Люди в храме: катехизатор – Православный журнал «Фома»

Люди в храме: катехизатор

Приблизительное время чтения: 11 мин.

Катехизатор — человек, который проводит беседы об основах веры перед крещением. Их также называют огласительными, а сам процесс — оглашением, или катехизацией. Беседы в обязательном порядке проводят со взрослым человеком, желающим принять Крещение, либо с будущими крестными родителями. Что и зачем рассказывают людям перед крещением — в нашей рубрике «Люди в храме».

 

Алексей Волков, 43 года. Катехизатор храма Преображения Господня в Тушине

Люди в храме: катехизатор

Фото Владимира Ештокина

Его дедушка работал в охране Сталина, а сам он до прихода в храм был инкассатором и серьезно занимался рукопашным боем. Окончил миссионерский факультет православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета. На последнем году учебы стал проводить огласительные беседы перед крещением. По воскресеньям преподает для друзей-прихожан гиревое жонглирование и рукопашный бой.

— Когда я начал заниматься миссионерством и катехизацией, слово «миссионерство» воспринималось прихожанами как какое-то сектантство, а слово «катехизация» было вообще для них непонятно. И когда они научились его выговаривать без ошибок, то подумали, что катехизатор — это охранник, только такой крутой, секьюрити, который еще и о Боге говорит. Просто так сложилось, что у меня есть опыт в охране и я помогаю организовать работу наших храмовых охранников.

Катехизатор в храме необходим. Иногда человек по разным причинам боится подходить к священнику. Ему нужно поговорить с таким же, как он сам. С такими людьми я сажусь и разговариваю.

В нашем приходе мы проводим три огласительные беседы: одну — священник, остальные — я. Это важный психологический момент — показать людям, что священники не кусаются, не относятся к «касте избранных», адекватные люди. Что я пытаюсь сделать на беседах? — заразить людей верой. Показать, что Православие — не совокупность бабушкиных суеверий, а это очень интересно, глубоко и отвечает на важные вопросы человека.

Беседы у меня проходят в форме лекции. Просто вести диалог бессмысленно — это нецелесообразное расходование времени. Если бы у меня была возможность в течении месяца или года с этими людьми поработать, тогда это была бы череда бесед. Но поскольку время ограничено, то это форма лекции, в процессе которой мне можно задавать вопросы. Более того, своим слушателям я сразу говорю, что не настаиваю на том, чтобы они в обязательном порядке досиживали до конца — они хоть сейчас могут встать и уйти. Я их сразу отмечаю, что они были на беседе. Делаю это специально, чтобы у людей не создавалось ощущения «обязаловки». Слушателей такой подход сразу расслабляет. Некоторые вначале смотрят на меня так: сейчас из вежливости посижу минут 10, а потом под каким-нибудь предлогом уйду.

Люди в храме: катехизатор

Фото Владимира Ештокина

У людей вначале одна и та же реакция — вначале смотрят недоверчиво, исподлобья. Потом с удивлением. Потом в глазах появляется блеск. Потом — радость на лице. Крайне редко бывает, что кто-то уходит, не дождавшись конца. Хотя два часа мозгового штурма — это тяжело. Часто многие остаются после окончания беседы, и мы чуть ли не до полуночи сидим и обсуждаем их наболевшие вопросы.

Быть катехизатором — служение, а не работа. Работа — с 9:00 утра до 18:00 вечера с перерывом на обед. А служение — это всегда. Даже во сне. Моя мама говорила: «Когда ты во сне разговариваешь, ты либо молишься, либо лекции читаешь». Был такой случай: пришел ко мне на огласительную беседу молодой человек — собирался стать крестным. Прошел все беседы. Понял, что со мной есть о чем поговорить. Когда все расходились, мы оставались, и я отвечал на его вопросы о вере. От меня он ушел довольный, обменялись контактами. Прошел год, я уже и забыл о нем. И тут он звонит: «У меня проблемы». Оказалось, что парень расходится с женой — она собиралась уйти к другому, и, естественно, он это сильно переживал. Его даже не интересовало мнение Церкви на этот счет или что-то подобное — ему просто нужны были чисто житейские советы от старшего товарища, вот он про меня и вспомнил. Не то чтобы я ему советовал чего-то, нет. Просто был рядом и говорил, как бы поступил на его месте. Этот парень во время одной из наших бесед стал говорить, что он побьет ухажера своей жены. Я ему и говорю: «А ты драться-то умеешь?» Ну, я ему предложил походить ко мне на рукопашку. Конечно, не с целью, чтобы он кого-то реально избил, а чтобы чем-то его занять. Он начал ходить, понравилось. Со временем у него появилась внутренняя уверенность, он перестал так раскисать по этому поводу.

Увы, жена от него все-таки ушла, хотя, надо отдать ему должное, он до последнего пытался сохранить семью. И тут у него возник вопрос: а дальше-то что? А дальше началась церковная жизнь, поскольку на тренировках постоянно поднимались вопросы веры. И вот один раз увидел его в храме, стоит на службе, другой раз. Смотрю — уже исповедоваться начал. Потом он перешел в другой храм, где как раз алтарников не хватало. Сейчас он там и работает, рад до безумия. Никогда не знаешь, какими путями Бог приведет человека к Себе.

