Мария Киселева. Материнство меняет жизнь

Не так часто людям удается добиться бесспорного, яркого успеха сразу в двух разных профессиональных областях. У Марии Киселевой именно так и получилось. Трехкратная олимпийская чемпионка по синхронному плаванию, она параллельно со спортивной карьерой училась на журфаке МГУ и продолжила карьеру на телевидении. Мы знаем ее по выпускам спортивных новостей, передаче «Слабое звено» и даже по художественному кино: сыграть Варвару Иволгину в экранизации романа Ф. М. Достоевского «Идиот» выпало именно ей. Наша беседа с Марией Александровной — о семье и материнстве, о карьере и самореализации, о вере и моде на Православие.

Все успевать — невозможно!

— Мария, не знаю, насколько это заметно для Вас, но с момента появления в Вашей семье детей Ваше амплуа стало меняться. Насколько мне известно, Вы участвуете в проекте по созданию диализных центров для детей, в этом году Вы вместе с мужем готовите спортивное представление для детей…
— На самом деле, идея детского проекта родилась еще до того, как на свет появилась наша первая дочь — Даша, но только в этом году проект созрел окончательно. Он называется «Русалочка и сокровища пиратов». Это сказка, новогоднее водное представление, очень интересное и красочное.
Что касается диализных центров, то речь идет о строительстве таких учреждений для детей, больных почечной недостаточностью, в регионах. Когда мне предложили в нем участвовать, я не могла отказаться. Ведь это действительно благое дело! Есть Попечительский совет — группа людей, которые проект поддерживают и продвигают, ездят в эти центры, привлекают средства для них за счет благотворительных концертов, презентаций. Мероприятия расписываются по графику открытия диализных центров…

— У Вас нет ощущения, что для известных людей благотворительность стала своеобразной модой?
— Наверное, да. Поэтому я и не люблю говорить о ней! Мне кажется, что в сегодняшней жизни действительно есть потребность помогать. Это нормально. Если приглашают пойти к кому-то нуждающемуся, кому-то что-то рассказать, что-то подарить, я никогда не отказываюсь. Более того, мы сами пытаемся устраивать акции и мероприятия. Но трубить об этом, рассказывать, куда мы сходили, что конкретно сделали, я считаю, не нужно. Зачем? Люди, которых это непосредственно касается, все знают — и достаточно. Ты приезжаешь к этим детям, видишь их глаза, видишь, как они реагируют…Это ощущение радости и счастья от того, что к ним приехали, им уделили внимание, — оно останется с ними на долгое время. Положительные эмоции, общение — это важно и для детей, и для нас! Ведь они сидят в больнице, как в затворе: постоянно в ограниченном пространстве, в своем микромире. А ты можешь внести в этот микромир радость общения — и от тебя при этом не требуется чего-то сверхъестественного. Только потратить день своей жизни! Действительно, время в наши дни — на вес золота, но в соотношении с тем, что ты даешь детям, это такая ничтожность. Да, ты не можешь спасти ребенка, не можешь даже сделать операцию, но ты можешь что-то ему подарить, что-то ему почитать, поговорить с ним — все в меру своих возможностей. Но главное, что можешь…

— И все-таки на Ваше желание помогать, на отношение к детям вообще, на то, чем вы занимаетесь, на жизнь в целом как-то повлияло рождение дочерей?
— То, что с рождением детей мировоззрение меняется, если не сказать переворачивается, — это точно. И пока сама не станешь матерью, это очень трудно понять. Материнство очень сильно меняет приоритеты в жизни. Все, что связано с детьми, ты начинаешь воспринимать совершенно по-другому. Даже на чужих малышей на улице смотришь совсем иначе, чем раньше: а как бы мой ребенок себя повел? а как бы он отреагировал? Больше понимаешь детей, понимаешь, чем их можешь заинтересовать, чем можешь помочь…

