О хорошей детской книге

Интервью Владимира Гурболикова

Оригинал публикации

«Настя и Никита» — это новый проект ИД “Фома”, предлагающий вниманию читателей произведения современных талантливых авторов. Книги для семейного чтения проиллюстрированы в лучших традициях отечественного книгоиздания. Рассчитана серия на детей старшего дошкольного и младшего школьного  возраста.

На вопросы Светланы Гаджинской отвечает первый заместитель главного редактора журнала “Фома” Владимир Гурболиков.

— На какой возраст читателей рассчитаны книги детской литературной серии “Настя и Никита”?

— Серия наша адресована детям от 6 до 10 лет, младшего школьного возраста. Это не значит, что каждое произведение, которое будет издано, любой ребенок сможет понять и полюбить. Это зависит от развития ребенка, его интересов, от позиции родителей, потому что мы предполагаем эту серию для семейного чтения, то есть совместного чтения родителем и ребенком. А понравится или не понравится — ну что ж… Даже многие взрослые любят не все, что считается классикой детской литературы. Это нормальное явление.

— Не слишком ли серьезные и даже трагические сюжеты избрали  вы для первых двух книг серии — “Прощай, Терминатор!” и “Король улиток”?
s640x480
— По первым двум выпускам “Насти и Никиты” все-таки трудно судить об общем настроении серии. Наверное, нужно было выпустить сразу 4 или даже 6 наименований. Думается, в ближайшее время читатель получит больший выбор. Но я бы не сказал, что первые вещи заканчиваются печально.

Дело в том, что в каждый выпуск зачастую (не везде) параллельно идут две разные истории. В каждом издании сосуществуют два пласта текста и смысла. Первый — это жизнь обычной семьи, с ее спорами и недоразумениями, вопросами и поиском смысла. Не скрою, что здесь есть и много поучительного. Параллельно ему присутствует художественное произведение — рассказ, сказка, стихотворение, очерк и т.д.  И оба этих пласта одинаково интересны и родителям, и детям.

Так вот саму историю окружает второй сюжет. И только из целостного восприятия двух потоков возникает общее ощущение. Мне не кажется, что в книгах нарушен баланс между драматическим и жизнеутверждающим. Но давайте подробнее.
Первая история “Прощай, Терминатор” — это вполне реалистический рассказ о том, как мальчик спасает от гибели птицу. Это серьезная и честная история, с которой можно столкнуться в любой момент, и не только в отношении животного. И то, что описание страданий подбитой птицы честное (хотя я считаю, без натурализации), это правильно. Часто мы, взрослые, решаем, что детей по возможности надо оградить от драматических переживаний, но это не всегда идет им на пользу.

00040g2g
Помню, как в детстве в моем дворе ребята расстреливали снежками голубя. И я не вступился за него, хотя понимал, что они делали гадкое дело. С одной стороны, я просто струсил. А с другой, у меня не было живого примера, как поступать. Уже потом, когда ребят прогнали взрослые, я отнес его на чердак и там выхаживал. Он выздоровел и смог улететь. Но воспоминание об этой трусости и незнании, как поступить, свежо и по сей день. Поэтому рассказ “Прощай, Терминатор!” для меня вдвойне правдив и важен. И кроме того, наши дети, к сожалению, постоянно сталкиваются с более страшной реальностью.

Из включенного телевизора на ребенка обрушивается гораздо более сильный поток трагической информации. Причем эта телеинформация не учит относиться к чужой беде правильно. Чаще она делает нас невосприимчивыми к человеческой боли. И сталкиваясь с трагедией в реальной жизни, мы часто оказываемся не готовы помочь.

— А герой “Короля улиток”? Он ведь гибнет…

— А “Русалочка” Андерсена? А замерзшая “Девочка со спичками”? А большинство житий наших святых мучеников? А, в конце концов, самое для нас главное — страдания и смерть Иисуса Христа?…

Хороший конец истории, сказочной или подлинной, далеко не всегда хорош с точки зрения бытовой, человеческой. Главное здесь — победа Добра и Правды. И без этого не были бы понятны ни жития святых, ни само Евангелие.
Нужно объяснять детям, что есть нечто такое, что выше смерти, важнее страданий. Ведь наши дети внимательно и серьезно относятся к смерти, думают, ищут ответы. И мы не сталкиваем их в депрессию или печаль, но помогаем размышлять о вечности, значит, в том числе, говорим и о том, что герой может погибнуть, но при этом одержать победу.

