Слово пустыня вызывает соответствующий ассоциативный ряд: песок, палящее солнце и бесконечное безлюдное пространство. Но в древнерусской монашеской традиции пустыней могли называть и лесную глушь, и заболоченную местность, и скит, удаленный от человеческого жилья. В XV–XVI веках такими пустынями была буквально усеяна Псковская земля. Монахи уходили из уже существующих обителей в леса, селились возле рек и озер, строили небольшие кельи среди болот и жили там в молитве и безмолвии. Это явление называют псковским пустынножительством. В день памяти одного из самых известных пустынников XVI века, преподобного Никандра Псковского, расскажем о нем подробнее.
Пустыня в лесу и на болоте
Истоки пустынножительства уходят в первые века христианства. В IV веке оно получило широкое распространение прежде всего в Египте и Палестине. Люди уходили из городов в пустыни, где проводили жизнь в молитве, аскезе и уединении. Эти отшельники положили начало христианскому монашеству. На Руси пустынь как таковых не было. Но ими могли стать лес, остров, берег реки, небольшое пространство суши среди болот. В XV веке уход монахов из старых обителей в лесные пустыни стал заметным явлением во многих русских землях. Псковское пустынножительство было частью этого большого процесса, но здесь оно приобрело настолько заметный характер, что историк псковского монашества Николай Серебрянский посвятил ему отдельный раздел своего фундаментального исследования «Очерки по истории монастырской жизни в Псковской земле». Он так его и назвал: «История монашества пустынного».
Зачем монаху уходить из монастыря?
Действительно, человек уже стал монахом, покинул мир, живет в обители, выполняет послушания, молится. Зачем ему оставлять монастырь и одному уходить в лес? В житии преподобного Евфросина Псковского его решение объясняется так: он стремился к пустынному и безмолвному житию. Безмолвие в монашеской традиции — это больше, чем просто молчание. Речь идет о предельной сосредоточенности на молитве и духовной жизни. Чем меньше внешних обстоятельств отвлекает от этого, тем больше пространства остается для такой аскезы. Средневековый же монастырь не всегда был тихим и спокойным местом. У обители могли быть земельные владения, хозяйственная деятельность, контакты с жителями соседних деревень, благотворителями и властями. В монастырь приезжали паломники. Как тут сосредоточиться? Поэтому некоторые монахи и удалялись в леса, где их уже ничто не отвлекало от общения с Богом в молитве и безмолвии.
Самые известные псковские пустынножители
Одной из ключевых фигур псковского пустынножительства стал преподобный Евфросин Псковский. Он был монахом Снетогорского монастыря, одной из древних псковских обителей. Около 1424–1425 года он покинул монастырь и поселился в лесу на реке Толве, примерно в нескольких десятках километров от Пскова, где построил небольшую келью. Евфросин искал уединения, и, действительно, некоторое время никто не нарушал его одиночество. Но уже очень скоро к нему присоединился преподобный Серапион Псковский. Затем появились другие монахи, и постепенно пустынь превратилась в монастырь — будущую Спасо-Елеазаровскую обитель.
Путь Евфросина повторил преподобный Савва Крыпецкий. Он тоже подвизался в Снетогорском монастыре, затем перешел к Евфросину на Толву, а оттуда отправился еще дальше, пока среди лесов и труднопроходимых болот на небольшом холме не соорудил себе келью. Но и его одиночество долго не продлилось. Со временем вокруг Саввы возникла монашеская община, а затем Иоанно-Богословский Крыпецкий монастырь.
В XVI столетии традицию пустынножительства продолжил преподобный Никандр Псковский. Вероятно, в 1530–1540-х годах он поселился в лесистой местности на реке Демянке. Здесь подвижник провел значительную часть жизни. Спустя несколько лет после его смерти, которая наступила в 1581 году, здесь возникла обитель, получившая название Никандровой пустыни.
Это лишь наиболее известные и характерные представители псковского пустынножительства, которых особо выделяет Николай Серебрянский. Сколько их было всего, подсчитать невозможно.
Как жил пустынножитель?
Жития святых рассказывают прежде всего о духовном подвиге пустынножителей, поэтому восстановить их повседневный быт во всех деталях не получится. Однако некую общую, собирательную картину представить можно. Жили они очень просто, чаще всего в маленькой убогой келье, занимались физическим трудом, чтобы пропитать себя, много молились и соблюдали строгий пост. При этом их жизнь нельзя было назвать спокойной и безопасной. Лес таил в себе реальную опасность. Помимо диких зверей, подвижникам могли угрожали лихие люди. Преподобный Евфросин говорил, что одной из причин, по которой он согласился принять к себе других монахов, была угроза нападения разбойников.
Почему именно Псковщина?
Тому есть несколько причин. К XV веку монашеская традиция здесь существовала уже давно. Были крупные монастыри, прежде всего Мирожский и Снетогорский. Пустынножительство возникло тут не на пустом месте, но стало следующим этапом развития иноческой жизни. Сыграла свою роль и сама география Псковской земли: леса, озера, реки, болота позволяли легко найти уединенное место вне обжитого пространства. Но еще важнее, вероятно, был общий духовный импульс той эпохи. Аналогичное движение наблюдалось тогда и в других русских землях. Словно бы монашество в едином порыве устремилось к своим истокам, когда человек был монахом (монах происходит от греческого слова μόνος, что значит «один, единственный») не только по имени, но и по житию.
Почему пустынники в конце концов строили монастыри?
Да, с одной стороны, здесь есть определенный парадокс. Подвижники удалялись в глухие места, но именно благодаря им там появлялись новые общины, храмы и монастыри. С другой, стремление к уединению и молитве не противоречит евангельской заповеди о любви к ближнему. Пустынник уходил от людей ради молитвенного труда, достижения внутренней сосредоточенности, духовного роста. Но если его опыт оказывался спасительным и полезным для других, к нему приходили ученики, которых он принимал, видя в этом следование воле Божией.
