Литургия: общее дело или частный бизнес?

Протоиерей Павел Великанов о реалиях музейных и жизненных

Прочитал статью Андрея Зайцева «Что делать мирянину на литургии?» – и как-то грустно мне стало. Да нет, автор здесь ни при чём: статья очень хорошая, искренняя, правильная. Только вот когда стоишь перед Престолом и возглашаешь ектенью об оглашенных – очень трудно избавиться от постоянно приходящей мысли, где бы взять этих оглашенных, чтобы было, о ком молиться, а не просто выказывать своё почтение строгому соблюдению богослужебного устава – даже в тех моментах, где смысла уже не осталось. И тут же – а вот в храме стоит сейчас непраздная юная женщина, у которой ой как всё непросто, и не только потому, что это – впервые: о ней Церкви как молиться? Как о «болящей»? Но разве беременность у нас теперь считается «болезнью», с которой надо бороться? Тогда может быть молиться «на начало всякого благого дела»? Так вроде как само «начало» уже успешно свершилось! «На всякое прошение?» Тоже как-то уж слишком универсально. А других молитв, направленных  на поддержку этого немощного сосуда, оказавшегося в самом лучшем состоянии – «при исполнении» – как это ни странно, у нас нет.

Да и вопрос не только в беременных: сама жизнь сегодня выталкивает людей в храм с огромным количеством проблем и бед – не в молитве ли найдется разрешение? А в наших требниках есть молитвы над солью и сосудом осквернившимся – зато молитвенных последований о реальных проблемах нашего современника почти что и нет. Зато есть и целая ектенья, и молитва о несуществующих оглашенных, которых потом диаконы громогласно вроде как «изводят» из храма Божьего, чтобы не мешали «полноценным христианам» молиться. И ничего тут не скажешь: хороший пример верности музейному византийскому православию, и только.

Странно ли это? Увы, нет. Почему-то так случилось, что к началу ХХI века наша Церковь пришла в состоянии хронического многовекового испуга – как бы чего не вышло!.. И на самом деле – не выходит, как ты ни старайся, какие бы циркуляры ни издавались, какими бы прещениями духовенство ни вдохновлялось! Именно этим объясняется стойкое нежелание большинства церковного народа не то что перемен или коррекций – но даже содержательного разговора по самым актуальным, насущнейшим темам церковной жизни. Стоит открыть рот – и тебя тотчас одарят с братской любовью ярлыками «либерала», «обновленца», «кочетковца», «западника», а то и вообще поставят под сомнение твоё право священнического служения. И не потому, что ты такой плохой на самом деле, а только за дерзость покуситься на неприкосновенность «традиции» – на том бо и стоим! И если посметь убрать ектенью об оглашенных, добавив в сугубую ектенью десяток молитвенных прошений, связанных с нуждами конкретных прихожан – не сомневаюсь, архиерею быстро расскажут о том, как на приходе службу безбожно сокращают…

Разве не здесь, в боязни повернуть богослужение лицом к жизненным, а не музейным, реалиям, и скрывается тот самый нерв, о котором пишет Андрей Зайцев? Едва ли будет прихожанин скучать на службе, когда увидит, услышит, всем нутром прочувствует: сейчас вся церковь, и каждый, кто в ней стоит – о нём молится, о нём «мили ся деет», и не «вообще», а очень даже «конкретно» и «предметно».

И дело здесь вовсе не в том, что нашему современнику катастрофически не хватает в храме Божием «интерактива», «включённости» в «богослужебный процесс»: беда в том, что он не воспринимает само богослужение как его, прихожанина, дело.

Какими-то чуднЫми судьбами литургия из «общего дела» превратилась в частную «работу духовенства» – которому и предписано «обеспечивать» богослужение всем необходимым для оного. Одним словом, «духовный бизнес» – то есть «дело». Богослужение стало чужим, профессиональным «процессом» – и место прихожанина в этом «процессе» – материальное обеспечение через внесённую копеечку в церковную кружку. И только. Приходит верующий в храм, свечку поставил, копеечку положил – помолился, сколько сил хватило – ну а дальше «отбывает» молитвенное послушание, пока там батюшки чем-то правильным и душеполезным занимаются.