Финал сказки “Король улиток” мне очень напоминает историю сорока мучеников Севастийских, которые ради Христа замерзали в ледяной воде горного озера в Армении, а мучители и стражники видели, как в небе горят сорок венцов над их головами. То есть наше сказочное чудо — это одно из чудес, которое описано в литературе не сказочной, а житийной, христианской.

— Вы сказали, что по первым двум книгам судить о серии сложно. Почему?

— Потому что выпуски серии тематически чрезвычайно различаются. В чем-то замысел нашей серии схож с идеей еще советского “Малыш”, которое выпускало тонкие детские книжки журнального формата самых разных жанров, становившихся для детей целой энциклопедией знаний об окружающем мире. Именно такое многообразие способно сформировать круг чтения ребенка. В нашей серии присутствует большое количество, если так можно выразиться, “рубрик”. Рассказы, сказки, стихи, биографии, знания, путешествия. Надеюсь, прибавится классика (хотя сейчас нам важно открыть для читателей именно современных авторов).

И действительно, две книги — это мало для того, чтобы составить представление о целой серии. Ведь в настоящее время подготовлены более 20 выпусков.

— Почему ваши издания похожи и на журнал, и на книгу одновременно?

— Потому что это и есть и журнал, и книга. В зависимости от того, как нашему читателю будет удобнее “встретиться” с этой серией, форма выпусков будет различной. Мы будем стремиться соблюдать периодичность. В самое ближайшее время у наших изданий появятся номера выпусков. Мы обязательно сделаем возможной подписку. Однако параллельно мы будем работать с этими произведениями и в формате книги, делать сборники, предлагать их книжным магазинам, церковным лавкам и т.д.

— Не будут ли эти книги дорогим удовольствием для семейного бюджета?

— 45-50 рублей в церковной рознице, 30 рублей в редакции — это совсем недорого по сравнению с современными детскими изданиями, наполняющими полки в магазинах. Мы понимаем, что сегодня финансовая ситуация родителей сложная. Поэтому боремся за заказ детско-юношеских и школьных библиотек, за то, чтобы быть представленными в них. Но и у них, в свою очередь, очень непростая ситуация в связи с недостаточным финансированием. Будем надеяться, что откликнутся те, кто могут поддержать проект с подпиской для библиотек.

— Можно ли считать, что новая литературная серия предназначена ИМЕННО для детей читателей журнала “Фома”?

— Нет, хотя стремящимся к вере родителям особенно очевидно отсутствие хорошего чтения для детей. Ведь чтение — один из “ключиков” к формированию эстетического восприятия. Это очень важное средство воспитания.
Любые родители ищут для своих детей хорошее чтение, борются за то, чтобы дети читали, и видя ребенка с книгой воспринимают это как победу.
Детская серия ориентирована на любую аудиторию. Она не требует какого-то особого укоренения в вере. В серии ставятся вопросы, ответы на которые ищут и активно переживают и дети, и сами родители.

— И все-таки вы уверены, что родители предпочтут ваши книги (или журнал) красочным мультфильмам или обучающим играм?

— Мы убеждены, что несмотря ни на что спрос на книги есть. Если это не так, тогда почему переполнены детские отделы книжных магазинов? Почему цены на детские книги в большинстве случаев выше “взрослых” изданий?

— Но дети — будут ли современные дети читать такие серьезные произведения?

