В том году зима была настоящая, с добрыми морозами и огромными сугробами. Такими огромными, каких не было с детских лет. Честное слово, некоторые ― выше головы!
Как-то я шла с автобуса после работы за младшим сыном в детский сад. Морозило, снег скрипел под ногами, а вокруг ― тишина.
Вдруг подумалось, что по этой самой дорожке в этот самый садик водили когда-то и меня. Появилось странное, щемящее и теплое чувство, как будто оглянись сейчас ― и увидишь, как за поворотом неспешно скрываются две знакомые фигурки: маленькая и большая.
Шагая за младшим в садик, я вдруг почувствовала, что рядом идет моя бабушка Тоня, молодая еще, крепкая, а сама я стала маленькой, неловко перебирающей ногами из-за толстых теплых штанов.
Мы шли молча, то ли мне тридцать восемь, то ли три, но я точно знала в этот момент, что в том нашем доме жарко натоплено, горит желтый свет в комнате и белый на кухне. И мама с маленькой сестрой на руках ждет меня дома, а папа сегодня на ночной смене. И щеки колола шаль, повязанная поверх шапки, а бабушка держала меня за руку, и ладошка внутри варежки становилась чуть влажной, потому что снег таял от тепла бабушкиной руки.
Мы шли вдвоем, я и она, ― снег скрипел под нашими неспешными шагами, совсем такой же, как в детстве, и сугробы выше головы. Вокруг было темно и сине, а в чужих окнах уютно горел свет. Я смотрела на эти окна и ощущала, как быстро всё проходит. Слишком быстро проходит, но никогда не перестает.
Читайте также:
«В тот день я решила поставить точку на нашем с ним общении»: необычная история любви священника и его жены