— Сейчас отношение к рождению детей гораздо сложнее, чем, скажем, 20 лет назад. Появилась идеология чайлдфри* — сознательный отказ от рождения детей. Популярно мнение, что ребенок — это крест на себе, своих увлечениях, путешествиях, своей самореализации, поэтому с этим можно и подождать. Насколько это верно, по-вашему?
— В каком смысле крест на себе?  Да, разумеется, чем-то приходится жертвовать. С появлением дочек, особенно второй, мы с мужем гораздо реже можем выбраться в театр, в ресторан. Почти за пять лет с момента рождения Даши мы с супругом вдвоем путешествовали всего два раза — и то это были командировки, дня на три. Но разве ограничение развлечений — это крест на себе? Да, приходится ограничивать себя, но разве можно сравнивать счастье от общения с ребенком с походом, скажем, в клуб?
И потом, мы рожаем детей не для того, чтобы потом ставить им в упрек свою «загубленную» жизнь и нереализованные возможности. Это не бухучет, это же в первую очередь радость! Может быть, до времени у кого-то в голове это и не укладывается, но я уверена, что любая женщина, осознанно или нет, стремится к тому, чтобы у нее была полноценная семья, с детьми.
А проблему нехватки времени каждый решает по-разному: кто-то приходит к выводу, что лучше остаться дома, и занимается только ребенком; кто-то совмещает воспитание детей с карьерой. Причем решение зависит как от жены, так и от мужа. Я — за совмещение, и Володя меня поддерживает.


Мария Киселева c супругом Владимиром Кирсановым и дочерью. Фото «РИА Новости»

Без «запретных» тем

— Насколько Вы единодушны с мужем, насколько серьезны бывают ваши разногласия?
— Так получилось, что у нас с мужем — сплошные совпадения! Володя — в прошлом пловец, мастер спорта международного класса. Он, как и я, учился на факультете журналистики МГУ. Мы познакомились на межвузовских соревнованиях по плаванию, сыграли свадьбу 2 года спустя — 17 августа 2001 года.
У нас практически нет «запретных» тем, в которых один из нас разбирается очень хорошо, а другой — ничего не понимает, которые одному интересны, а другому безразличны и потому он слушает только из уважения. Помимо работы у нас есть совместное дело — вот уже семь лет организуем Шоу олимпийских чемпионов по синхронному плаванию. Вместе с нами в этом проекте участвует Ольга Брусникина. В прошлом году мы с Володей создали новый проект «Отражение звезд» — это что-то на стыке спорта и искусства: там и музыка, и поэзия, и разные виды спорта.
Так что у нас очень много общего, и как-то особо друг под друга подстраиваться не пришлось.
Хотя на самом деле мы очень разные. Я человек достаточно спокойный, уравновешенный, сдержанный, могу долго в себе копить эмоции. А Володя, наоборот, очень импульсивный, очень энергичный, взрывной, зато очень быстро отходящий от таких «вспышек» и безумно добрый. Поэтому, как раз, контраст был и есть. Немножко он сглаживается за 11 лет общения — говорят же, что муж с женой даже внешне делаются похожими со временем! А вот именно в быту особой «притирки» не было — не надо было что-то придумывать, как-то подстраиваться: мол, давай ты это сделаешь, а я это сделаю.
Может быть, такое совпадение случается не часто. Это просто чудо, что мы встретились.

— Может, действительно, чудо. А как-то рационально объяснить такую гармонию можно, как вам кажется?
— Может быть, дело в том, что в семьях наших родителей — и у меня, и у мужа — все складывалось очень похоже. Наши родители стали для нас эталоном семьи, примером адекватных, правильных отношений. Я жила в любви, в счастье, в полноценной, хорошей, здоровой и крепкой семье. Отдыхали всегда вместе с родителями, с братом. Никогда не было такого, что мама отдыхает отдельно от папы или папа отдыхает отдельно от мамы. Всегда присутствовали общие интересы, родители постоянно для нас придумывали какие-то спортивные занятия, какие-то интеллектуальные развлечения, походы в театр, отдых на море, детские лагеря. Поэтому и общение в семье было интересным. И потом, мы знали, что мы не одни — мы вместе. Так что семейные традиции я впитала с детства, даже, может быть, не фиксируя этого. И когда я начала задумываться о замужестве, моим желанием всегда было найти того человека, с которым будет вот такое же полное взаимопонимание и без которого я не смогу жить. Мы с Володей не строили каких-то конкретных планов, не ставили четких задач — вот это мы будем делать так, а это будем делать эдак. Все складывалось очень плавно, естественно, когда мы поженились.

— Профессиональный спорт, карьера тележурналиста не покушались на эту гармонию?
— Если расставлять приоритеты, то для меня семья — на первом месте, работа — уже на втором. Мне кажется, это нормально для женщины.
Есть такая мировая тенденция: или рано родить ребенка, а потом заниматься карьерой, или наоборот, профессионально состояться, а потом уже думать о семье. По-моему, глупо идти за какими-то тенденциями. Нужно прислушиваться к себе и идти своим собственным путем — у каждого он свой. Главное, не пропустить момент, почувствовать его. Мне кажется, здесь нельзя предугадать, распланировать свою жизнь: муж, дети — это все же дается свыше.
У меня в жизни все приходило последовательно: спорт, телевидение, семья. Одновременно в двух профессиях не очень долго пришлось работать, к тому же и детей тогда еще не было. Несколько раз случалось, что съемки совпадали с тренировками. Тогда тренер и Ольга Брусникина, моя партнерша, шли мне навстречу: в итоге целый день я пропадала на съемках, а тренировались ночью. Тяжелый был момент. Но таких было немного. И тогда спорт был для меня в приоритете.

— Выбор в пользу спорта — когда он изначально был сделан?
— Изначально родители отдавали меня в синхронное плавание без всяких видов на чемпионские титулы, а ради развития — мне было тогда 10 лет. Но когда встал вопрос о серьезнх тренировках — по два раза в день, перед ними встала серьезная дилемма: ведь я очень хорошо училась в школе, шестой класс закончила на «отлично», и родители понимали, что если я сейчас перейду в спортивную школу — акцент сместится на спорт. Они долго не могли принять решение, в итоге — отдали в спортивную школу. Я думаю, что не пожалели. Я точно не пожалела.

— Спорт оказался во всех отношениях идеальной сферой для Вас?
— Несмотря на то, что в спорте, безусловно, присутствует честолюбие и стремление обязательно быть лучшим, быть первым — иначе ты просто не достигаешь никаких результатов, — он дает и многое другое. Прежде всего, я думаю, — спорт учит держать удар в жизни. Нужно постоянно быть в форме, постоянно быть собранным, что бы ни происходило: получается у тебя или нет, не показываешь вида, а, стиснув зубы, идешь к своей цели. В жизни это бывает нужно: мобилизоваться в нужный момент, взять себя в руки, потерпеть. Я помню, когда у нас бывали съемки с 9 утра до 3 ночи. И весь день ты на каблуках. Тяжело, а что делать? Без испытаний в жизни вообще никак.

— Постоянное соперничество, требовательность к себе — не воспитывают ли в людях некую жесткость, непримиримость?
— Я бы не говорила о жесткости. У меня очень много друзей-спортсменов, как личности они все разные: есть люди очень мягкие, есть люди очень жесткие. Тут многое зависит от самого человека и от его окружения — тренеров, команды, от атмосферы в коллективе.


Мария Киселева и Ольга Брусникина на летних Олимпийских играх в Пекине. PhotoXpress

Есть ли жизнь после… спорта

— Почему из спорта так трудно уйти? Что в нем так затягивает?
— Чтобы чего-то добиться в спорте, нужно потратить очень много времени. Это минимум лет 10 ежедневной тяжелой физической работы, когда ты отказываешь себе во всем ради результата. Взять и резко все это бросить? И весь твой труд, выходит, ушел впустую?… Причем не только твой, но и многих людей, которые вкладывались в твой прогресс все эти годы. Поэтому ты остаешься, пока чувствуешь свои силы в этом деле.
Вообще самый тяжелый момент для спортсмена — это как раз конец спортивной карьеры, когда начинается жизнь после спорта. Если ты к нему не готов, то это катастрофа. В советском спорте, к сожалению, очень часто доходило до трагедий, люди ломались. Сейчас этого меньше — спортсмены больше задумываются над своей дальнейшей жизнью. Самое главное, особенно для тех, кто достиг больших высот, — вовремя спуститься с небес на землю, найти в себе силы начать в каком-то деле все с нуля.

— У Вас сложилось иначе, не с нуля…
— Да, у меня получилось иначе. Спорт мне помог, когда я училась на факультете журналистики МГУ, устроиться на практику в спортивную редакцию. Затем появилась аналогичная редакция на другом канале — меня пригласили работать туда. Там меня увидел продюсер программы «Слабое звено». В «Слабом звене» — заметил режиссер Владимир Бортко, которому приглянулся созданный образ — кстати, он, как и идея передачи, впервые появился на английском телевидении. Бортко решил, что Варя Иволгина, героиня его фильма «Идиот», должна быть именно с таким «железным» характером. Так я оказалась на съемочной площадке, и это мне очень понравилось — это совершенно другой мир!
В общем, одно за другое цеплялось. Мне кажется, здесь какая-то совокупность счастливых совпадений и серьезного отношения к своему делу, желания работать и совершенствоваться. Одно без другого не бывает.
Для меня спорт стал ступенькой, с помощью которой я смогла идти дальше. Так часто и бывает со спортсменами, достигшими определенных высот: от спорта можно оттолкнуться, как от трамплина, а дальше — уже все в твоих руках. А если ты просто свесишь ножки и будешь почивать на лаврах, чуда не случится.

— Вас не испугает, если Ваши дети решат идти в профессиональный спорт? Ведь Вы по себе знаете, как это тяжело.
— Да, тяжело. Но если мои дети выберут спорт как профессию, мы с мужем, конечно же, не будем вставлять им палки в колеса. Даша уже сейчас занимается художественной гимнастикой, учится плавать. Мы хотим показать ей несколько направлений, и не только спортивных — это и музыка, и живопись. А потом уже она сама выберет, будем ей в этом помогать. Мы однозначно решили, что в каком-то виде спорт должен быть — для здоровья, для воспитания дисциплины, самоорганизации, характера, целеустремленности.

— В начале беседы Вы сказали, что не любите говорить о благотворительности. А о вере?
— Об этом я, честно говоря, не очень люблю и не умею говорить — даже как-то неудобно показывать, что у тебя внутри. Может быть, у меня неправильное восприятие, может быть, на него наложило отпечаток советское прошлое, но я чувствую, что вера в Бога — у человека внутри, это нечто очень сокровенное. Когда это выставляется напоказ, когда об этом кричат на каждом углу — я христианин! я хожу в Церковь! — мне кажется, что-то тут не так. По моим ощущениям, настоящая вера — она все-таки, главным образом, в изменении твоего поведения, в твоем образе жизни, в твоих поступках. А ведь можно только кричать о своей церковности, не имея ничего.
Мои близкие к Церкви в конце концов пришли, хотя у нас была вполне советская семья, о вере даже не думали, эта тема практически не поднималась. Но со временем все изменилось… Мои родители крестились в зрелом возрасте. Мы с Володей приняли крещение уже будучи мужем и женой. Дашу крестили, Сашу — вот-вот собираемся. На сегодняшний день у меня уже абсолютно другое ощущение, чем в те годы: как-то сложно жить без веры сегодня. Оглядываясь назад, может быть, даже не понимаешь, как возможно было жить без веры, вообще безотносительно Бога, не задумываясь об этом?
Хотя меня смущает и мне абсолютно не нравится мода на православие: то, что модным стало демонстративно освящать машины, офисы и так далее. Мне ближе — держать свою веру в себе. Да, конечно, бывает искреннее желание — лично поделиться с кем-то своими мыслями, поддержать человека, помочь ему своей верой, своим переживанием веры. Молчать в этом случае, наверное, не нужно. Но это уже совсем другое…

*Чайлдфри (англ. «childfree») — свободные от детей. — Ред.

Мария Александровна Киселева

трехкратная чемпионка Олимпийских игр по синхронному плаванию. Член Общественной палаты РФ, член президиума Совета при президенте РФ по физической культуре и спорту.
Закончила факультет журналистики МГУ. Осваивать профессию начала спортивным корреспондентом на НТВ. Была ведущей спортивных новостей, с 2001 по 2005 год — ведущей передачи «Слабое звено».   В 2003 году снялась в экранизации романа Ф. М. Достоевского «Идиот» (режиссер Владимира Бортко).
Синхронным плаванием Мария начала заниматься в 10 лет. После Олимпиады  в Сиднее в 2000 году, завоевав два «золота», ушла из спорта. Вернулась два года спустя, перед Олимпиадой в Афинах, на пике карьеры на телевидении и в кино. После выступления в группе снова привезла на родину золотую медаль.
Замужем за Владимиром Кирсановым, продюсером, тележурналистом, выпускником журфака МГУ. Супруги воспитывают двоих дочерей — 5-летнюю Дарью и 6-месячную Александру.


Фото Владимира Ештокина

111 Михайлова (Посашко) Валерия
рубрика: Авторы » Топ авторы »
обозреватель журнала "Фома"
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.