— Дети? Конечно же, не будут! Я не оговорился: сами – они не будут читать. И в этом важно нам с вами отдать себе отчёт. Тут как раз мультики и игры победят стопроцентно, если мы не вмешаемся. В этом и заключается проблема, которую должны осознать родители. Нам нужно понять, что без конца пичкать детей мультфильмами и “развивалками” — это хороший способ занять ребенка, развлечь его, чтобы он отстал и оставил родителей в покое. Но это тупик с точки зрения воспитания и формирования отношений в семье. И на фоне современных технологий, ребенок книгу конечно же не выберет. Замкнется, уйдет в себя, в виртуальный мир, где он окажется один, где нет места маме, папе, где никто из родителей не подскажет, что хорошо, что плохо, где воспитывать будет режиссер, продюсер. Это крах.
Но мы-то убеждены в безусловной ценности общения детей и родителей! И нам кажется, что нет лучшего средства для этого общения, чем хорошая книга. Конечно, это не значит, что мы забываем о совместных играх, поездках, прогулках. Однако, наверное, самые счастливые часы и минуты общения с детьми (я знаю это не только на собственном опыте, но и на опыте множества родителей, с которыми общался) связано с чтением вслух, семейным чтением. Например, чтением книги детям на ночь. Мои дочки уже давно читают самостоятельно, но лучше всего вспоминают именно то, что прочитано нами вместе — перед сном.

Это великая радость общения, доверия и понимания, которой, к сожалению, так легко себя лишить в наше время.

Если вы хотите научить ребенка читать самостоятельно, чтобы он полюбил чтение, читайте сами, читайте ребенку вслух. Безусловно, этот труд потребует родительского усилия — усилия над собой. Да и дети, могут полюбить книги не сразу. А если и начнут читать сами, то не то, что вы им предлагаете. Думаю, не стоит пытаться вручить им именно то, что вам кажется полезным…

— Но вернемся к “Насте и Никите”. Кто такие Настя и Никита? В чем основной “message” вашей книжной серии?

— Главные герои Настя и Никита, девочка и мальчик, сестра и брат, такие же, как многие современные дети. Они проказничают, строят планы, ссорятся и мирятся, пытаются как можно больше узнать об окружающим их мире. Это нормальные, обычные дети, не ангелы и не персонажи из прошлого.
Читатели постепенно узнают все больше о том, чем и как живет семья. А дети, вместе с Настей и Никитой слышат и узнают массу важного и поучительного: истории, сказки, рассказы о событиях прошлого, о нашей природе, о великих людях, наконец, о святых и о Боге. И происходит это ненавязчиво, без назойливых нравоучений и нотаций.

— Но казалось бы, легче всего это делать в публикации классики. А в вашей серии ни одного знакомого имени…

— Да, нам уже говорили об этом особенно в светских книжных магазинах. Говорили, что предлагать торговле “нераскрученных” авторов — это против правил, это не коммерческий подход. Куда выгоднее перепечатывать Пушкина, Толстого, Куприна или Успенского. Это беспроигрышный вариант, поэтому на полках такое обилие изданий именно этих уважаемых и любимых авторов. Рядом с ними соседствуют разве что “Смешарики” и еще два-три “раскрученных” бренда.

Мы понимаем, что идем против правил, делая выбор в пользу новых авторов. Вполне достойных авторов, на наш взгляд. Но мы не остановимся. Потому что нельзя все измерить рыночным успехом, потому что нужно издавать и читать о современном человеке и для современного человека.

— Между прочим, “Смешарики” как раз нечто совершенно новое, книги этой серии нельзя назвать классикой. Тем не менее, далеко не все родители приняли этот более чем современный проект. Почему?

— Не знаю. У нас было много споров вокруг “Смешариков”, в том числе и на страницах журнала “Фома”. Возможно, многих раздражает не столько содержание “Смешариков”, сколько форма. Слишком круглая.