Конечно, самое трудное – и в то же самое время самое главное на богослужении – молиться. Не надо от этого убегать ни в «интерактив», ни в общее пение, ни в какие-то иные способы «интеграции»: любой регент вам расскажет, как трудно совмещать управление хором и настоящую молитву. Плохо, когда служба «пролетает» так, что её и незаметно: молитва была и всегда останется трудом, который «незаметным» не бывает, к которому если себя не принуждать, молитва так и останется бесплодной. Но это – область личной нравственной ответственности и духовной культуры каждого, переступающего порог храма. Однако есть нечто, что оказывает сильнейшее влияние на общее настроение, на сам дух прихода вне зависимости от личных качеств приходящих.

Автор статьи прав, что нельзя – да и не надо – «сделать всех прихожан-мужчин алтарниками, а женщин – певчими». Но всеми силами надо стремиться к тому, чтобы каждый прихожанин воспринимал храм как родной дом – и не потому, что Я туда хожу вот уже 20 лет – а потому, что здесь Богу регулярно отдаётся часть моей жизни: и не только в финансовом эквиваленте и времени, затраченном на богослужение. Ведь Церковь создаётся не белокаменными стенами и дорогими иконостасами, а единством душ тех, кто идёт ко Христу. И доколе это «частный бизнес» – между человеком и Богом при посредничестве священника – это, конечно, основа религиозной жизни – но ещё совсем далеко не христианство и тем более не Церковь. Даже если этот «частный бизнес» происходит в самом что ни на есть православнейшем храме. Насколько точно описал преподобный авва Дорофей главный критерий реального приближения к Богу: если ты не становишься ближе к окружающим тебя – ты явно двигаешься не к Богу. Пока между прихожанами не выстроились «горизонтальные» связи, пока чужая боль и радость не стали в том числе и твоими – мы в пространстве «православной религиозности», но не в Церкви Христовой. Потому что когда нога гниёт, а остальное тело ничего не чувствует – значит, у тела – паралич. Но Тело Христово – по обетованию Спасителя – всегда живое, тёплое, чуткое – а не коматозное. И если для нас главная ценность в Церкви – индивидуальный VIP–коридор спасения – с нами что-то не в порядке в самой глубине. 

Фото Владимира Ештокина. 

 

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Loading...

Комментарии

  • Август 15, 2013 14:55

    Был на службе, посвященной 1025 крещения Руси, в храме Христа Спасителя.
    Предстоял Александрийский Патриарх и Папа всей Африки, сослужили и другие патриархи.
    Ектении об оглашенных не было (и 2 следующих тоже)). Сразу после сугубой ектении — Херувимская. И так в Москве в Даниловом служат, например, да и не только там…

  • Август 15, 2013 19:30

    По Вашей логике, тогда и женское священство надо вводить.

    А вот если бы вы, Ваше преподобие, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ГОТОВИЛИ людей к крещению, к воцерковлению, а не ставили всех на требный конвеер, то Вам таких дурных мыслей в голову бы не приходило.

    Мне известны конкретные примеры такого кромсания литургии оглашенных. Но священники которые делают это конкретно себе устраивают PR, причем одной литургией оглашенных дело не ограничивается. Зачем этот выпендреж!?

  • Август 20, 2013 8:43

    Совершенно согласна с братом Сергием : институт оглашенных надо вводить повсеместно. Люди на крещение приходят, как на предзастольный обряд. В нашем храме только после двухчасовой беседы дается благословление на семидневное приготовление крестных родителей на последующее восприемство. А во многих храмах и того нет. Хотя большая часть Литургии и есть Литургия оглашенных. Что касается взаимоотношений в приходе, то это зависит от настоятеля. Приезжайте в храм во славу иконы Божией матери «Скоропослушница» на ст. Мочище, НСО.

