Ной: Войти в Ковчег

Сергей Худиев о языческих и библейских представлениях о Потопе

Библейский Потоп — образ, настолько глубоко вросший в русскую, и европейскую культуру, что многие из нас знали о нем задолго до того, как впервые увидели Библию. Картина катастрофического наводнения воспроизводится (в современных декорациях) во многих фильмах — катастрофах, например, известном голливудском блокбастере “2012”. На широких экранах, чаще всего, человечество гибнет в результате действия каких-то абсолютно слепых природных сил, а люди, которые спасаются, обязаны этим личной смелости, неплохой физподготовке и — более всего — невероятному везению.

 У многих древних народов тоже есть повествования о Потопе — в том числе, у ближневосточных соседей древних евреев, вавилонян. Там тоже катастрофическое наводнение губит человеческий род, и один человек — Утнапиштим — спасается, потому что его предупредил о грядущей катастрофе один из богов — Нинигику. Языческие рассказы похожи на современные блокбастеры в одном важном отношении — происходящее не имеет отношения к греху и праведности. У язычников причина Потопа — непонятный каприз богов, которые потом и сами не рады, что устроили такое бедствие. Это не результат человеческих грехов, как и спасение Утнапиштима — не результат его личной праведности.

Совсем иначе события видит Писание. В Библии Потоп есть результат человеческого греха, оскорбляющего Бога: “Но земля растлилась пред лицем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями. И воззрел Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила путь свой на земле” (Быт.6:11,12) Ной с семейством избавлен, потому что “Ной был человек праведный и непорочный в роде своем; Ной ходил пред Богом. (Быт.6:9)”

Нам, живущим в мире, сформированном верой в Единого Бога, трудно понять масштабы этого переворота в сознании — для язычников боги существа могущественные, таинственные, вызывающие трепет и требующие поклонения, но не нравственные. Не в смысле “безнравственные” а в смысле “находящиеся за пределами добра и зла”. Никакого морального смысла в их поведении — в том числе, в устроении Потопа — нет. Боги капризны и непредсказуемы; захотят — устроят потоп, захотят — случайно выхватят из числа обреченных людей какого-нибудь любимчика.

Ной выпускает голубя из ковчега
Фрагмент мозаики к. XII — нач. XIII вв.

Но Бог Библии требует праведности; Потоп — результат “развращения человеков”, это не каприз, а кара, пришедшая на злодеяния, наполнившие землю. Нам это может быть непонятно, как людям, во многом уже выпавшим из библейской картины мира. Даже когда мы готовы признать бытие Бога, Он воспринимается как какой-то могущественный Инопланетянин, Кто-то, кто снаружи вмешивается в “наши” дела. Но для людей Библии  весь мир — каждая его пылинка — создан и поддерживается в бытии Богом. Все, что мы имеем, начиная с самого нашего существования — Его дар. Вы и я не исчезли из мироздания в это самое мгновение только потому, что Бог поддерживает нас в бытии. Я напечатал эту фразу только потому, что Он дал мне ее напечатать — мой мозг функционирует, руки двигаются по клавиатуре — а Вы ее прочли только потому, что Бог дал Вам ее прочитать. В этой вселенной, созданной Богом, грех — это не просто вопрос социальной дисгармонии, испорченных отношений между людьми. Грех глубоко ранит мироздание в целом и бросает вызов Богу.

В самом деле, представьте себе, что вы дали мне пожить в принадлежащей вам квартире, а я устроил там воровской притон. Я не просто сделался преступником против моих ближних — я сделал вас соучастником. Или, представьте, вы даете мне воспользоваться Вашей машиной, а я сбиваю на ней людей или развожу наркотики. До тех пор, пока вы не гоните меня из вашей квартиры и не забираете у меня вашу машину, Вы даете повод упрекать вас в соучастии.  Грех — любой грех — это лжесвидетельство на Бога. Смотрите, я делаю это, и Бог мне не препятствует. Суд Божий, кара, приходящая на грех, есть свидетельство праведности и святости Божией — ясное указание на то, что грех противен замыслу Божьему о мире.

Бог долготерпит, и какое-то время попускает людям ходить их путями, но Его суд на злом и грехом неизбежен.