 

Валентин Циферблат, 68 лет. Катехизатор-миссионер в СИЗО № 2 (Бутырская тюрьма) и СИЗО № 4 в Москве

Люди в храме: катехизатор

Фото Владимира Ештокина

Горный инженер, до 1990-х годов работал в закрытом НИИ старшим научным сотрудником. Занимался бурением, награжден медалью «Изобретатель СССР». В его родословной по материнской линии двое святых: священноисповедник Петр Чельцов и священномученик Михаил Чельцов. Последний был миссионером и написал книгу о своем тюремном заключении «Воспоминание “смертника” о пережитом».

Когда до работы в тюрьмах я занимался уличной миссией, я обратил внимание, что 9 из 10 человек тебя просто не слышат, а в тюрьме люди уже морально готовы к разговору о Боге и даже ищут Его. В отличие от многих «свободных» людей, заключенные «остановились» и стали задумываться о своей жизни. На приходе или улице люди послушали и побежали — а там бежать некуда. Мало того, узники тебя еще будут держать до последнего, задавать много вопросов. Еще одно отличие: приходят и некрещеные, и сектанты — все хотят услышать Слово Божие и разобраться в своей вере, какая бы она ни была.

В Бутырке мы находимся по 4 часа. Около часа мы пьем чай, приносим сладости, разговариваем на разные темы. Потом мы читаем Евангелие воскресного дня и толкуем его по святым отцам, при этом вовлекаем узников в беседу. Опять же, это отличие от катехизаторских курсов на обычном приходе. Мы стараемся, чтобы люди сами думали, работали и отвечали на вопросы. Примерно треть из слушателей воцерковляются по-настоящему — они уже здесь начинают помогать в алтаре, работать звонарями, читают за богослужением.

Самое сложное — изменить себя. Мы не только пытаемся донести слово Божие людям, но еще работаем и над собой.

Люди в храме: катехизатор

С отцом Константином Кобелевым, священником Бутырского изолятора. Фото Владимира Ештокина

Если ты сам не будешь верить в то, что ты говоришь, эта фальшь всегда проявится. Если у тебя нет любви к людям, то ты не сможешь привести человека к Богу. У катехизатора должно быть стремление помочь ближнему. Если в человеке нет этого милосердия, он быстро теряет ко всему интерес.

Мы стараемся всегда объяснить человеку: то, что он сюда попал — это промысл Божий, чтобы он узнал о вере. На один из праздников в Бутырской тюрьме пришел бывший сиделец, который провел тут 3 года, и сказал: «Я с благодарностью вспоминаю это время». Здесь он услышал Божье слово и нашел смысл жизни. И он ее сейчас старается изменить. Сами воспитатели говорят, что 80 % заключенных возвращается обратно. Мы им объясняем, что у нас общая задача — исправить человека. Они исправляют его трудом, мы — верой.

На мой взгляд, самое сложное в православии — прощение не только людей, любящих нас, а прощение своих врагов. И это особенно актуально в тюрьме. Мы постоянно говорим: «Вы должны простить того человека, который, допустим, на вас написал донос». Особенно это касается тех, кто считает, что сидит ни за что.

Совсем недавно был интересный случай: на территории Бутырки есть психбольница, ее называют «Кошкин дом». Туда привозят заключенных с психическими заболеваниями из других СИЗО на лечение, а узники из хозяйственного отряда Бутырки за ними ухаживают. Один из сидельцев, который там работает, увидел в больнице человека, принимавшего непосредственное участие в его судебном процессе. Теперь он сам оказался под следствием. Какая у заключенного должна быть реакция? Он же может отомстить. Здесь наша цель — донести до человека, что он должен не только простить своего врага, но и помочь ему. Пока не ясно, чем закончится эта история, но человек пришел к нам за советом и рассказал о ситуации — это уже дает надежду на то, что он может над собой работать и отнестись к своему «врагу» по-христиански. Такие случаи не единичны: один из наших слушателей встретил в тюрьме своего адвоката, который в деле ему никак не помог, а деньги за работу взял большие. Бывают такие столкновения, где человек должен проявить свой христианский характер. В этом одна из задач наших занятий — научить человека не озлобляться и по возможности не отвечать на зло злом.

 

Диакон Николай Лавренов, катехизатор храма Рождества Пресвятой Богородицы в Старом Симонове, 34 года

Люди в храме: катехизатор

Экономист по образованию, до 2012 года совмещал светскую работу и служение катехизатором. Сейчас помимо дьяконского служения проводит огласительные беседы перед крещением и работает заместителем председателя миссионерской комиссии города Москвы. Считает, что лучшие миссионеры и катехизаторы получаются из людей с техническим складом ума.

Крестили меня в детстве, но обратился к вере только в студенческие годы. В этот период жизни мне стали попадаться книги на религиозную тематику — какие-то эзотерические вещи. Меня они не «зацепили» и глубины в них я не почувствовал. Больше напускного пафоса, непонятной терминологии. Однажды, выходя из дома, я хотел взять что-то почитать в дороге и ничего достойного внимания не мог у себя найти. И тут в книжном шкафу я увидел Библию. Я подумал, что Библия — точно серьезная книга, и начал ее читать. Я в ней сразу утонул и не мог остановиться — читал и читал, хотя изначально относился к написанному скептически. Так появилось желание обратиться к Богу, молиться Ему. Так начался мой путь в Церкви.

Одна из ошибок катехизатора — желание просто развлечь людей, поговорить с ними «за жизнь», чтобы им было не скучно. Человек после такой беседы выходит довольный, но пустой и не готовый. Он по-прежнему не знает, кто такой Христос и в чем смысл Крещения. Нужно относиться к огласительным беседам как к величайшему событию в жизни каждого слушателя. Возможно, что у него не будет другой возможности узнать о Боге. Нельзя тратить время впустую, рассказывая людям что-то интересное, но не самое важное в данном случае.

Катехизатор — это человек верующий, который болеет душой за то, что люди вокруг него еще не знают Христа. Мы должны ощущать, что вне Церкви нет спасения. И люди, которые там пребывают, для нас очень дороги. Мы из милосердия, из любви к Богу и ближнему должны приложить все силы, чтобы рассказать им о Христе. Очень важно, чтобы это желание было подкреплено образованием, но не просто формальной корочкой — необходимо, чтобы миссионер сам был наставлен в вере и мог простым и понятным языком о ней говорить. При этом катехизаторские или миссионерские курсы нужно закончить хотя бы для того, чтобы проверить свои знания. Даже если ты уверен, что все знаешь, в этом должен быть уверен и настоятель храма, который отвечает за качество огласительных бесед.

Люди в храме: катехизатор

Самое радостное в моем служении — когда человек от заблуждения приходит к истине. Конечно так бывает не всегда и не со всеми. Были и огорчения, и радости. Например, как-то целый год я общался с девушкой, готовил ее к крещению. У нее так и не появилось твердой решимости принять православие. А потом это общение вовсе прервалось, и я подумал: «Как грустно: целый год усилий — и без результата». Прошло много времени, я уже забыл об этой истории, и вдруг звонок от нее: «Я покрестилась». То есть все, о чем мы говорили, не прошло напрасно.

Не знаю, должен ли катехизатор обладать особой харизмой, но дар проповеди у него точно должен быть. Есть такие люди, которые могут сказать, как апостол Павел: «Горе мне, если не проповедую». Если ты проехал с человеком где-то в дороге и не заговорил с ним о вере, ты чувствуешь угрызения совести, которая говорит тебе: «Другого случая не будет. Только сейчас можно этому таксисту сказать о Христе, хотя бы пару слов».

Кстати, про таксиста: недавно ехал с одним, и он рассказал мне историю из своего детства и заодно про поступок, о котором жалеет больше всего. Однажды папа дал ему рубль и попросил купить помидоры. Продавщица куда-то вышла, и он взял овощи, а деньги не оставил. Прошло много лет, это мелкое воровство до сих пор мучает человека, а исправить ситуацию нельзя. А цена этой проблемы — рубль. Я ему стал рассказывать о Христе, о Его искупительном подвиге. Сам водитель дал мне повод рассказать о том, что Спаситель фактически и уплатил за него эти деньги — Он принял наказание за грехи всех людей на Кресте. Эта история не закончилась грандиозным чудом с просьбой немедленно крестить его, нет. Она закончилась тем, что он меня внимательно выслушал. И одно это сделало наш разговор не бессмысленным. По крайней мере, так я это расцениваю.

Если ты чувствуешь призвание к миссионерству и не проповедуешь, то становишься похожим на пророка Иону, который испугался язычников чужой страны и уплыл в другом направлении. И чем это кончилось?.. Если мы будем уклоняться от проповеди, когда имеем призвание, то Господь спросит с нас как в притче о талантах: «Я тебе дал эти таланты. Почему ты их зарыл?».

 

Читайте также:

Люди в храме: приходской библиотекарь

Люди в храме: звонарь

Люди в храме: церковный сторож

Люди в храме: регент

Люди в храме: работник свечного ящика

 

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (10 голосов, средняя: 4,90 из 5)
Загрузка...
19 сентября 2017
Поделиться:

  • Павел
    Павел4 месяца назадОтветить

    Прошу прощения за нескромный вопрос, но сколько зарабатывает в РПЦ катихизатор? 🤔

    • Кузнецов Михаил
      Кузнецов Михаил4 месяца назадОтветить

      В РПЦ каждый храм - самостоятельное юридическое лицо, то есть каждый храм сам устанавливает зарплаты, единых для всех условий нет. По опыту могу сказать, что как правило эта сумма примерно на треть меньше, чем средняя зарплата по городу, и это в том случае, когда в храме есть ставка катехизатора. Ну и чем богаче храм, чем крупнее город, в котором он находится, тем выше зарплата. Нередка ситуация, когда катехизатор исполняет свои обязанности на правах добровольца.