  • Август 20, 2013 16:58

    Комментарий Сергея Якушева насчет женского духовенства, на мой взгляд, только подтверждает правильность данной статьи.

  • Август 20, 2013 19:34

    статья о омертвелости богослужения, о утрате многих смыслов. Осталась, большей частью, форма. Сама не раз удивлялась не чувствию священника, возглашающего в новеньком, ещё не достроенном храме, прошение на ектенье «Еще молимся о блаженном успении и упокоении приснопамятных и блаженных создателей святого храма сего». А эти создатели молодые ребята во дворе отдыхают. Ни чего себе! Они тут рядом, а мы о их упокоении молимся — замечательно.
    По поводу оглашаемых — так они же все в храме, берите, оглашайте. Сами же говорите, что они «отбывают молитвенное послушание», можно ли таких называть верными? Оглашаемые и есть.
    а горизонтальные связи должны начаться с вас =)

  • Август 22, 2013 14:12

    Я так понял, Вы за женское духовенство

  • Август 22, 2013 14:21

    Святые подвижники первых веков спали в гробах. Многие благочестивые старцы последних веков служили по себе панихиды присвоей земной жизни, как-бы впрок. Тут ничего страшного нет. память о смерти это дар. И у Бога все живы.
    Допустимо сделать НЕБОЛЬШУЮ редактуру, незаметную, чтобы не вводить в соблазн. Например, «О храмИНЕ сеЙ», если храм неосвященный.
    «О братии святаго храма сего» молятся в монастырях. «О прихожанах святаго храма сего» в приходских храмах.
    А революционно крамсать службу никчему.

  • Август 23, 2013 12:24

    Сергий, я не за женское духовенство. Я за то, чтобы литургия была общим делом. И я не вижу ничего плохого в том, чтобы повернуть богослужение лицом к жизни и дать каждому не просто понять, а почувствовать, что молятся и за него в том числе.
    А автор как раз и пишет, в частности, и о людях, которые цепляются за традицию только потому, что это — традиция.

    ПС. Согласен с Валентиной, молиться за упокой ныне здравствующих — это как-то не очень. Со старцами несколько особая ситуация, тем более что они делали это по собственному желанию.

  • Август 23, 2013 12:59

    Что скажешь? Приходят на ум слова апостола Павла: «ибо мы не знаем, о чем молиться, как должно, но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными. » (Рим.8,26).

  • Август 23, 2013 13:16

    Институт оглашенных? А что делать с «мелюзгой», которая и не понимает совершенно, что с ними происходит? Их что, «на мороз» после того как взрослые дяди и тёти подкланят свои головы по гласу:»“Оглашенные, главы ваши Господеви преклоните!”. И ведь заметьте, дяди и тёти совершенно не понимают того, что они уже, вроде бы как и христиане. В основном как раз с того самого непонимающего возраста.

  • Август 23, 2013 13:16

    Институт оглашенных? А что делать с «мелюзгой», которая и не понимает совершенно, что с ними происходит? Их что, «на мороз» после того как взрослые дяди и тёти подкланят свои головы по гласу:»“Оглашенные, главы ваши Господеви преклоните!”. И ведь заметьте, дяди и тёти совершенно не понимают того, что они уже, вроде бы как и христиане. В основном как раз с того самого непонимающего возраста.

  • Август 23, 2013 16:03

    Yurchenko, Вы вероятно не в курсе исторического установления церковных служб. Ознакомьтесь с работой Семи вселенских соборов и Святоотеческими трудами.. Не следует превращать Храм Божий в комбинат бытовых услуг. как-то по-иудейски получится «Ты мне — я тебе».

  • Август 29, 2013 11:30

    Да. Храм должен быть домом, где собирается семья во главе с Отцом, а литургия как общее дело всех членов этой семью. У нас вместо семьи получилась военная иерархия. Надо не бояться Христа.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.