По дороге за Синей птицей, или почему стоит сходить на новый спектакль МХАТа

МХАТ имени Горького представил на своей сцене «перезапущенный» спектакль «Синяя птица», ставший некогда символом этого театра. О том, почему его реставрация важна для русского театрального искусства и зрителя рассказывает театровед, кандидат искусствоведения Лариса Шорина.

Это спектакль легенда, спектакль самого Станиславского, поставленный им в 1908 году. Играется в декорациях Владимира Егорова под знаменитую музыку Ильи Саца. Понятно, что его возрождение — попытка переклички с великими предшественниками; клятва в верности традициям, память создателей о своих детских театральных впечатлениях, которые, как оказалось, выстраивали их отношение к миру… Словом, обязательно надо передавать этот спектакль следующим поколениям как драгоценность.

Но театр – искусство живое и нервное, каждый театральный спектакль неповторим, его трудно зафиксировать и хранить, зрители постановки, сыгранной даже два вечера подряд, увидят два в чем-то непохожих произведения. Отличия будут заключены в трудноуловимых оттенках, но ведь именно нюансы создают атмосферу и в конечном итоге смысл.

Собственно маленькая вилочка смыслов возникла уже в 1908 в первом гениальном “станиславском” спектакле. Как известно, спектакль этот очень понравился самому автору «Синей птицы» Морису Метерлинку, понравился, несмотря на естественно новые интонации. Метерлинк писал символистские пьесы, пронизанные мистицизмом смерти, которая осмыслялась как роковая и трагическая неизбежность.

 А ведь людям хочется счастья. И сценические маленькие герои “Синей птицы” идут по свету в поисках счастья, преодолевая трудности, а в конце пути понимают, что счастье ждет их дома.

По дороге за Синей птицей, или почему стоит сходить на новый спектакль МХАТа
Тильтиль (Алиса Коонен) и Митиль (Софья Халютина). “Синяя птица”, МХТ, 1908 г.

Важно учесть, что премьера “Синей птицы” состоялась в 1908 году, то есть сразу после драматических событий, названных “Первой русской революцией”. В напряженной социальной атмосфере практически не оставалось места для спокойной и сосредоточенной жизни души.

Настроение Станиславского, которое, конечно, отразилось в спектакле, великий режиссер выразил в своей речи перед труппой.

“Человек окружен таинственным, ужасные, прекрасным, непонятным… Человек по своей животной природе груб, жесток и самонадеян. Он убивает себе подобных, пожирает животных, уничтожает природу и верит в то, что все его окружающее создано для его прихоти… Наша жизнь груба и грязна, большое счастье, если человек во всем необъятном мире найдет дом, комнату – или квадратный аршин – где он мог бы хотя бы временно отделиться от всех и жить лучшими чувствами и помыслами… Дым фабрик скрывает от нас красоту мира…”. И только “чистая фантазия ребенка позволяет видеть светлую сторону мира”.

А увидеть светлую сторону мира можно только повернув волшебный алмаз. То есть добро и счастье спрятаны глубоко в душе, они субъективны.

Позднее при возобновлении спектакля уже в советском театре дети шли за познанием, по зову дружбы, за приключениями, просто потому, что на сцене должна быть сказка, новогодняя и затейливая.

Радиоспектакль МХАТ, 1946 г.

Кстати, разве нельзя повторить слова великого режиссера применительно к нашей действительности? Можно. Но нынешний театр принципиально говорит про другое. 

Сегодняшний спектакль – не о познании, не о хрупкости красоты и добра, а о любви. Вернее так – о Любви. А любовь, которую ощущаешь как разлитую в мире – это Христос. Да, на сцене христианский спектакль.

В сознание сегодняшнего человека, а тем более ребенка, вошли английские христианские сказки-фэнтези. “Синяя птица” сегодня встала в этот ряд философских притч. Шапочка, алмаз – это то же, что шкаф в “Хрониках Нарнии”, Кольцо Всевластия… Хорошие писатели “последнего столетия” приучили к восприятию сказочного мира в христианском ключе. Конечно, об этом не говорится в тексте напрямую. Мудрая деликатность в том, что в сказках не может быть Христа, но мир, освященный Его присутствием может быть. Вспомним навскидку: самопожертвование и стойкость Фродо, явленный ад – царство Саурона, противостояние ему многих героев, которые должны преодолеть в себе гордыню, зависть, ну и так далее… Сказки исподволь приучали к христианским ценностям, смыслы дети воспримут потом.

Конечно, мир Евангелия не может быть предметом искусства. Даже там, где очевидна зрелищность. Литургия при всей ее визуальной красочности – принципиально не театральна. Глубинное различие в том, что театр – подражание жизни, ее отражение, Литургия и осуществляющееся на ней действо – сама реальность.