Это, конечно же, шутка. Но если серьезно, то проблема, наверное,  в навязчиво-коммерческом способе работы с проектом. Это само по себе кого-то может очень раздражать. Лично я отношусь к этой серии скорее положительно, однако я тоже вижу проблему. Для меня она связана с разрывом связей с традицией русской и даже советской книжной иллюстрации. Современные книжные художники приучают детей, в том числе и в “Смешариках”, к слишком условно-мультипликационному взгляду на мир. Если бы эта мультипликационное художественное мышление существовало параллельно с массой высококлассных детских изданий, оформленных современными художественными работами, продолжающими основную традицию, то и беды бы не было. Но увы. Таких мастеров-традиционалистов становится все меньше. Нет хороших реалистических иллюстраций. Образы героев все более бесхарактерные. Возможно, некоторые “художники-иллюстраторы” просто не умеют уже рисовать! но главное, все как-то мирятся с этим, даже считают, что так и должно быть, что всё окей!
Когда при разработке дизайна серии наши первые партнеры принесли начальный эскиз, выполненный от руки, нам все очень понравилось, мы согласились продолжить. Но прекрасные наработки были мгновенно компьютеризированы. И то, что нас больше всего подкупило, — рукотворность, — исчезло. И мы никак не могли объяснить, почему нас перестали устраивать все новые и новые стилизации, выполненные в компьютерно-мультяшной художественной технике. А на наш взгляд, это именно мода, и мода дурная… Возможно, мы сами сначала не умели чётко выразить свою художественную позицию.
— Хотя вы сказали, что “Настя и Никита” рассчитаны не только на верующего читателя, тем не менее, вы явно не собираетесь избегать религиозных и этических вопросов?

— Конечно, не собираемся. Иное дело, что ни художественная, ни познавательная литература, даже говоря о самых высоких вещах, не может позволить себе ограничиться проповедью. У художественной литературы иная миссия, иной язык. В этом смысле, тем, где журнал “Фома” может быть более прямолинеен, говорить о ценностях напрямую (поскольку имеет дело со взрослыми людьми, с которыми возможен диалог на равных), то в литературной серии для детей необходимо искать иной подход.

“Настя и Никита” — не катехизаторская серия. И не закон Божий. Здесь не будет и стилизации под благочестивый быт семьи 19-го века: мама исключительно в платочке, папа обязательно бородат, а за окном — купола и кресты, кресты и купола. Это неправильно, это неправда. Наш маленький читатель не узнает в этой стилизации ни себя, ни свою семью, да и взрослые сами себя не узнают!

Но при этом в серии будут представлены жизнеописания святых, эпизоды из церковной истории. Кроме того, будут и рассказы, написанные священнослужителями. Уже подготовлены книга о преподобном Сергии Радонежском, готовятся к вёрстке две книжки с произведениями протоиерея Николая Агафонова. Это совсем не вероучительные рассказы, но в них чувствуется вера и душа авторов. И мы не собираемся «задвигать» веру в Бога на второй план.
Стержень нашей серии в том, чтобы научиться любить то, что любви достойно. В первую очередь, своих ближних и близких, что является самым сложным, главной проблемой христианской семьи, каждого христианина, во все времена. Это и любовь к Богу, ко всему, что Им сотворено. Любовь к тому, чему научила нас история, к тем людям, которые любили нас, нас не зная. Кроме того, мне кажется, христианская составляющая серии лежит и в другой плоскости. Она — в христианском отношении к героям повествования. И в христианском понимании, что есть победа Добра над Злом.

— А что значит “христианское отношение к героям?

— Та еже любовь. Сказано: люби грешника и ненавидь грех. Соответственно, неприятие греха, ненависть к греху не должна предполагать ненависть к тому, кто грех совершает.
Посмотрите на “злодеев” в сказках и прозе Пушкина: никого из них автор не ненавидит, всякого из них он жалеет, несмотря на все зло, которое они приносят! Обратите внимание, чем завершается история вражды между Петром Гриневым и его соперником Швабриным в “Капитанской дочке”. Несмотря на все зло, причиненное Гриневу Швабриным, тот признается напоследок, что ему Швабрина ЖАЛЬ. Ни злорадства, ни ненависти! Вот этому нужно учиться и учить.
И надо помнить, что христианское великодушие — это особенная ценность, которая так выделяет русскую литературную традицию на фоне традиции западной.

— А разве западное видение проблемы победы Добра над Злом иное?

