Можно искренне раскаяться — и погибнуть. А можно тяжко согрешить — и вернуться к жизни, даже стать святым. Этот парадокс раскрывается в двух евангельских историях о Петре и Иуде. Они показывают, что даже после серьезной ошибки у человека остается выбор, от которого зависит, как сложится его дальнейшая жизнь.
редактор направления «Вера и Церковь»
В церковном предании апостолы Петр и Иуда предстают очень разными людьми. И отношение к ним разное. Петр — первоверховный апостол, один из великих христианских святых. Иуда — неверный ученик, сребролюбец, предатель. Петр нередко изображается с ключами от рая — символом духовной власти и уникальных полномочий, в соответствии с обращенными к нему словами Спасителя: Я... дам тебе ключи Царства Небесного: и чтó свяжешь на земле, тó будет связано на небесах; и чтó разрешишь на земле, тó будет разрешено на небесах (Мф 16:19). Иуда мучается в аду. Он не просто грешник, а олицетворение предательства. В «Божественной комедии» Данте помещает Иуду в девятый круг ада, в его последнюю зону, название которой является производной от имени предателя — Джудекке. Там же пребывает и сам сатана.
Читайте также:
«Держи ум во аде и не отчаивайся»: как понять эту фразу преподобного Силуана Афонского
А ведь в ночь, когда Иисус Христос был арестован, Петр и Иуда совершили типологически один и тот же поступок. Они предали своего Учителя. Разница в том, что Иуда сделал это сознательно, в соответствии с заранее подготовленным планом, а Петр действовал под воздействием страха. Но факт остается фактом: оба проявили неверность. Можно предположить, что Петр ощущал тяжесть отречения даже горче и острее, чем Иуда свое предательство.
Ведь буквально за несколько часов до этого он говорил в лицо Иисусу: хотя бы надлежало мне и умереть с Тобою, не отрекусь от Тебя (Мф 26:35).
Оба апостола совершают одну и ту же ошибку, и оба же после осознают ее и раскаиваются. Петр горько плачет, а Иуда идет к первосвященникам, сожалеет о случившемся и возвращает полученные за предательство деньги. Но дальше их пути радикально расходятся. Петр возвращается к остальным апостолам, становится свидетелем явлений воскресшего Христа и участником Пятидесятницы. А Иуда идет и вешается.
Эта история показывает, что ошибка не определяет финал. Важно, что происходит с человеком после совершенного поступка. И Петр, и Иуда страдают, испытывают душевную боль, но проживают ее по-разному.
Иуда остается внутри этой боли, замыкается в себе, винит и казнит себя не только в переносном, но и в буквальном смысле. «Я совершил нечто ужасное и непоправимое, а значит, для меня нет выхода» — вот в какой логике он мыслит. Он попадает в замкнутый круг, в котором нет никого, кроме него, нет милости и прощения. И будущего тоже нет. Характерно, что Иуда не обращается ко Христу, чтобы попросить у него прощения и получить его. Он идет к первосвященникам, которые не могут дать ему ничего, кроме равнодушия.
Петр превозмогает боль и, несмотря на внутренний надлом, находит в себе силы остаться в поле прежних отношений, не прекращает быть учеником Христа, находится среди апостолов и всеми силами стремится засвидетельствовать Ему порушенную предательством верность. Он тоже испытывает чувство вины, но в его случае вина становится ресурсом, который направляет его энергию навстречу изменениям, навстречу тому, что в православной традиции называется покаянием. Это покаяние достигает своей высшей точки в диалоге Петра с воскресшим Господом на Тивериадском озере. Трижды спрашивая своего оступившегося ученика любишь ли ты Меня (Ин 21:15–17), Спаситель восстанавливает его в отношениях с Собой и возвращает ему ответственность как одному из Своих ближайших учеников и апостолов.
Что нужно сделать, чтобы пойти путем Петра
Никто из нас не застрахован от ошибок разной степени тяжести. Каждый, кто читает эти строки, за свою жизнь обязательно еще совершит хотя бы одну. Порой ошибки могут показаться нам непоправимыми, катастрофичными. И вот тут важно пойти по пути Петра, а не Иуды. Для этого вот что нужно сделать:
1. Признать факт произошедшего без самооправдания и без драматизации. Честно назвать поступок, не превращая в окончательный приговор самому себе.
2. Не спешить делать вывод о собственной «окончательной испорченности». Наша личность не сводится к тому или иному поступку. Она гораздо больше, шире и многообразнее. Об этом нужно помнить и отделять оценку поступка от самоосуждения: «я поступил плохо», а не «я плохой». Это возвращает человеку способность действовать, дает возможность не утонуть в самообвинении.
3. Позволить себе пережить боль, не убегая от нее, но и не замыкаясь в ней.
4. Не изолироваться. Сохранить хотя бы минимальный контакт с близкими доверенными людьми, с общиной, с теми, кто способен принять, выслушать и не осудить.
5. Сохранить включенность в жизнь, даже в состоянии внутреннего опустошения. Не выпадать из своих обязанностей полностью, не обрывать все связи и дела.
6. Не принимать окончательных решений в состоянии вины, стыда и особенно отчаяния. Мысли и фразы вроде «все кончено» или «выхода нет» требуют обязательной проверки на реалистичность.
7. Вспомнить о Боге и помолиться. Молитва может быть короткой. Главное, чтобы она была искренней, осознанной, чтобы в ней выражалось движение души к покаянию.
8. Сделать конкретный шаг: попросить прощения, исправить причиненный ущерб, восстановить отношения.
9. Осознать, что внутреннее исцеление и восстановление — это процесс, а не мгновенное событие.
10. Быть готовым жить дальше и меняться. Покаяние начинается с раскаяния, но не заканчивается им, оно продолжается в конкретных мыслях, делах и поступках.