 

И в библейском повествовании он приходит именно как потоп — потому что воды, особенно соленые морские воды, в восприятии ближневосточных народов — это образ смерти. “Спаси меня, Боже, ибо воды дошли до души моей. — взывает псалмопевец — Я погряз в глубоком болоте, и не на чем стать; вошел во глубину вод, и быстрое течение их увлекает меня. Я изнемог от вопля, засохла гортань моя, истомились глаза мои от ожидания Бога моего”. (Пс.68:2-4) Темные воды смерти рано или поздно сомкнутся над головой каждого человека — произойдет ли это в ходе грандиозной катастрофы или тихо, в своей постели.

Но повествование о Потопе — это и повествование о спасении. Ной был спасен, потому что “ходил перед Богом”. Обычно мы “ходим перед людьми”, оглядываемся на своих соседей, сослуживцев, знакомых. Люди склонны искать себе разрешения на грех — и чаще всего находят его в том, что “все так делают”. В предпотопной ситуации, когда “земля растлилась пред лицем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями” “все” делают очень плохо. “И воззрел Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила путь свой на земле”. (Быт.6:12)  Люди считают нормальным то, что является чудовищным, и, похоже, искренне не понимают — а в чем проблема-то? Все так делают давно уже. Ну, разве что-то один-другой религиозный чудак считает все это неправильным.

И вот Ной не оглядывается на “всех”. Он смотрит на Бога и соизмеряет свое поведение с Ним. Бог призывает Ноя построить Ковчег, в котором спасется он и его домашние. И тут мы видим разницу между порядочным мирским человеком и верующим.  Ной повинуется этому странному повелению. Он не просто приличный человек среди людей крайне испорченных — он человек, который слышит голос Бога и делает, что ему сказано.

Постройка ковчега — наверняка совершенно бессмысленное дело с точки зрения окружающих. Солнце всходит и заходит, времена года сменяют друг друга, никаких признаков потопа, а этот странный человек строит ковчег.

Как-то в одном английском сериале я видел комедийного персонажа — странного сектанта с большой бородой, который уверял всех, что будет второй потоп, и строил ковчег. Сектант был, конечно, неправ — в Писании ясно сказано, что второго потопа не будет — но и для своих современников реальный Ной выглядел примерно также. Странный человек, который вкладывает немалые труды в совершенно нелепый проект. Как говорит Писание, “И сделал Ной все: как повелел ему Бог, так он и сделал”(Быт.6:22)

Наконец, приходит потоп, и мир погибает, захлебнувшись в своих беззакониях. Когда вода спадает, Ной высаживается на землю и совершает жертвоприношение: “ И устроил Ной жертвенник Господу; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике” (Быт.8:20) Нам это может быть не очень понятно — но в библейском контексте это имеет очевидный смысл. Человек получает от Бога весь мир — и совершает жертвоприношение в знак признания этого факта. “Это Твой мир, Господи”.

Бог заключает с Ноем Завет — и это тоже резко противопоставляет библейский рассказ языческим легендам. Бог принимает на Себя определенные обязательства, Он дает обетование — мир больше не будет разрушен водами потопа. Бог благословляет Ноя и его потомство. В знак этого завета Бог устанавливает знак — радугу.

Главные элементы повествования о Ное — грех, суд, вера, праведность, спасение, жертва, завет, новое начало — являются сквозными для всей Библии. Как главные темы в симфонии, они повторяются вновь и вновь,  слегка меняясь и в то же время оставаясь теми же. История Ноя служит прообразом многих библейских событий — и прежде всего, событий Нового Завета. Большинству наших современников это может показаться непонятным. Мы живем в мире очень бедном на смыслы, где у каждого повествования есть только один смысл — репортажный. Но до относительно недавнего времени образованные люди думали иначе — и текст, и исторические события, и повороты личной судьбы значили гораздо больше того, что лежало на поверхности. Они видели неисчерпаемо глубокое и абсолютно актуальное, для нас и сейчас возвещаемое послание там, где мы обычно не видим ничего.

В истории Церкви — начиная с Апостолов — повествование о Ное воспринималось как прообраз реалий Нового Завета. С точки зрения Апостолов — и Отцов — повествование о Ное относится к нам самым непосредственным образом. Потоп означает грядущий суд; Ковчег — Церковь, в которой спасаются верные; жертвы, которые принес Ной, предуказывают на жертву Христа. Выходя из Крещальной купели мы оказываемся, как Ной, новыми людьми в новом мире. Церковь призывает всех людей занять свое место в Ковчеге спасения — из спастись от потопа греха и смерти.

hudi-new ХУДИЕВ Сергей
рубрика: Авторы » Топ авторы »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.