Вопрос психологу:
Здравствуйте! Помогите, пожалуйста, советом. Дело в том, что в ноябре 2024 года я прочитал, что Бог находится вне времени. Я испугался этого, так как подумал, будто это означает, что Бог находится также и в условном «прошлом», где происходит Его казнь. И что он как бы так и продолжает страдать. До этого я старался жить воздержанно. А после этого сорвался. И уже больше года живу в этом ужасе. До сих пор, получается, верю в его «вечные» страдания. И теперь у меня такое чувство, что я не хочу снова верить в Воскресение, чтобы не отказываться от удовольствий, на которые я сорвался.
А потом еще мысли начали приходить, возник вопрос: что важнее — уверовать в Воскресение или избавиться от мыслей? И этот вопрос ставит в противоречие меня, ведь по сути этот вопрос — тоже часть мыслей шальных. А еще я боюсь числа 2, так как оно ассоциируется у меня с отрицанием Троицы. И сейчас у меня эти две основные проблемы: неверие в Воскресение и противоречие самому себе. Не знаю даже, как и быть. И такое чувство, что в подобном состоянии может пройти вся оставшаяся жизнь.
Ответ психолога:
психолог
Когда одна мысль пугает, потом тянет за собой другую, потом третью, и конца-края этому не видно, человек быстро начинает чувствовать, что попал в ловушку. По вашему письму видно именно это. Вы уже долго живете внутри мучительного круга, где каждая новая мысль не приносит облегчения, а только сильнее запутывает и пугает.
Если сначала посмотреть на саму логику вашего страха, то в ней уже есть противоречие. Вы прочитали, что Бог вне времени, и поняли это так, будто Он находится в условном прошлом, в моменте Своей казни, и как бы продолжает там страдать. Но если Бог вне времени, то к Нему как раз и нельзя применять наши человеческие категории прошлого, настоящего и будущего. Значит, сама мысль, которая вас испугала, уже была внутренне противоречивой. Нельзя одновременно говорить, что Бог вне времени, и представлять, будто Он застрял в каком-то моменте времени и бесконечно там мучается.
Но вопрос тут, на мой взгляд, преимущественно не богословский. В письме отчетливо читается ваша личная боль, ваш стыд и ваш внутренний конфликт. Раньше вы старались жить воздержанно, потом сорвались. И после этого вам стало трудно снова признать Воскресение. Потому что тогда пришлось бы встретиться уже не с мыслью о вечной казни Бога, а со своей собственной неидеальностью. С тем, что вы сорвались, не выдержали, оказались не идеальным, живым человеком.
И это, как мне кажется, частично объясняет, что с вами происходит. Пока в вашей внутренней картине Бог как будто остается в вечной казни, вы тоже можете оставаться в своем вечном стыде. У вас возникает общее пространство страдания: Бог страдает, и вы страдаете. Бог не выходит из казни, и вы не выходите из своего падения. В такой внутренней логике появляется странная выгода. Если в вашей внутренней картине Он не воскресает, тогда и вам не надо по-настоящему выходить из своего срыва и встречаться со стыдом лицом к лицу.
А признать Воскресение по-настоящему — страшно. Ведь тогда Бог уже не остается в вечной казни. Тогда Он воскрес, а значит, страдание не бесконечно. И на этом фоне ваша собственная неидеальность начинает переживаться острее. Тогда уже труднее прятаться в вечном стыде, и оправдывать им свою слабость становится не так просто. Именно здесь, возможно, вам становится особенно тяжело. Не от Воскресения как такового, а от встречи с собой. С тем, что вы не выдержали, сорвались, живете не так, как хотели бы, и теперь не можете себя за это простить.
Признайте, что человек не безупречен
Поэтому мне кажется, что сейчас вас мучает не столько вопрос веры, сколько постоянное самонаказание. Вы как будто не даете покоя ни себе, ни Богу в своей внутренней картине. Но человеку и не нужно быть безупречным. Он может быть слабым, может срываться, жить хуже, чем хотел бы. Может стыдиться, путаться, метаться. Это печально, но так уж мы устроены. И здесь вам, возможно, нужнее всего не еще одна внутренняя казнь, а прощение самого себя.
Проработайте тревогу вместе с психотерапевтом
Отдельно хочется сказать про заключительную часть вашего письма. Вы спрашиваете, что важнее — уверовать в Воскресение или избавиться от мыслей? Но сам этот вопрос уже звучит как часть того же мучительного круга. Он не приближает вас к ответу, а только снова заключает вас в ловушку. И боязнь числа 2 говорит об этом же. Потому что здесь дело уже не только в религиозном сомнении.
Когда тревога начинает цепляться за числа, символы, отдельные слова, это уже похоже на навязчивые мысли. То есть сейчас страдает не только ваша вера. Вас мучают еще и навязчивые мысли, которые хватаются за все подряд и превращают почти любую мысль в новый тупик.
А это значит, что одних только рассуждений о вере здесь, скорее всего, недостаточно. Да, со священником или духовником поговорить стоит. Особенно о Воскресении, о Троице, о тех мыслях, которые вас пугают. Но параллельно вам очень нужна помощь психотерапевта. Потому что, если сам этот механизм останется, он просто найдет себе новый религиозный повод и будет мучить вас дальше.
Сосредоточьтесь на запутанности в стыде и страхе
И еще одну вещь хочется сказать прямо. Богу не нужно ваше разрешение на Воскресение. Воскресение не отменяется вашим страхом, вашим срывом, вашей путаницей или вашим нынешним неверием. Это не то, что держится на вашем внутреннем согласии. А вам, в свою очередь, не нужно быть идеальным, чтобы снова к этой истине приблизиться. Сейчас вы не в спокойном состоянии веры, а в состоянии тяжелой запутанности, стыда и навязчивого страха. И вот с этим нужно работать. Чем раньше вы начнете с этим разбираться, тем больше шансов на то, что это состояние не растянется на всю жизнь.
