Умереть и воскреснуть

О том, что значит «обратиться ко Христу»

Великим постом мы приближаемся к главным событиям мировой истории — и главным событиям нашей жизни. К смерти и воскресению Иисуса Христа. Но почему мы называем те события главными? И при чем тут собственно каждый из нас лично?

Победа, которой не ждали

Евангельские события разворачиваются под знаком трагического непонимания — толпа, которая приветствует Христа, противники, которые хотят Его убить, даже, долгое время, ученики — не понимают, Кто Он такой и зачем Он пришел. Толпа — и, поначалу, ученики — ожидают осуществления своих национальных и социальных чаяний, восстановления Царства Израилева, изгнания ненавистных языческих угнетателей, утверждения царства праведности и мира. Иисус воспринимается как новый Иуда Маккавей — вождь антиязыческого восстания, который воссоздал на какое-то время независимый Израиль — только лучше. Вот сейчас Иисус наконец займется своими прямым делом — восстановлением Царства Израилю… Вот сейчас Он поведет их на римский гарнизон. Бог вмешается в историю на стороне Своего народа, возрадуются праведники, когда увидят отмщение, омоют ноги свои в крови нечестивых…

И грозные слова Господа «Ныне суд миру сему; ныне князь мира сего изгнан будет вон. (Иоан.12:31)» наверняка воспринимаются его слушателями в контексте этих ожиданий — да, конечно, суд миру сему, это значит, с римлянами будет покончено. Но, оказывается, князь мира сего — это вовсе не римский император. И суд — это вовсе не вооруженное восстание, в котором сыны света с именем Божьим на устах перережут сынов тьмы. Это что-то прямо противоположное тому, что ожидалось — Мессия не сокрушит врагов народа Божиего. Он сам будет предан в руки этих врагов, подвергнут издевательствам и истязаниям, и наконец, мучительски убит. Господь Иисус называет именно это судом и победой: «И когда Я вознесен буду от земли, всех привлеку к Себе. Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертью Он умрет. (Иоан.12:32,33)». Иисус побеждает, полностью покоряясь воле Отца — до смерти, и смерти крестной.

Бог во Христе действительно ведет войну и одерживает победу. Но это не та война, которая привычна людям — не война за контроль, ресурсы или территории. Все мироздание, до последнего атома, итак принадлежит Богу. В некоторых мировоззренческих системах благой Бог ведет изнурительную битву с равной (или почти равной) ему по могуществу злой силой. Но на самом деле это не так — Бог абсолютный, неоспоримый владыка мироздания. Сатана, князь мира сего, — не более чем мятежное творение. За что же идет сражение? За души людей; за то, чтобы восстановить грешников в их отношениях с Богом и возвратить их к вечной и блаженной жизни, для которой они и были созданы. Это победа, которую невозможно одержать насилием; война, цель которой — не истребить врагов, а обратить их. И Христос одерживает победу — римская империя не будет уничтожена; она будет обращена. Пройдет три столетия, и сам римский император преклонит колени перед Распятым. Но главное — это не обращение могучих империй, а обращение конкретных людей, которых и пришел спасти Христос. Когда грешник возлагает упование на Спасителя, распятого за его грехи, и обращается от тьмы — к свету, и от власти сатаны — к Богу, князь мира сего изгоняется вон, и на небесах наступает великое торжество. Воскресший Христос посылает Апостолов проповедовать послание примирения — наши грехи искуплены, дверь открыта, нас зовут домой.

Но это — совсем не та победа, которой от Него ждали. Люди хотели не победы над грехом и смертью — а чего-то более весомого, грубого и зримого. Победы над другими людьми, национального и политического торжества.

Через какое-то время явились народные вожди, которые предложили людям именно то, что они хотели — повели их против римлян. Это кончилось так, как и предвещал Господь — катастрофой. От великолепных построек эпохи Ирода Великого не осталось камня на камне. Еще одно восстание, Симона Бар-Кохбы, которого считали Мессией, кончилось окончательным изгнанием народа из Святой Земли. Началась долгая и мучительная история рассеяния. Царство Израиля не только не было восстановлено — оно рухнуло окончательно.

Сегодня между нами и евангельскими событиями лежат тысячелетия христианской истории, обращение ко Христу народов, о которых современники Иисуса не имели представления, поколения святых, величественные соборы, Евангелие, преломившееся неисчислимое число раз в архитектуре, музыке, живописи, самом языке, христианство, ставшее крупнейшей (по числу последователей) мировой религией — но евангельская ситуация повторяется вновь и вновь. Уже не народ древнего Израиля, а другие народы хотят от Христа, чтобы Он осуществил их чаяния, возвысил их знамена и унизил их врагов. И когда оказывается, что Христос этого не дает, люди избирают себе других вождей, которые приходят во имя свое, поклоняются и служат этим вождям — и пожинают горькие плоды этого.

