Отношение к марихуане в обществе неоднозначно. Кто-то считает, что это такой же наркотик, как и все остальные, а потому с его распространением нужно бороться любыми средствами. Кто-то предлагает ввести термин “легкие наркотики” и как можно скорее легализовать все производные конопли. Церковь не поддерживает идею легализации. Почему? Об этом мы беседуем с заведующим информационно-издательским сектором Отдела по делам молодежи Русской Православной Церкви диаконом Михаилом Першиным.– Отец Михаил, сегодня наркотики нередко разделяют на “легкие” и “тяжелые” по степени их опасности для человеческого здоровья. Как Вы относитесь к такому подходу?

– Как к рекламному трюку. Причем, дважды нечестному. Во-первых, любой наркотик, по определению, сволакивает в могилу. Во-вторых, жизнь человека не сводима к его здоровью. Погибает не только тело, но и душа.

Наркотик, – неважно, насколько быстро он убивает, – в первую очередь влияет на духовный мир человека. И марихуана, и героин в равной степени способны изменять человеческое сознание, а это несовместимо с православной жизнью. Причина проста: измененное сознание – это распахнутые ворота в душу, но какие “гости” заселят ее? Бог? – Но Бог не приходит без спроса, без молитвы к Нему. Разговор с Богом предполагает трезвость, а не состояние наркотического опьянения. Тогда адепты наркодуховности начинают рассуждать о том, что душа просто подзаряжается некими “энергиями”. Возникает вопрос, что же это за энергии, которые не Божьи, кому они принадлежат? И здесь уместно вспомнить, что в духовном мире после грехопадения появились падшие ангелы, жаждущие завладеть человеком, поработить его. В этом и заключается главная опасность.

Поэтому потребление наркотиков даже с целью простой “развлекухи”, “для кайфа” – прямой путь к одержимости, когда человек начинает принадлежать уже не себе… Вот почему все практики, построенные на таких допингах, христианство отвергает в принципе. Курение ради просветления и постижения неких высших истин – это попытка получить какие-то духовные дары с помощью биохимии. Максимум, на что тут можно рассчитывать, это наркоэйфория – тот псевдодуховный суррогат, получив который, многие спешат успокоиться, посчитав, что обрели Истину.

Церковь против иллюзий: для общения с Богом нужно иметь чистый, незамутненный ум. Поэтому, с духовной точки зрения, легких наркотиков не бывает, как не бывает малых и больших грехов.

Любая наркотическая практика – это погружение в ложь, но здесь очень важно помнить, что как бы тяжело ни было, с духовной (не медицинской) точки зрения, остановиться можно всегда.

Очень часто наркоманы приходят в храм на исповедь в последние месяцы своей жизни. Наркотик истончает их душу, делает ее проницаемой для духовных воздействий, позволяет заглянуть в духовный мир. Но там они въяве видят бесов. И тогда человек, подобно принцу Гамлету, понимает, что смерть – это еще не конец. Что есть нечто, что гораздо страшнее. И эти, уже обреченные люди, спешат в Церковь в ужасе оттого, что посмертие обернется для них кошмаром, что глумление будет вечным.

Еще одна причина обращения наркоманов ко Христу – в том, что они понимают, что смерть тела не освобождает душу от зависимости, которую в посмертии уже невозможно удовлетворить. Получается, страсть остается, а тела, которое можно было бы напичкать зельем, уже нет. Но и для Бога тоже места в такой душе нет. А вечная ломка души при полной неспособности общаться с Богом – это и есть ад.

– А как же тогда вино?

– И оно, и наркотические вещества – часть нашего мира, сотворенного Богом. И человек призван научиться ими распоряжаться в соответствии с замыслом Творца. А зло лишь паразитирует на добре. В этом смысле нет разницы между алкоголизмом и наркоманией.

Другое дело, что вино – продукт привычный для нашей культуры. Среди европейских народов за века выработалась определенная культура винопития, в которой ценилось умение пить не напиваясь.

Увы, сегодня культура застолий у нас утрачена (что и привело к разгулу алкоголизма), но во многих патриархальных обществах, к примеру, на Кавказе или на Балканах, она продолжает существовать.

Кроме того, по утверждению антропологов, люди разных наций по-разному переносят различные наркотики. Так, различные производные конопли распространены в средней Азии, в Карибском бассейне. Но в Европе, и в целом в западной цивилизации не существует народной культуры их употребления. То же самое можно сказать о винопитии, к которому не приспособлены культуры северных народов. Тем самым, механический перенос культурных традиций, наблюдаемый сегодня, приводит к депопуляции.

– Но сегодня “трава” достаточно популярна…

– Думаю, что помимо моды на экзотику не последнюю роль здесь сыграла тяга людей к различным духовным практикам. Если мы оглянемся немного назад, то увидим, какие именно события были связаны с появлением марихуаны в западном, а потом и в российском обществе.

В 60-е годы, движение “хиппи”, а уже затем и музыка Боба Марли и пришедшая с нею мода на Расту – все это выросло из протеста против тогдашней культуры, которая внешне мимикрировала под христианскую, будучи по сути буржуазно-мещанской. Но человек все-таки не способен жить только идеями обогащения и наслаждения, ему нужно что-то еще.

Свято место пусто не бывает, как не бывает совершенно бездуховных обществ. Вместе с иными религиозными практиками и идеями в Западный мир пришла “трава”.

Так через ценностно-мировоззренческие коллизии европейская цивилизация начала сползать в шаманизм. Примитивные наркотические практики, основанные на идее подключения к неким “силам”, вытесняют высокую молитвенную традицию христианства, возводящую к личностному любящему Богу.

– Сегодня можно часто слышать слова о легализации легких наркотиков. Что вы думаете по этому поводу?

– Существует миф, что легализация – неотъемлемая составная прогресса, а значит, она неотвратима. Но в XX веке мы уже могли наблюдать пример страны, которая зашла по такому пути в тупик – это Китай.

С XVIII века туда из Индии в обмен на драгоценности завозились наркотики. В результате к началу XX столетия династия императоров Китая превратилась в династию наркоманов, плотно сидевших на игле. Только чудовищные репрессии Мао позволили практически полностью истребить наркомафию и создать предпосылки для рывка страны из той нищеты и средневековья, в которой она пребывала, к современному развитому государству.

Это вовсе не значит, что в России легализация невозможна. Но в этом случае речь будет идти уже о преступном государстве, по отношению к которому христиане, согласно Основам социальной концепции, имеют полное право на гражданское неповиновение, на неподчинение преступным законам, на отказ платить налоги, наконец.

Не стоит обольщаться, будто общество разрешенных наркотиков – это общество полной свободы. Напротив, возьмите любую современную антиутопию – почти везде люди сами загоняют себя в мрачный тоталитаризм, заменяя реальную полноценную жизнь жизнью, состоящей из двух вещей – безопасного секса и наркотиков.

Всеобщее употребление приведет не к повальному “просветлению”, а лишь уведет людей из реального мира. И это будет уже не прекрасная новая жизнь, а всего лишь ее иллюзия. Дешевая подделка под реальность.

Говоря об отношении Церкви к наркоте, стоит вспомнить и тот факт, что Христос на Голгофе отказался пить одуряющий напиток, предложенный ему солдатами. Бог христиан в полном сознании прошел Свой Крестный путь ради нашего воскресения.

 

В продолжение темы читайте:

КОРНИ ТРАВЫ. Почему Церковь против легализации марихуаны.

0
0
Сохранить
Поделиться: