Никто не хотел уступать

К 800-летию трагедии на реке Липице

1216 год. Две громадных рати стоят на холмах близ города Юрьева-Польского. Русские против русских, православные против православных. И есть еще шанс помириться, избежать сражения… Но никто не желает поступиться своими интересами. Грянет битва, и вся Русь содрогнется от масштабов кровавой резни. Смогут ли вожди русского народа перемениться после этой трагедии или страна безнадежно погрузится во тьму злобы и нравственного падения?

Отец против сына

 Князь Всеволод Юрьевич. Портрет из Царского титулярника (1672)

Князь Всеволод Юрьевич. Портрет из Царского титулярника (1672)

Корни липицкой трагедии уходят на годы и десятилетия вглубь истории.
Много лет огромным и могучим Владимиро-Суздальским княжеством правил Всеволод Юрьевич, вошедший в историческую память Руси с прозвищем Большое Гнездо. О нем летопись рассказывает много доброго. И по складу личности, и по политическому почерку его можно считать предтечей царей московских. Как и они, Всеволод Юрьевич искал единства для подвластных земель, устанавливал непререкаемое подчинение, и в то же время отличался крепкой верой, нищелюбием, благочестием. Этот государь основывал новые монастыри, возводил каменные храмы. Лучшими памятниками его правлению стали величественные соборы Владимира — Рождественский, Дмитриевский (в честь святого покровителя князя — Димитрия Солунского) и Успенский Княгинина монастыря. Из Солуни во Владимир в ту пору были доставлены «сорочка» и мироточивая «доска гробная» святого Димитрия.

Летопись по смерти князя Всеволода возносит ему хвалу: «Много мужествовал и, дерзость имев, показал ее в битвах. Украшен добрым нравом, злых казнил, а добромысленных миловал… От имени его трепетали все страны, и по всей земле разносилась слава о нем. Был судьей истинным и нелицемерным, не щадил сильных своих бояр, если они обижали меньших людей».
Поистине идиллическая картина! Великий справедливый правитель, благочестивый христианин, храбрый воин… Но к этой бочке меда придется добавить ложку дегтя: среди многочисленных добродетелей Всеволода Юрьевича не было одной, очень важной — отцовского внимания к детям. И дети его выросли жестокими гордецами. Именно поэтому после кончины Всеволода Юрьевича его колоссальная держава распалась на полунезависимые княжества, а земли Северной Руси, долго не знавшие междоусобных войн, оказались залиты кровью…

Не напрасно ему дали прозвище «Большое Гнездо»: жены родили ему более десятка детей, из них сыновей — восемь! К моменту, когда немолодой князь почувствовал наступление последнего срока, шестеро сыновей оставались в живых. А долг перед родом требовал обеспечить отпрысков честью и богатством. Следовательно — дать им княжения. Старший сын, Константин, не хотел деления Владимиро-Суздальской земли на части, требовал себе всей державы. Но родитель, осердясь, решил иначе. И вот получил от отца Константин города Ростов и Ярославль, а Юрий — Суздаль, Владимир (столицу княжества) и формальное первенство среди потомков Всеволода, хотя и уступал годами Константину. Так разъяренный отец в 1212 году, на смертном одре, наказал строптивого сына. Константин проявлял государственную прозорливость, но шел против семейных устоев, против воли отца и при жизни родителя не желал смягчаться…
Следующему сыну, Ярославу, достался Переяславль-Залесский.

Велика была Владимиро-Суздальская земля, множество богатых городов существовало в ней.

Казалось бы, каждому из Всеволодовичей хватит богатства и чести, каждый получит свой удел, где сможет жить мирно и счастливо!

Но вышло не так. Великая гордыня, взращенная еще при жизни отца, пышным цветом расцвела в душах его отпрыс­ков. А гордыня — мать прочим грехам. От нее и жестокость, и ложь, и корысть, и тщеславие…

Тесть против зятя

нязь Ярослав Всеволодович, подносящий храм Христу. Фреска церкви Спаса на Нередице, Новгород. Около 1246

Князь Ярослав Всеволодович, подносящий храм Христу. Фреска церкви Спаса на Нередице, Новгород. Около 1246

Вскоре после кончины Всеволода Юрьевича сыновья его передрались. Несколько раз они поднимали оружие друг против друга — родные братья! До поры воля отца и воля самой земли удерживала на престоле Юрия Всеволодовича. Константин закрепился в Ростове, а забрать себе Владимир и присвоить первенство он не мог. Но не мог и успокоиться.

Гордыня не давала ему смириться с поражением. Как же так? Ведь он старше Юрия! Он должен восседать на великокняжеском престоле во Владимире! Нельзя терпеть такую обиду!
Случай помог ему.