То же происходит и на уровне отдельных людей — они ждут от Христа осуществления своих чаяний и устремлений и горько обижаются, когда оказывается, что, похоже, Он этого не дает. У Него нет державной магии для того, чтобы гарантировать победы нашего оружия (или, хотя бы, нашей сборной) ни даже персональной магии, чтобы гарантировать нам здоровье, достаток и счастье в личной жизни. У Него вообще нет магии. Он предлагает совсем другое — смерть и воскресение. Его смерть и воскресение — которое Он делает нашим.

Микеланджело Буонаротти. Христос на кресте между Девой Марией и Иоанном Крестителем. Эскиз

Смерть гуру

Мы входим в Его смерть и воскресение в Таинстве Крещения. Как объясняет Апостол, «Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения, зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть уже рабами греху; ибо умерший освободился от греха. Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем с Ним, зная, что Христос, воскреснув из мертвых, уже не умирает: смерть уже не имеет над Ним власти. Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха; а что живет, то живет для Бога. Так и вы почитайте себя мертвыми для греха, живыми же для Бога во Христе Иисусе, Господе нашем. (Рим.6:4-11)».

Пережить обращение ко Христу — не значит добавить к тому, что уже есть в нашей жизни, какой-то новый (пускай и важный) элемент. Это значит умереть для старой жизни. Для ее целей, привычек, надежд, страхов, привязанностей и обязательств. О человеке, который испытывает мучительный стыд и вину, говорят, что он хотел бы «провалиться сквозь землю». Людям в таком состоянии хочется умереть. Обращение означает именно это — наше старое «я» умирает. Крещальная Купель — это гроб, в котором обращенный оставляет свою старую природу.

Иногда это старое «я» выглядит ужасно — человек приходит к вере в тюрьме, или на грани гибели от водки или наркотиков, или от еще каких-то явных и безобразных грехов. Великим постом Церковь вспоминает святую Марию Египетскую. Это была женщина, которую интересовали в жизни деньги и удовольствия, и которой не было никакого дела до Бога. Но однажды она как туристка посетила Иерусалим и, по Божьему промыслу, не смогла войти в Храм Гроба Господня. Она ужаснулась, и в этот момент в ее жизни что-то произошло — старая Мария, блудница, умерла навсегда, и воскресла новая — святая, которая проведет всю свою жизнь в поисках Бога и вечного спасения.

Иногда бывает по-другому — обращение происходит с вполне уважаемыми и приличными людьми. Один человек не был пьяницей, блудником или уголовником. Он происходил из хорошей семьи, был высокообразованным и глубоко религиозным человеком. Перед ним лежала блестящая карьера. Он пользовался доверием и уважением среди своих сограждан. А потом этот человек пережил опыт, который описывает как смерть и воскресение — его цели, ценности и ориентиры в жизни глубоко переменились; он стал ревностным проповедником того учения, которое раньше ненавидел и всеми силами желал искоренить. Его бывшие друзья и однокашники прониклись к нему такой лютой ненавистью, что только вовремя попав под арест, он избежал немедленной смерти от их рук. Звали этого человека Савл; но после того, как он умер для прежней жизни и воскрес к новой — Павел. Святой Апостол Павел.

Мазаччо. Крещение неофитов. 1426-1427

Есть то, что описывается модным словом «идентичность» — то, как мы воспринимаем себя, то, как нас воспринимают другие, все, что составляет наше существо. Национальность, социальная группа, к которой мы себя относим, вероисповедание, пристрастия и предпочтения, сформированные нашим жизненным опытом, симпатии и антипатии, то, что в наших глазах оправдывает наше существование. Обратиться ко Христу — значит умереть для своей прежней идентичности и обрести новую. Как писал Апостол Павел: «обрезанный в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев, по учению фарисей, по ревности — гонитель Церкви Божией, по правде законной — непорочный. Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа (Фил.3:5-8)»

Раби Махарадж, индуист высшей касты, потомок религиозных наставников и сам, какое-то время, почитаемый гуру, так описывает свое обращение ко Христу:

«Когда [идолы] были свалены в одну большую кучу, мы подожгли ее и еще долго смотрели, как пламя уничтожает наше прошлое. Маленькие фигурки, которых мы когда-то боялись и называли богами, скоро стали пеплом… Трудно было поверить, что я с огромной радостью принимал участие в разрушении того, во что когда-то фанатично верил. И ведь на самом деле то, чем я жил, сгорело, перестало существовать — и я благодарил Бога за это. Это была церемония сожжения меня самого — меня вчерашнего. Я почувствовал, что наступил конец того человека, которым я был раньше. Это была смерть гуру. .. Прежний Раби Махараджа умер со Христом, и восстал новый»

В лавке идолов

Становясь христианами, мы проходим через полный отказ от всего, чем мы были раньше; все наши дорогие идолы отправляются на помойку. Это не обязательно деревянные фигурки, как у Раби Махараджа — это то, вокруг чего мы строили нашу жизнь, наши пристрастия, цели и ценности. Все люди религиозны по отношению к тому, что они ставят в центр своей жизни.

