«Он сказал: зря извиняетесь, я совершенно не обиделся» — священник о встрече с Владиславом Крапивиным – Православный журнал «Фома»
«Он сказал: зря извиняетесь, я совершенно не обиделся» — священник о встрече с Владиславом Крапивиным

«Он сказал: зря извиняетесь, я совершенно не обиделся» — священник о встрече с Владиславом Крапивиным

Приблизительное время чтения: 3 мин.

Код для вставки
Код скопирован

Несколько лет назад мне всё чаще стали вспоминаться строчки Мандельштама «Только детские книги читать, Только детские думы лелеять, Все большое далеко развеять, Из глубокой печали восстать… Я от жизни смертельно устал…» — действительно было ощущение накопившейся усталости, и душевной, и физической, а «восстать из печали» с помощью духовных средств не удавалось.

Мандельштамовская подсказка наложилась на поиск подростковой литературы для моих детей, а в этом поиске совершенно особенным лучиком светилось из моего отрочества воспоминание о чтении книг Владислава Крапивина. Из читанного в детстве мне к зрелому возрасту почти не помнилось ни сюжетов, ни названий — разрозненные эпизоды да общее ощущение. Но это самое ощущение (чего-то прекрасного, чуть тревожного, пронзительно-искреннего — из самой души идущего) подталкивало к тому, чтобы найти и перечитать читанное в детстве и обязательно заразить Крапивиным своих старших.

И я даже не представлял, насколько глубокий мир откроется мне в его книгах. Кроме лекарства от усталости (а оно прекрасно действовало), иногда через эти книги приходили вразумления о каких-то сложных ситуациях: книжные сюжетные повороты, перекликаясь с моими жизненными, помогали почувствовать чью-то боль и собственную неправоту, простить, помириться.

«Он сказал: зря извиняетесь, я совершенно не обиделся» — священник о встрече с Владиславом Крапивиным

Мой друг Дима Кузьмин (Черный Лукич, один из отцов-основателей сибирского панк-рока), трепетно любивший Крапивина и даже певший что-то на его стихи, рассказал, что один его друг вхож домой к Владиславу Петровичу, и через этого друга познакомил нас с писателем. В телефонном разговоре Крапивин пригласил меня приехать в гости к нему в Тюмень, и мы с сыном, которому шел тогда двенадцатый год (и который успел до этой поездки одолеть целую полку крапивинских книг), двое суток провели у Владислава Петровича дома.

Часть из наших разговоров была записана на диктофон и опубликована впоследствии порталом «ПравМир», а из того, что не вошло в запись, мне вспоминается один конфуз — я случайно нахамил Владиславу Петровичу. Он, как и многие представители интеллигенции советского времени, пытался совмещать элементы православного мировоззрения с «широтой взглядов», допускающую влияние оккультизма, иных религий и странных околонаучных теорий. И пытался в наших спорах «лечить» меня от излишнего, на его взгляд, православного консерватизма. «Владислав Петрович! — воскликнул я, — ну что вы для меня Америку открыть пытаетесь. Именно те взгляды, которые Вы мне сейчас излагаете, были у меня в пятнадцать лет». И тут же я смутился, и взялся просить прощения, осознав высокомерность необдуманной реплики. Владислав Петрович благодушно ответил: «Зря извиняетесь, я совершенно не обиделся. Видите, у меня на гербе написано “всегда 12”? Вполне вероятно, что я еще не дорос до уровня ваших пятнадцати лет».

Разговор с Владиславом Петровичем об этом девизе у нас неожиданно продолжился через несколько лет. Как раз накануне дня памяти святого короля Владислава Сербского (за неделю до юбилея, 80-летия Владислава Петровича) прочитал высказывания Паисия Святогорца о душах, восходящих в небесные обители — что они не сохраняют особенности пожилого возраста, а молодеют до отрочества. «Ночью 1-го июня 1975 года, молясь, Старец увидел, как восходит на небо душа румынского монаха Старца Филарета из кельи святого Андрея на Капсале. Душа отца Филарета была в образе отрока лет двенадцати, со светлым лицом. Она восходила на небеса в небесном свете. На следующий день Старцу сказали, что в тот самый час ночи, когда ему было это видение, добродетельный старец Филарет почил о Господе». Позвонив Владиславу Петровичу с именинно-юбилейными поздравлениями, рассказал об этом свидетельстве старца Паисия, ведь в этом контексте девиз «всегда 12» обретает неожиданный смысл. Крапивину имя Паисия Святогорца оказалось знакомо, и это свидетельство его очень впечатлило.

Через год в день памяти короля Владислава поговорили в последний раз. Всегда в телефонных разговорах было душевное тепло, вопросы о семье, о моих детях. Со своими читателями в жизни Крапивин всегда общался так же, как и через свои книги. Сегодня его живое общение с нами прервалось, но возможность общения через книги остается — а для верующих людей еще и через молитву о новопреставленном Владиславе.

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (45 голосов, средняя: 4,89 из 5)
Загрузка...
3 сентября 2020
Поделиться:

    Отменить ежемесячное пожертвование вы можете в любой момент здесь