редактор направления «Вера и Церковь»
Референт информационного отдела Берлинско-Германской епархии Русской Православной Церкви. Священник храма равноапостольного Владимира в Берлине. Окончил ПСТГУ, исторический факультет и аспирантуру МГУ, имеет ученую степень кандидата исторических наук.
Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи. И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошел. Было же это в день субботний. Посему Иудеи говорили исцеленному: сегодня суббота; не должно тебе брать постели (Ин 5:8–10).
В евангельском рассказе об исцелении расслабленного у Овчей купели есть одна важная деталь, которая дает этой истории дальнейшее, в каком-то смысле скандальное развитие и выводит ее в центр общественного внимания: исцеленный Спасителем расслабленный встает, берет свою постель и выходит в город, что вызывает бурную реакцию ревностных законников из иудеев. В чем тут дело?
Чтобы понять, что именно произошло, важно хотя бы вкратце рассмотреть, как в иудейской традиции складывалось отношение к субботе.
Заповедь о субботе — одна из десяти, полученных Моисеем на горе Синай и выбитых на скрижалях Завета. Вот как она звучит: Помни день субботний, чтобы святить его; шесть дней работай и делай [в них] всякие дела твои, а день седьмой — суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни [вол твой, ни осел твой, ни всякий] скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих; ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в день седьмой почил; посему благословил Господь день субботний и освятил его (Исх 20:8–11). Это не просто день отдыха и безделья, а время, посвященное Богу. Человек вырывается из повседневной трудовой рутины, чтобы засвидетельствовать Богу свою верность. Поскольку Бог благословил и освятил день субботний, человек также призван святить его, то есть жить в ощущении святости субботы, соразмерять свою жизнь с волей Божьей, не отвлекаться на посторонние дела, свидетельствовать, что мир не принадлежит ему, а создан и управляется Творцом.
Возможно, именно в силу своей значимости эта заповедь постепенно обросла разного рода уточнениями, комментариями и толкованиями. В какой-то момент возник вопрос: а что именно считать работой, ведь в Священном Писании есть лишь общий принцип: не делай… никакого дела, а подробного перечня «дел» не приводится. Поэтому уже очень скоро в устной, а затем и в письменной традиции формируется список основных видов деятельности, которые запрещены в субботу. Со временем из них были выведены тридцать девять основных видов работ, запрещенных в субботу. Среди них есть, казалось бы, очевидные вещи: нельзя сеять, жать, разжигать огонь. Но есть и менее очевидные — например, нельзя переносить предметы из одного места в другое. Постель — очевидно циновка, на которой лежал расслабленный и которую он затем взял с собой и понес, — как раз и подпадала под этот запрет. С точки зрения строгого соблюдения субботы расслабленный совершил запрещенное действие. Это и вызвало гнев и возмущение правоверных иудеев.
Казалось бы, что за глупость и формализм эта заповедь о субботе? Да, определенный формализм тут, несомненно, присутствует. Но это не формализм ради формализма. За всеми запретами и уточнениями стояло искреннее стремление людей оградить священный день от всех возможных нарушений. Чтобы не нарушить заповедь, не размыть ее, нужно было четко определить границы и не приближаться к ним. Поэтому уже в ветхозаветный период возникает так называемая «ограда вокруг закона», как в иудаизме называют систему запретов, ограничений и установлений, дополняющую заповеди и предписания Торы. И вот в эту систему входит человек с постелью на плечах.
Для окружающих этот поступок выглядит как демонстративное нарушение, носящее публичный характер, своего рода перформанс. Он идет, его все видят, это невозможно проигнорировать. И реакция законников вполне объяснима. Они видят нарушение базовых принципов религиозной жизни и встают на защиту закона. Что же происходит дальше?
Расслабленный рассказывает о своем чудесном исцелении и о том, что Сам Исцеливший повелел ему взять постель и идти. Это еще больше насторожило и встревожило его собеседников. Ведь если кто-то исцелил этого человека и повелел ему нести постель, значит, этот кто-то тоже нарушил закон. И не только сам нарушил, но и другого подбил на этот шаг. Поэтому следующий вопрос кто Тот Человек, Который сказал тебе: возьми постель твою и ходи? (Ин 5:12) — это не праздное любопытство, а религиозно окрашенное желание выявить источник зла, идентифицировать того первого нарушителя закона и примерно его наказать, чтобы другим было неповадно. Отсюда естественным образом вытекает дальнейшая реакция иудеев, выяснивших, что Исцелившим расслабленного был Иисус: стали Иудеи гнать Иисуса и искали убить Его за то, что Он делал такие дела в субботу (Ин 5:16).
Читайте также текст сухбата афлатуни:
«Возьми постель твою и ходи!»
А что Сам Иисус? Иисус же, — пишет евангелист Иоанн — говорил им: Отец Мой доныне делает, и Я делаю (Ин 5:17).
С одной стороны, мы видим заботу о верности Богу, выраженную в строгом соблюдении заповедей и стремлении любыми средствами оградить закон он нарушений. И в этом стремлении законники по-своему правы, об этом мы писали выше. С другой стороны, мы сталкиваемся с действием Бога, которое выходит за границы, прочерченные ветхозаветными мудрецами. И перед этим действием, которое есть не что иное, как проявление любви Бога к людям, кажущаяся человеческая правота бледнеет. Исцеление расслабленного, устроенный им по повелению Спасителя перформанс и последующие слова Христа не обесценивают заповедь о субботе, а возвращают ей первоначальный смысл. Суббота дана человеку не для безделья и отдыха. Ее смысл не в том, чтобы не работать. Работу нужно отложить исключительно для того, чтобы хотя бы в этот день полностью посвятить себя Богу, приблизиться к Нему, стать на Него похожим. Как и в чем? На этот вопрос как раз и отвечают слова Христа: Отец Мой доныне делает, и Я делаю.
Во-первых, речь идет о понимании Божьего покоя. В книге Бытие сказано, что Бог «почил» в седьмой день. Но даже иудейская традиция никогда не понимала это как полное бездействие. Бог, будучи источником жизни, продолжает поддерживать свое творение и хранить его. Если бы Бог не действовал, мир просто перестал бы существовать. И говоря Отец Мой доныне делает, Христос апеллирует именно к участию Бога в жизни сотворенной Им вселенной: Бог не прекращает действовать даже в день седьмой, Он продолжает заботиться о мире и человеке.
Во-вторых, говоря и Я делаю, Христос показывает, что субботний покой не равен бездействию и равнодушию к горю других людей. Как Господь промышляет о мире и человеке каждую секунду земного времени, так и человек призван проявлять любовь и заботу о ближних. Устремлять свое внимание не на то, как бы чего не нарушить, а на нужды других людей, которые, может быть, именно в эту минуту нуждаются в помощи и поддержке.
Так исцеление расслабленного не нарушает субботу, а раскрывает ее изначальный смысл.