Новая большая война пришла на Владимиро-Суздальскую землю издалека. Приближаясь, она с каждым шагом подогревала свирепость в сердцах. Каждый шаг ее — новая кровь, новые смерти…

В ту пору младший Всеволодович, Ярослав, правил в Новгороде Великом. Как и отец, он был по характеру само­властцем, а новгородцы, хранившие свою вольность как зеницу ока, этого не любили. Они отказали Ярославу в княжении, то есть попросту прогнали его. Ожесточившись, Ярослав арестовал новгородских купцов и закрыл своими ратями дороги, по которым на Новгородчину с юга подвозили хлеб, вызвав тем самым большой голод. Поступал он безо всякого милосердия… Много умерло строптивых новгородцев. Тогда вече призвало известного полководца, князя с натурой кондотьера, Мстислава Удатного. Ему дали княжение в Новгороде, но потребовали избавить город и от обиды, нанесенной Ярославом, и от угрозы с его стороны. Мстислав создал коалицию, куда вошли князь псковский и князь смоленский с дружинами. Февраль 1216 года прошел в боевых приготовлениях союзников. Зарождалась та самая большая война…

Междоусобица. Александр Быстров. 1996. Репродукция предоставлена Культурным фондом имени А. К. Быстрова

Междоусобица. Александр Быстров. 1996. Репродукция предоставлена Культурным фондом имени А. К. Быстрова

Двинувшись в поход, Мстислав попутно разорял русские земли. Обиженные новгородцы свирепствовали без пощады. Запылала Дубна, огонь поглотил иные малые городки, вот уже разграблено всё Нижнее Поволжье. Добиваясь справедливости, новгородцы с союзниками не щадили ни правого, ни виноватого.

А теперь остановимся на миг и зададимся вопросом, кто и с кем воюет? Русские с русскими. Православные с православными. Более того, тесть с зятем! Ибо дочь Мстислава, Феодосия, ранее вышла замуж за Ярослава…
Позорно и страшно!
То ли еще будет. Это лишь начало…

Брат против брата

Рать Мстислава Удатного явилась во Владимиро-Суздальскую землю, подступилась к Переяславлю-Залесскому, владению князя Ярослава. Но самого Ярослава там не было. Он пришел к первенствующему князю среди правителей региона, Юрию Всеволодовичу, и попросил управы на разбушевавшихся новгородцев. Тот не отказал.

Всю силу громадного Владимиро-Суздальского княжества захотел Юрий поставить в строй. Собирал он бойцов из городов и сел, вызвал отряды из союзных Мурома и Городца. Но не пришли к нему на помощь ростовцы. Пробил час князя Константина Ростовского! Захотел он отомстить за обиду и забрать себе престол Юрия. Полки Константина пришли под стяг Мстислава Удатного.

Брат старший вооружился против братьев младших, изготовился кровь их пролить, словно Каин, погубивший Авеля. «Страшно чудо и дивно, братье! — восклицает летописец. — Пошел брат на брата, рабы на господина, а господин на рабов!»

У реки Липицы, близ города Юрьева-Польского, встали друг против друга две великих армии, каких давно не видывала Русь. Не половцы явились за добычей, не шведы и не литовцы. Полки Владимира, Суздаля, Переяславля-Залесского, Юрьева, Мурома и Городца вышли против полков Новгорода, Смоленска, Пскова и Ростова. С точки зрения современности — дико, нелепо: областные центры одной державы ведут между собою войну! Только нет еще в XIII веке никакой единой державы, а есть россыпь вечевых республик и княжеств, разоб­щенных враждою своих правителей.

Но братоубийственное кровопролитие все еще можно остановить. Две коалиции стоят на холмах, меж которыми, в низинах, журчат весенние ручьи и зацветает «дебрь» — густые кустарники. Природа пробуждается, теплый апрель властно шествует по земле, реки вскрылись ото льда, трава пробивается из-под земли. Совсем недавно Пасху праздновала вся Русская земля.
Никому не хочется умирать.

q Лучник XIII века. Иллюстрация с современной открытки

Лучник XIII века.Иллюстрация
с современной открытки

Может, решить дело переговорами? И две стороны начинают торг. Но сколько высокомерия во взаимных требованиях! Никто не желает уступать даже в малом. Летопись сохранила подробное описание переговоров. Углубившись в него, невозможно отделаться от впечатления, что обе стороны не примириться хотят, а побольнее уколоть друга.

Наконец, Мстислав Удатный и его воинство переходят в наступление. 21 апреля 1216 года грянула великая битва. Такого побоища своих со своими доселе на знала Русь! Много раз случались бои междоусобные, но раньше они не достигали подобного размаха.

Дрогнули полки Владимирские и Переяславские. Бежали с поля битвы Юрий с Ярославом, сбрасывая оружие и доспехи. Бежали князья муромские. Долго длилась резня. Долго победители истребляли воинство, оставшееся без вождей.