Известный психолог и философ, Эрих Фромм, человек лично неверущий, писал в своей книге «Психоанализ и религия»: «Нет такого человека, у которого не было бы религиозной потребности — потребности в системе ориентации и объекте для служения… Человек может поклоняться животным, деревьям, золотым или каменным идолам, невидимому Богу, святому человеку или вождям с дьявольским обличьем; он может поклоняться предкам, нации, классу или партии, деньгам или успеху; его религия может способствовать развитию разрушительного начала или любви, угнетению или братству людей; она может содействовать его разуму или приводить разум в состояние паралича; человек может считать свою систему религиозной, отличающейся от систем светского характера, но может также думать, что у него нет религии, и интерпретировать свое служение определенным, предположительно светским, целям — таким, как власть, деньги или успех, — лишь как заботу о практическом и полезном. Вопрос не в том, религия или ее отсутствие, но в том, какого рода религия…»

Такова наша природа — наша жизнь имеет какой-то центр, вокруг которого она вращается, сознаем мы это или нет. Человек создан для того, чтобы поклоняться и служить — даже если некоторые служат, как пишет Апостол, своему «чреву». Впрочем, многие люди говорят о том, что служить чреву низко и недостойно — и предлагают более «возвышенных» богов. Политических вождей, идеологии, движения, которые кажутся их адептам такими благими, что, по их убеждению, сам Христос, живи Он в наше время, несомненно к ним бы присоединился.

Распятие

Сандро Ботичелли. Распятие. Ок. 1497.

Как-то в одном документальном фильме я видел лавку идолов где-то в языческой стране: разные по размеру статуэтки изображали странно одетых женщин, полулюдей-полуживотных, просто животных, каких-то совершенно уже фантастических существ — на любой вкус. Мир — это лавка идолов, в которой есть большой выбор. Поклонники одних идолов ненавидят других, и полагают, что конфликт между их идолами и соседскими есть самый важный конфликт в мироздании, в котором вы обязаны занять свою сторону. Не все идолы одинаковы — некоторые требуют массовых человеческих жертвоприношений, некоторые — обычно нет. Но пока они занимают центральное место в нашей жизни, это именно идолы — потому что право на это место имеет только Христос. «Ибо никто из нас не живет для себя, и никто не умирает для себя; а живем ли — для Господа живем; умираем ли — для Господа умираем: и потому, живем ли или умираем, — всегда Господни. Ибо Христос для того и умер, и воскрес, и ожил, чтобы владычествовать и над мертвыми и над живыми. (Рим.14:7-9)»

Обращение — это осознание того, что Он — единственный, у Кого есть право на нашу жизнь. Ни у кого другого — включая нас самих — такого права нет. Как говорит Апостол, «Вы куплены дорогою ценою; не делайтесь рабами человеков. (1Кор.7:23)» Все остальные претенденты на нашу абсолютную преданность — вожди, партии, государства, кто угодно еще — должны быть отвергнуты.

Более того, мы сами должны отказаться от притязаний на нашу жизнь. Это бывает особенно трудно сделать — мы живем в культуре, где само собой разумеется, что «моя жизнь принадлежит мне». Это может казаться законной реакцией на попытки притащить нас на алтари тех или иных идолов, но это — неверная реакция. Мы отвергаем идолов не ради себя, а ради Того, кто Один достоин поклонения. Наша жизнь не принадлежит нам — и сознание этого есть величайший источник радости и утешения.

