвост и большущим серебряным крестом на шее. Байкер, наверное? Он почти по-хозяйски входит в алтарь, целует икону. И потом с большой готовностью предлагает нам экскурсию.

Молодой паренек, друг «байкера», тут же приносит из лагеря фонари, и мы спускаемся и в подвалы монастыря… Удивительные, чем-то напоминающие Печорские пещеры — со сводчатыми потолками, лестничной кладкой стен, а главное — совсем сухие! Так тогда строили. В подвале лежит огромный котел — ему 100 лет, а выглядит так, будто стоит немного почистить и он готов хоть сейчас топиться!

Все интересно, хорошо, но что-то режет слух в рассказах нашего нового знакомца — и не поймем никак, что.

— А как вашего друга звать? — спрашиваем у паренька, сгрудившись в темноте подземелья.

— Волк.

— Как-как?

— Волк.

— Нет, серьезно, как вас зовут? — это уже к нашему экскурсоводу.

— Мое имя — Волычар.

— А можно, мы вас как-нибудь попроще будем называть, но похоже? Например, Володя?..

— Нет, называйте меня Волчара.

Улучив минутку, мчимся к Сергею.

— Сергей, а вот что это за человек такой нам все здесь показывал? Волчара, говорит. А как его на самом деле звать-то?

— Горе его звать!

— Как-как?

— Горе! — по-белорусски «гэкая», отвечает Сергей. — Не связывайтесь вы с ним, это компания эзотериков. Кто только сюда не приходит…

Компания «Волка» очень гостеприимна и дружелюбна: они стоят лагерем по соседству и настойчиво зовут нас вечером на копченую рыбу. Вечером заходим к ним. Новые знакомые допытываются: а какие имена у вас, как вас назвали люди? Но нас, как и вас, в крещении называли в честь мучеников — чего тут добавишь?..

Пока большая часть компании где-то ходила, в наш лагерь заглянул Юрий: предлагал присоединиться к нему, почитать правило. Жаль, что разминулись с ним! Но назавтра твердо обещаем себе не проспать и прийти в шесть на утреню…

Воскресенье. Проспав, с приличным опозданием прибегаем в маленький деревянный храм… Утреню служим втроем: один поет, двое читают. Юрий стоит босиком, привычными движениями перекладывает и листает книги. Время летит незаметно.

В собор мы вернемся еще раз, уже без экскурсий и рассказов про нумерологию и «места силы». Стоим без движения, в тишине, — и время снова исчезает…

Бесшумно пришел Юрий, и мы вдруг слышим за спинами его тихий, но уверенный голос:

— А давайте я тропарь Преображению прочитаю?

И читает тропарь и кондак.

— И еще — Успению Божьей Матери. Скоро праздник…

Это потом уже, сопоставив факты, мы поняли, что вышли в день памяти Савватия и Зосимы — покровителей Рдеи, а шли Успенским постом — к храму Успения. Это все потом. А пока — собираемся с силами, чтобы снова «форсировать» болота.

Вот и все. Прощай, Рдея!

Километровый участок дороги по болоту, который сделал Юрий

 

 

Как помочь Рдейскому монастырю

Помочь восстановлению Рдейской пустыни Вы можете через Благотворительный фонд возрождения Рдейского монастыря «Фонд Рдейский монастырь».Реквизиты:ИНН: 5317003232/531701001Номер счета: 4070381084313000003Наименование банка: Новгородское ОСБ 8629 г. Великий НовгородК/с: 30101810100000000698

БИК: 044959698

Почтовый адрес фонда: 175270, Новгородская область, г. Холм, ул. Октябрьская, д. 6а

 

Фото Александра Кочевника и др

Редакция благодарит авторов фотоснимков и фонд возрождения Рдейского монастыря за безвозмездно предоставленные снимки.

111 Михайлова (Посашко) Валерия
рубрика: Авторы » Топ авторы »
обозреватель журнала "Фома"
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Loading...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.