Но пространство сцены может быть озарено горним сиянием. Сегодняшняя “Синяя птица” пронизана светом. Мир, в котором живут герои, добрый и спокойный, в этом мире живет Любовь. Нынешние Мать (Наталья Моргунова) и Отец (Сергей Кисличенко) мягко добродушные, слегка чудаковатые и заполошенные, с мягкими голосами и руками, в отличие от исполненных грубоватой заботой и не слишком церемонных первоначальных героев, чьи характеры прекрасно передают сохранившиеся фотографии.

Мир нынешнего спектакля последовательно иерархичен и вертикален: есть центр добра – это Свет (Анастасия Рубеко) и Ночь (Лариса Голубкина), стерегущая путь, на котором можно сорваться в бездну. У Ночи заперты ужасы разных категорий, они не страшны тем, у кого, как у Тиля, чистое и смелое сердце.

По дороге за Синей птицей, или почему стоит сходить на новый спектакль МХАТа
Митиль – Екатерина Черевко, Тильтиль – Мария Янко в реконструкции спектакля “Синяя птица”, МХАТ имени Горького.
Фото mxat-teatr.ru

Тильтиль (Мария Янко) и Митиль (Екатерина Черевко) – дети, которые должны пройти путь взросления, преодолеть себя на пути к достижению важной цели: преодолеть страх, желание спокойного комфорта вместо тягот, по сути, жертвенного пути.

А цель действительно очень важная: выздоровление маленькой тяжело больной соседской девочки. Вот так в сегодняшнем спектакле звучит тема “за други своя…”. Так же как в старой советской сказке “Цветик-семицветик” девочка Женя проходит путь ошибок, растрачивая шесть волшебных лепестков на пустяки, перед тем, как сделать единственно верный поступок, попросить выздоровление больному мальчику.

Совершить поступок в помощь другому – сегодня этому мало кто учит. Разве что вот МХАТ им. Горького.

По дороге за Синей птицей, или почему стоит сходить на новый спектакль МХАТа
Сцена из реконструкции спектакля “Синяя птица”, МХАТ имени Горького.
Фото mxat-teatr.ru

Конечно, особое подчеркнутое значение имеет то, что все события происходят в Рождественскую ночь – время чудес. Здесь все смешивается и открывает свою внутреннюю суть: Фея (Кристина Пробст) из согбенной, но доброй старушки становится красавицей. И самое главное, в этой сказке-феерии свою сущность являют простые и домашние явления – Огонь, Хлеб, Молоко, Сахар, Собака и Кот…

Сегодня их характеры потеряли социальность (они не пытаются стать на пути героев, помешать им на пути к счастью), а обрели бытийную предметность, они заметно наслаждаются своей вещественностью. Сахар (Артимий Оя) капризен и ломок, он декаденсно артистичен. Молоко (Ирина Архипова) томное, боязливое, невротичное. Хлеб (Роман Титов) основателен, добродушен, но знает себе цену. Огонь (Александр Карпенко) прекрасно передает свойства огня – нервную подвижность, беспрерывную пульсацию от злой опасности к теплой мягкости. Ну, и конечно, Кот и Пес. Кот (Тимур Дружков) себе на уме, домашний Талейран, выполнят задачи обеспечения собственного комфорта, при этом жалует любовью Митиль. А Пес (Александр Удалов) постоянно взрывается любовью к Тилю, к миру, ко всем его составляющим радостям.

По дороге за Синей птицей, или почему стоит сходить на новый спектакль МХАТа
Сцена из реконструкции спектакля “Синяя птица”, МХАТ имени Горького.
Фото mxat-teatr.ru

Есть ли здесь идея пантеизма, которая явно была в первоисточнике? Никак. Ведь “Вначале было Слово…”, то есть сущность, то есть душа, смысл, эйдос… Просто мир, освященный Любовью, благ и развернут к человеку.

И разумеется очень важная для воспитания маленького зрителя сцена у Бабушки и Дедушки. Здесь нет мистической дистанции. Совершенно реальная Бабушка (Тамара Миронова), живая и теплая, с пирожками и кашей, и Дедушка (Борис Бачурин), который готов обнимать внуков не переставая… Потому что «У Бога нет мертвых, у Бога все живы»… Так обозначаются две важные точки спектакля: у Бабушки и Дедушки – преддверие Рая, так же как у Ночи – преддверие ада. Это как раз доступные для созерцания и размышлений сферы.

Очень важно и правильно было бы всем детям проходить через спектакль «Синяя птица». Ведь он по-прежнему помогает в становлении души.

Читайте также: «Зачем нам гаджеты, если мы потеряли молитву?!» Интервью с Эдуардом Бояковым

Фото на заставке: mxat-teatr.ru

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (7 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *