Мученик Вонифатий: покровитель трезвости

1 января, когда наши соотечественники бурно встречают Новый Год, Православная Церковь отмечает день памяти мученика Вонифатия — святого, которому молятся… об избавлении от пьянства. Дату специально никто не подгадывал: день памяти мученика «попал» на первый день года благодаря тому, что большевики перевели страну на григорианский календарь в 1918 году.

Cвятой мученик Вонифатий жил в Риме, в III веке. Он был рабом молодой, ветреной и очень богатой аристократки Аглаиды. Но рабство не слишком тяготило Вонифатия, ведь ему не пришлось добывать мрамор в пыльных каменоломнях или обливаться потом на плантациях. Рано оставшись без родителей, легкомысленная хозяйка возложила на Вонифатия все хлопоты по управлению своим домом и обширными земельными владениями. Раб-управляющий прекрасно вел хозяйские дела, к тому же был молод, красив, и отличался веселым нравом. Нужно ли удивляться, что вскоре он оказался еще и любовником своей хозяйки…

Вонифатий и его госпожа были христианами. И хотя они находились в блудном сожительстве (брак раба и патрицианки в Риме был вещью совершенно невозможной), но оба тяготились таким положением, старались хотя бы в чем-то поступать благочестиво и раздавали обильную милостыню всем нуждающимся.

Однажды Аглаида узнала, что если с благоговением хранить в доме мощи святых мучеников, то их молитвами легче получить спасение. Она снарядила Вонифатия на Восток, где в то время шло жестокое гонение на христиан, и попросила привезти мощи какого-либо мученика, чтобы он стал их небесным заступником. Госпожа дала ему много золота — на раздачу милостыни и на выкуп мощей. Взяв себе в помощь много слуг и лошадей, Вонифатий собрался в путь.

Перед самым отъездом, он, хитро улыбаясь, спросил у своей госпожи:
— А что будет, если я не найду тела мученика и тебе принесут мое тело, замученное за Христа? Примешь ли ты его тогда с честью?

Аглаида, рассмеявшись, назвала его пьяницей и грешником. А после, уже серьезно добавила: «Такими вещами не шутят. Помни, ты собираешься за святыми мощами, на которые мы с тобою даже взглянуть недостойны».

Через некоторое время обоз Вонифатия прибыл в киликийский город Тарс. Устроившись в гостинице, Вонифатий сразу же отправился на городскую площадь, где проходило истязание мучеников. То, что он там увидал, описано в его житии во всех страшных подробностях: «…один мученик висел вниз головою, а на земле под ним был разведен огонь, другой был крестообразно привязан к четырем столбам, иной — лежал, перепиленный пилой, иного мучители строгали острыми орудиями, иному — выкалывали глаза, другому — отсекали члены тела, иного надевали на кол и, подняв от земли, утверждали кол в земле, так что он проходил ему до шеи, у иного кости были сломаны, у иного — руки и ноги были отсечены, и он, подобно клубку, катался по земле, но на всех лицах была видна духовная радость, потому что, перенося нестерпимые для человека мучения, они были укрепляемы благодатью Божиею…»

Нам не дано понять, что такое духовная радость на лицах людей, с которыми делают подобные вещи. Объяснить это невозможно, такое можно только увидеть, как увидел Вонифатий на площади в Тарсе. Еще труднее объяснить, что же произошло тогда в душе молодого, обеспеченного и вполне благополучного человека, который о собственном мученичестве до этого мог говорить только в шутку. Однако то, что произошло в тот день на площади, было зафиксировано не только в церковных святцах, но и в протоколах римских чиновников, производивших казни. А случилось следующее: Вонифатий прорвался сквозь конвой к истерзанным мученикам, и стал целовать им ноги, прося их помолиться о его душе. Охрана тут же схватила его и поставила перед судьей. Тот спросил: «Кто ты?» Вонифатий ответил: «Я христианин», — а затем отказался принести жертву идолам. Его немедленно подвергли таким же страшным истязаниям, как и других мучеников, после чего отрубили голову.

Между тем спутники святого Вонифатия, напрасно прождав его два дня в гостинице, отправились разыскивать своего начальника. Узнав, что его казнили, они выкупили у охраны его останки и привезли их в Рим.