Торжествующие сторонники Мстислава с Константином ворвались во вражеский лагерь и принялись считать трофеи: 30 стягов захватили, 100 труб и бубнов, 60 пленников! О, каков триумф!

А на земле лежало девять тысяч убитых, трупы плыли во множестве по реке, мертвецов никто не погребал. Раненые стонали от боли, расползаясь по кустам, и некому было помочь им…

Таков главный итог Липицкой битвы… Нет в ней ни правых, ни виноватых, а есть лишь дерзкие гордецы и беспощадные убийцы — с обеих сторон.

Что делать с этим в нашей истории? Только ли оплакать? Только ли увидеть неизбывную, неисправимую тьму? Ведь столетиями шли у нас междоусобные войны, волна за волной накатывались распри, беспощадно сжигались города, и даже сам златоверхий Киев подвергался безжалостным разгромам! Липицкая бойня — всего лишь вершина айсберга, пусть и устрашающая в своем багровом величии. Как будто весь народ был веками отмечен каким-то тяжким тайным пороком, не дававшим выйти из темных вод разобщения…
Нет, слава Богу, даже в этой черной странице русской истории виден отблеск будущего света. Господь тяжко карает, но никогда не оставляет детей своих без любви и надежды.

Великое примирение

 Великий князь Ярослав после разорения татарами Руси возобновляет города. Борис Чориков. 1836

Великий князь Ярослав после разорения татарами Руси возобновляет города. Борис Чориков. 1836

Оба главных «героя» Липицкой битвы — Константин и Юрий Всеволодовичи — устрашились содеянного. Все же оба верили в Христа, а потому хорошо понимали, на какой дьявольский соблазн поддались, какой грех лег на их души. И они остановили свару, помирились.
Юрий без боя сдал Константину столичный Владимир, и тот воссел на великокняжеском престоле. Младшие братья «били челом» Константину с его союзниками, прося мира и милости. Новый великий князь поступил со своими братьями снисходительно. Не изгнал из княжества, не заточил. Юрию он дал во владение Городец, а вскоре пожаловал богатый Суздаль. Более того, Константин обещал младшему брату, что Владимир и великое княжение отойдут ему, как только завершится земной срок самого Константина.

В ответ Юрий заверил старшего брата, что за сыновьями его сохранятся богатые уделы — Ростов и Ярославль. Племянникам своим Юрий должен быть стать «в отца место», а они, в свою очередь, обязаны были почитать его и слушаться во всем.

Оба, Константин и Юрий, выполнили свои обещания. Без войны, без крови, без свар совершались в дальнейшем дела престолонаследия на просторах Владимиро-Суздальского княжества.
Более того, оба переменили свой гордый нрав. Занимая великокняжеский престол, сначала Константин, потом Юрий вели себя миролюбиво и благочестиво.

Шлем Яро­слава Все­воло­довича, потерян­ный им в Ли­пиц­кой битве 1216 года и найденный в 1808 году, хранится в Оружейной палате Московского Кремля

Шлем Яро­слава Все­воло­довича, потерян­ный им
в Ли­пиц­кой битве 1216 года и найденный в 1808 году, хранится в Оружейной палате Московского Кремля

Константин правил менее трех лет, но за это время построил несколько больших храмов. Сыновьям своим он завещал любить друг друга, бояться Бога и соблюдать Его заповеди, укреплять Церковь, творить милостыню, слушать книжное поучение.

Юрий продолжил традицию строительства великолепных каменных церквей, успешно оборонял Русь от волжских болгар, всегда был внимателен к нуждам Церкви. В 1238 году князь принял смерть за Отечество, сражаясь с монголо-татарскими захватчиками. Четыреста лет спустя Русская церковь канонизировала Юрия Всеволодовича.

Очевидно, Липицкая трагедия обер­нулась для обоих тем уроком, который стоил дорого, но все же пошел впрок.

А для Руси Липицкая битва стала общим страшным воспоминанием. Избавиться от угрозы ее повтора русский народ мог только одним способом — объединившись, преодолев разобщение. И процесс объединения начнется. Медленно-медленно пойдет он — страшно мешать ему будет власть Орды, которая установится через два с лишним десятилетия после Липицы. Потребуется три века, чтобы на месте аморфного крошева больших и малых княжеств появилась Россия, одна сильная держава на всех.

И подталкивать к объединению будет… память Липицы. Память огромного греха, совершенного из-за гордыни и требующего «перемены ума» от всего дома Рюриковичей. Память ужасающая, но драгоценная

VolodihinD ВОЛОДИХИН Дмитрий
рубрика: Авторы » В »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (12 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • ТАМАРА
    Февраль 23, 2016 2:18

    Гордость-мать всех пороков.спаси ,Господи,от этого всех нас. не доведи,Господи,таких уроков,что дала эта битва.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.