Нет ничего более тоскливого и унылого, чем принадлежать себе; люди, которые полагают, что они вправе распорядиться своей жизнью, распоряжаются ей из рук вон плохо. Большинство самоубийств совершаются именно людьми, которые полагают, что их жизнь принадлежит им — чтобы выбросить ее, если она им надоест. Но человек совершает фундаментально ошибочный выбор не только когда выбивает у себя из-под ног табуретку; он совершает его раньше, когда говорит «это моя жизнь». Это пагубная ложь. Мы не сами себя сотворили и не сами собою живем. У нас нет права распоряжаться своей жизнью. Мы принадлежим Богу; по Его воле мы принадлежим и людям — нашим близким, друзьям, нашим сослуживцам, согражданам, всем, кто в нас нуждается. Цель и смысл нашей жизни определяем не мы, а Он, и пока мы не признаем этого, мы обрекаем себя на временное и вечное несчастье. Апостол предостерегает Христиан от блуда, напоминая, что их тела им не принадлежат: «Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет! Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: два будут одна плоть. (1Кор.6:15,16)» Он не оставляет тут никакой неясности — «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои? (1Кор.6:19)». Мы не свои; из этого следует подлинная любовь к себе, как из притязаний за самовластие следует саморазрушение. Статистически, ревностные прихожане церквей живут дольше — в частности, потому, что они избегают пагубных привычек. Как я могу курить, когда мои легкие и сердце принадлежат Иисусу Христу? Как я могу пьянствовать, ведь моя печень принадлежит Иисусу Христу? Как я могу перебегать на красный свет и безрассудно подвергать мою жизнь опасности, ведь она не моя, а Его?

У нас в России катастрофически высокий уровень самоубийств, алкоголизма, автокатастроф и драк, кончающихся увечьями и убийствами; люди поразительно не ценят жизнь, свою и чужую. Эта эпидемия самогубства — плод веры в то, что наша жизнь принадлежит нам самим. Обратиться — значит раскаяться в этом и отдать нашу жизнь тому, кто имеет на нее право: Господу нашему Иисусу Христу.

Во всех обстоятельствах мы — не заброшены и не потеряны, мы — посланы. У нас есть миссия, мы находимся здесь с чрезвычайно важным заданием от нашего Владыки и Повелителя. Именно это определяет наше отношение ко всему остальному.

В Евангелии есть слова, которые пугают и смущают: «если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лук.14:26)». Ненавидеть в библейском контексте не значит «желать зла». Это значит «решительно предпочитать одно другому». Но все равно слова Господа звучат пугающе. Отменяет ли Он обязательства по отношению к нашим ближним? Нет; Он выстраивает должную иерархию. Христос не может быть одной из ценностей в нашей жизни, одним из лиц, с которыми нас связывают обязательства. Он — единственный источник всех ценностей и всех обязательств. Пока другие люди — родные, друзья, сограждане, кто угодно еще — для нас важнее, чем Он, мы еще не поняли, что значит быть Его учениками. Вот когда мы это понимаем, Он отправляет нас к нашей семье и нашей стране — как проводников Его любви и Его заботы. Как говорит Апостол, «Если же кто о своих и особенно о домашних не печется, тот отрекся от веры и хуже неверного. (1Тим.5:8)». Тут так же, как с нашей собственной жизнью — мы начинаем по-настоящему ценить ее и заботиться о ней, когда понимаем, что она принадлежит Богу. Мы начинаем по-настоящему серьезно относиться к нашим обязательствам по отношению к семье, стране, работе, другим людям вообще, когда мы понимаем, что это — часть наших обязательств по отношению ко Христу.

Обращение — это решение, которое мы принимаем однажды; радикальный поворот в нашей жизни, передача управления Христу. Но это и процесс — наши старые привычки будут постоянно вылезать на поверхность, мы будем вновь и вновь соскальзывать, пытаться жить по-своему, а не по Божьи. Мы будем нуждаться в благодатной помощи Церкви; но всякий раз мы будем возвращаться к фундаментальной истине — мы не принадлежим миру сему. Мы не принадлежим себе. Мы принадлежим Иисусу Христу, как умершие и воскресшие вместе с Ним.

Будущее уже здесь

Нам всем — и всем, кого мы любим — предстоит умереть. И Господь Иисус сошел, чтобы встретить нас там. Он был мертв — полностью, по-настоящему мертв, Его тело было трупом. Его сердце больше не билось; случись там современные врачи, они констатировали бы смерть мозга. Впрочем, и в то время римские солдаты отлично могли отличить мертвого от полуживого — им самим грозила смерть, если они упустят осужденного. Они знали, что Он мертв. Знали это и ученики, и жены-мироносицы, которые пришли помазать тело.

Господа Иисуса накрыла та же необратимость и неотменимость смерти, которая царствовала над всем человеческим родом со времен грехопадения. Накрыла, чтобы на Нем кончиться — Он воскрес. Придет день, когда мы все воскреснем, подобно Ему — и войдем в новое, преображенное мироздание, где все, земное и небесное, соединится под главою Христом. Это — наше будущее, но оно уже присутствует в нашей жизни, когда мы обращаемся от старой жизни, зацикленной на себе самих или ложных богах, к жизни подлинной — в центре которой находится Христос

Фото анонса — Николай Ге. Вестники Воскресения. 1867.

hudi-new ХУДИЕВ Сергей
рубрика: Авторы » Топ авторы »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Рубен
    Сентябрь 30, 2015 21:17

    да благословит вам Иисус Христос

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.