Аглаида с великим почетом приняла мощи Вонифатия, а затем построила на месте его погребения храм.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (26 votes, average: 4,58 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Александр
    Сентябрь 22, 2019 5:49

    Конечно, вы холуйство называете братством. Зачем мне идти на прием к третьему заму главы района, если я президента лично знаю и у меня есть его телефон? Просить надо, но только у Того, кто может дать “без Меня вы не можете ничего”

  • Александр
    Сентябрь 17, 2019 23:17

    Зачем мы просим молиться за других? Конечно, давайте практикой оправдывать все. Мы же грешим, значит сие нормально. Типа “не согрешишь, не покаешься”, как говорил Распутин, человек весьма “святой”. И причем здесь вымышленный персонаж Булгакова? Он, к тому же говорит: “не просите”, а просить именно надо, молитва учит нас общаться с другими должным образом, социализация. Богу она, разумеется, не нужна, дело в том, что человек САМ искренне молясь начинает себя пытаться менять, а Он поможет. А серафиме, иоанне итп “моли Бога за нас” – это и есть то, чего желает в данном случае Воланд, отказ под благовидным предлогом от усилия, которым “Царствие Божие берется”. И еще какое это братство, если есть такая иерархия, когда Отец держит некоторых братьев любимчиками и не допускает к Себе напрямую остальных? Богохульством это попахивает. Если мы братья и живые ныне и уже закончившие земную жизнь, то не должны делиться на ранги, а быть именно братьями, а не слепком иерархии на зоне или холуев во дворце. Рай – это попросить кого-то “во врачебнице” потрудиться на тренажере, разрабатывая вместо тебя руку после перелома. Если бы можно было бы спастись без усилий, то зачем Воплощение и Голгофа? И главное: а если мы будем молиться только Богу? Мученики на нас обидятся?, Господь нас отвергнет? Молитва самому Богу действеннее, посему полезнее для молящегося, так как Его точно нельзя подкупить свечками или акафистами или вызвать больше сочувствия (Иоанну Крестителю молиться от головной боли, так как ему голову отрубили и он знает как оно тяжко). А святым или еще лучше иконам и свечки подороже ставят и цепочки вешают, чем
    это от секретарши отличается? Логика земных отношений? Попытка обойти Бога – это оно и есть, как попытка Адама после грехопадения спрятаться от Него. И еще Христос говорил “просите”, где он говорил “просите друг друга”, у него все про Отца в данном смысле.

    • Владимир Гурболиков
      Сентябрь 18, 2019 11:22

      Не какой-то вдруг откуда-то взятый практический опыт, а Священное Предание Церкви. Молимся друг за друга. Вы пишете, судя по характеру ответа, просто находясь в остро критическом отношении к православно-христианской вере, либо к тому, что в церковной среде тоже совершаются некие грехи. Что правда, но это уже не связано с вопросом о молитве. Мы стремимся разъяснить суть той традиции, того понимания христианства, которую несёт Церковь. А также рассказываем, отчего христианство немыслимо вне Церкви. Вы свободны с этим не соглашаться, но отчего вдруг я должен предпочесть Ваше мнение всему опыту, многовековому опыту всей Церкви, а также своему и многих моих ближних опыту пребывания в Церкви? Не вижу причины. Потому отвечаю так, как отвечаю.

  • Александр
    Сентябрь 15, 2019 13:31

    А зачем мученик, которому нужно молиться по поводу избавления от пьянства? Бог не лучше ли любого человека знает когда и кому в чем надо помочь или продлить испытание? Молиться даже действительно святым людям – это богохульство, неверие в то, что Он всеблаг и “все ради нас человек и ради нашего спасения”. Желаете через секретаршу, через заднее крыльцо? С Богом так не выйдет.

    • Владимир Гурболиков
      Сентябрь 15, 2019 17:03

      А зачем мы просим молиться друг друга, молиться друг за друга? Мне кажется, по той же причине: Церковь это пребывание человечества и спасение человечества в любви. И мы ей учимся, и мы просим помощи и тех, с кем вместе надеемся жить в раю. Да: каждый из нас предстоит перед Богом. Но в Церкви он не сам по себе, не один на один. И когда мы молимся друг за друга, просим кого-то помолиться о нас, в том числе и тех, кто уже спасён, это и есть рай, в который нас Бог зовёт. Это начало нового братства, к которому нас Бог призывает. Эти самые мысли про заднее крыльцо — они ведь и являются частью логики земных отношений. Это тут синоним дурного. И Воланд у Булгакова говорит: “Никогда ничего не просите”. Будучи противником человеческого спасения. А Христос, совершенно иначе: “Просите, и дано будет вам…”, “Любите друг друга”. Поэтому перед нами не свидетельство слабости веры, а напротив, исполнение заповедей Господних.

  • Юрий
    Январь 3, 2018 16:20

    Да, трудно понять то время и тех людей, которые добровольно шли на такую мученическую смерть. Зато память о них сохраняется в веках. Добавлю, что моя фамилия Ванифатьев и я может быть как-то сопричастен к имени этого святого мученика. По крайней мере я считаю его своим покровителем и заступником.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *