Сигнальный огонь

Поэзия Юрия Кублановского в рубрике Павла Крючкова

Сигнальный огонь

Из архива автора

Совместный проект журналов «Фома» и «Новый мир» — рубрика «Строфы» Павла Крючковазаместителя главного редактора и заведующего отдела поэзии «Нового мира».

Передо мною — книжная редкость: «Избранное» Юрия Кублановского, выпущенное в свет легендарным зарубежным «Ардисом» в 1981 году. Когда в подмосковную Апрелевку, где жил автор, нагрянули с обыском, то жандармы сразу же прошли на кухню и вытащили первую книгу поэта из пачки с овсянкой, где Юрий наивно спрятал свой сигнальный экземпляр…

На обороте — слова о стихотворце, перешагнувшем сакральный, 33-летний рубеж:

«Любовная лирика и Россия — вот две основных стихии, темы, начала, слитые в поэзии Юрия Кублановского в единый и органичный сплав… Поэт любит Россию… так, как можно любить родной дом — весь, целиком, с темными подвалами и светлыми комнатами, с грязью и свежестью, с холодными сквозняками и теплыми печами, который знаешь до последних мелочей — в пространстве (от Соловков до Карадага) и времени (от Киевско-Суздальской старины до Петербурга Пушкина и Москвы Пастернака)…»

И — в первом же стихотворении-диптихе, дата под которым относит нас в 1967 год, то есть на полвека назад, я читаю: «В своем забытьи я всегда тебя помнил такою: / из чёрного сада под горку скользила тропа / к апрельскому льду, проплывавшему по-над рекою, / и падала нежно на нас соляная крупа…»

В новом веке, готовя свое первое полное собрание лирики, он тронет эти старые стихи поздней кистью: соляная крупа начнёт падать щедро, апрельский лёд, утратив категорию времени, обретёт чуть ли не рукотворные очертания и станет лохматым, рассыпающимся в воде на глазах читателя. И только ли о женщине эти строки?

В нынешнем апреле Кублановскому — 70. Его поздняя лирика вызывает из памяти уже не столько звонкого «италианца» Константина Батюшкова, сколько живописную сумрачность пронзительного Евгения Боратынского.

Стихи просятся к перечитыванию, обещая новые измерения.

«…Из эмиграции-заграницы / я видел родину как икону / нерукотворную из темницы». Это из первой новомирской подборки нового тысячелетия, 2000 год. Так о родном Отечестве до него, действительно, никто не писал.

Vivat, Юрий Михайлович!

Павел Крючков,

заместитель главного редактора журнала «Новый мир»

 

Сигнальный огонь

Рисунок Ксении Наумовой

Снегири

Сначала снегири побледнели, угасла прежняя алость.
А теперь и вовсе на кладбищах ли,
бульварах, в садах у подёрнутой льдом реки
не встретишь ни колонии снегирей, ни даже разрозненных одиночек.

А когда-то на заиндевелых ветках у крыльца факультета
они поджидали нас после экзаменов-экзекуций,
напоминая о скорой рюмке, пылкой встрече,
разомкнутых створах жизни…

Февраль, 2017

 

***
Осень выдалась тогда золотая —
ни дождей, ни хмури.
Под Изборском ясновидящая слепая,
как вошёл к ней в горницу, сразу признала:
— Юрий.

Вся светилась кротостью голубиной,
словно принимала меня за брата.
А в промытых окнах над котловиной
раскалялся меркнущий спектр заката.

Несравненна эта на койке узкой
красота молитвенной жизни русской.

С той поры слизнула судьба полвека.
Прогулял я жизнь, забывал поститься,
одичал в норе своего сусека,
походя всё меньше на человека,
думающего, что ему простится.

Сам теперь я часто лежу, болея.
По другую сторону листопада,
если повидаемся, Пелагея,
вновь меня признаешь ли там за брата?

2015

Сигнальный огонь

Рисунок Ксении Наумовой

 

На закате

Прежде, от нашествий оберегая,
ухом прикладывались к земле.

Вот и мы сумерничаем, родная,
в красноватой, с древним оттенком мгле

посейчас не гаснущего заката.
Глянец неба гладок без бороны.

И пятно светила ещё пернато,
словно взмыл сигнальный огонь куда-то
вдаль — с изборской выщербленной стены.

Сентябрь, 2016

 

***

Ветви старой яблони плодоносят,
а на соседних — седой лишай.
Какой будет эта осень,
сама решай.
Давай поверим её посулам,
хитросплетеньям тернистых дуг,
покуда ветер внезапным гулом
не переполнил окрестность вдруг.

Зимою космос зазывней станет
свои пространства приоткрывать.
А мы, лесковские соборяне,
всё беспокойнее будем спать.
Как будто вызнать взялись пароли
в преддверье первого мартобря
у террористов «Земли и воли»
и так спасти своего Царя.

При этом даже не представляя
как нам дойти на заре скупой,
вскользь по льду реку пересекая
с уже завьюженною тропой,
туда — где сделает так Создатель,
чтоб стало многое по плечу,
чтоб ставил бывший бомбометатель
в своём приходе за нас свечу.

Cентябрь, 2016

 

Последние звёзды

Последние звёзды на посветлевшем небе,
словно свежие капли на линзе иллюминатора
в высоком тулове корабля…
Жаль, что лучшее время жизни —
время между волком и соловьём —
мы обычно проводим в спячке,
да ещё нередко приняв на грудь,
и не видим их —
ясных, многообещающих и прощальных.

Но покуда катится к ойкумене
хорошо, должно быть, знакомый Ною
океанский вал с бахромой и пеной,
вырастающий за спиною,
нас зовут к себе, заставляя зренье
обострять за слёзною пеленою,
эти малочисленные вкрапленья —
на излёте ночи над головою.

Май 2017 (169) №5Май 2017 (169) №5
рубрика:

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (4 votes, average: 4,50 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Евгений
    Апрель 28, 2017 22:12

    Юбиляру поздравления и наилучшие пожелания! И звёзды не последние, и снегири еще прилетят!)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.