— Мне думается, что иное. В западном подходе присутствует некий дуализм. Добро и Зло пишутся разными красками, но представляются почти равновеликими. Словно два бога — Добрый и Злой; два героя — белый и черный. Не будь Гарри Поттер вежливым и в очках, а Драко Малфой любителем обзываться, читатель мог бы и не понять, почему один хороший, а другой плохой. Даже убежденный христианин Толкин должен зачем-то противопоставлять прекрасным витязям отвратительных орков, которые настолько отвратительные, что положительные герои с удовольствием соревнуются, кто больше этих самых орков зарежет! Такому Добру надо побеждать силой. И такое Зло неисправимо и убеждено в своей правоте. Добро в западной традиции очень часто побеждает силой, буквально раздавливает Зло. А Зло от начала и до конца бьется за свое право быть злом. Эдакий расизм Добра, которое занимается геноцидом Зла. И если бы не обилие светлых красок в описании доброго героя, если бы не сгущение черного цвета, которым автор мажет героя отрицательного, то можно вообще запутаться, где тут Зло, а где Добро.
А в русской традиции все иначе. Вопрос не в физическом уничтожении злодея, а в покаянии, в исправлении, в надежде на милость Божью. В отношении детской литературы, в отношении сказки суть традиции блестяще выразила поэтесса Юнна Мориц:

“Чтобы-чтобы-чтобы снова
Добрый злого победил,
Чтобы добрый чтобы злого
Стать хорошим убедил!”
Убедил! Вот именно это — настоящая победа над Злом. Такое отношение к проблеме, как раз свойственное русской литературе, заставляет людей на Западе читать Толстого и Достоевского. Это важнейшее свидетельство в мире, свидетельство о Христе.

— То, что вы говорили, понятно с точки зрения светского рынка. Тут христианской литературы очень и очень мало. Но разве в церковных магазинах и лавках не хватает подобных изданий для детей?

— Не хватает – это не то слово! А те издания, что присутствуют, часто как раз пытаются проповедовать и читать нотации, совершенно забывая о художественности, не принимая по внимание психологию ребенка, игнорируя все тот же опыт русской литературы. Также и состояние книжной иллюстрации бедственное.

То, что я вижу сейчас, напоминает мне ситуацию со взрослой церковной периодикой в тот момент, когда Владимир Легойда и я задумывали журнал “Фома”: книг и периодики, способных отвечать на вопросы неверующих и сомневающихся людей, практически не было. И на этом фоне наш журнал оказался очень востребован. Нынешняя ситуация с православной детской книгой мне кажется очень похожей. И я надеюсь, что “Настя и Никита” сможет хоть немного помочь родителям, стремящимся воспитывать детей на хорошей литературе, утолить нынешний книжный голод.

— Насколько сложно будет желающим найти или заказать ваши книги?

— Розница не в нашей власти, это зависит от того, как будут вести себя, в первую очередь, церковные магазины и книжные лавки. Ведь на них мы более всего надеемся! Опыт у нас разный. Некоторые прекрасно понимают важность задачи работы с детской литературой и встречают нас с радостью. Другие листают книги и начинают недоумевать: как это вы, православный журнал, предлагаете книжки, где вороне приделывают вместо лапки протез из вилки, где улитка спасает свой улитий народец – и нет ни икон, ни молитв??.. А третьи просто говорят – детские книги нам не нужны… Всё по-разному. И всё же в большинстве центров православной книготорговли наши первые книги уже есть, и каждый месяц их будет становиться больше. Причём не только в Москве, но и в Санкт-Петербурге, Минске и Киеве, Нижнем Новгороде…

Появятся книжки и в некоторых розничных сетях, наряду с нашим журналом. А вот единственный светский книжный магазин, оценивший наш замысел – это наш верный друг, «Библиоглобус» на Лубянской площади. Остальные предпочитают разговоры о брендах и коммерческой успешности.

Но самый прямой путь – это, конечно, покупка, заказ и подписка через нашу редакцию. Доставляем мы книги по России простыми бандеролями. Можно и просто прийти и купить книги в редакции. Независимо от того, сколько книжек захочет приобрести покупатель, цена будет предельно доступная. Когда и как можно сделать такую покупку, можно узнать в редакции в рабочие дни по бесплатному телефону 8-800-200-08-99. Либо списавшись с нами по адресу   podpiska@foma.ru .

Так что, надеюсь, с возможностью приобретать наши издания проблем не возникнет.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.