СИНОДАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД: ЧТО ДАЛЬШЕ?

Итак, в 1876 г. была издана первая Библия на русском языке, получившая название Синодальной, поскольку она не только печаталась по решению Святейшего Синода, но и окончательно редактировалась им. О том, что предшествовало ее появлению на свет, мы говорили в прошлой статье, а здесь поговорим о том, что за ним последовало.

Казалось бы, Синодальный текст у нас у всех один, им пользуются православные и протестанты. Это так, но единой и общей для всех версии этого текста никогда, по сути, и не было. Во-первых, уже в 1882 г. была выпущена протестантская редакция перевода «с разрешением Святейшего Правительствующего Синода для Английского Библейского Общества». В ее ветхозаветной части были удалены все слова, помещенные в скобки — так в переводе отмечались заимствования из Септуагинты, греческого перевода, которые при этом отсутствовали в еврейском Масоретском тексте. Впрочем, это все равно не привело к полному тождеству новой версии с еврейской Библией, зато были уничтожены и те скобки, которые использовались просто как знак пунктуации, безо всякого заимствования из греческого. В дальнейшем этот вариант текста многократно перепечатывался, и подавляющее большинство читателей было и остается по сей день уверено, что он точно отражает еврейский текст.

В результате получилось, что существуют два варианта Синодального текста: православный и протестантский, не включающий те ветхозаветные книги, которые не входят в протестантский канон (строго говоря, в православный они тоже не входят, но при этом традиционно печатаются в составе Библии): Иудифь, Товит, Премудрость Иисуса, сына Сирахова, Маккавейские и проч. Как правило, протестантские издания содержат уточняющий подзаголовок «канонические книги». В последние полтора десятилетия Российское библейское общество стало издавать исправленный вариант такого текста, куда, по крайней мере, были возвращены несправедливо удаленные в издании 1882 г. скобки.

В 1926 г. Библия в СССР была впервые напечатана в новой орфографии. Начиная с издания Московской патриархии 1956 г., подвергались незначительной правке устаревшие грамматические формы (например, «увидевши» заменялось на «увидев», а «лицем» на «лицом»). Идея серьезной ревизии Синодального перевода высказывалась не раз, но до сих пор не получила поддержки — а значит, со временем неизбежно должны были появиться новые переводы, поскольку всякий перевод устаревает и никогда не бывает совершенным.

Характерно, что еще до революции 1917 г. Синодальный перевод вовсе не воспринимался как единственный возможный русский текст Библии. Во-первых, в Лондоне в 1866—1875, т. е. практически параллельно с Синодальным, был издан перевод В. А. Левинсона и Д. А. Хвольсона, который предназначался «для употребления евреям». По стилю, впрочем, он весьма близок Синодальному. Существовали и другие переводы, предназначенные для иудеев. Такие издания, как правило, выходили с параллельным древнееврейским текстом, иногда перевод сопровождался комментариями. Прежде всего, тут стоит упомянуть издания, подготовленные Л. И. Мандельштам (выходили в Берлине в 1860-е и 1870-е гг.) и О. Н. Штейнбергом (Вильна, 1870-е гг.). Не прервалась эта традиция и по сей день, хотя современные переводы «для евреев» куда меньше походят на Синодальный, чем сто лет назад.

Но и с христианской стороны переводческая деятельность продолжалась. Многим известен перевод Нового Завета, выполненный обер-прокурором Синода К. П. Победоносцевым (С-Петербург, 1905), цель которого состояла в том, чтобы приблизить русский текст к церковнославянскому: Синодальный перевод казался ему не просто слишком тяжеловесным и стилистически несовершенным, но еще и слишком современным, далеко отошедшим от славянской традиции.

Кроме того, предпринимались переводы Ветхого Завета с Септуагинты. В 1870-е гг. выходили отдельные книги в переводах еп. Порфирия (Успенского), а затем и П. А. Юнгерова (Казань, 1882—1911). Из всех этих переводов наибольшую известность получил юнгеровский перевод Псалтири, переизданный в 1996 г. Он довольно академичен, его трудно считать переводом для богослужебного использования или келейной молитвы.

Выходили вплоть до самой революции также переводы отдельных книг, выполненные самыми разными авторами, которые стремились передать красоту и глубину поразившего их библейского текста. Это, к примеру, Послания к галатам и ефесянам в переводе А . С. Хомякова; Притчи Соломоновы в переводе еп. Антонина (Грановского); Песнь песней и Руфь в переводе А. Эфроса. Книга Руфь была издана в 1925 г., после новых переводов уже не печатали.

Своеобразную известность получило «Соединение и перевод четырех Евангелий» графа Л. Н. Толстого, вышедшее в Женеве в 1891—94  гг. и, в сокращенном виде, в России в 1906 г. Впрочем, назвать переводом этот его труд никак невозможно — это вольный пересказ отдельных страниц Евангелия, призванный проповедовать собственное вероучение писателя. Разумеется, в нем не нашлось места ничему, что противоречило бы его воззрениями, например чудесам, включая и Воскресение Христово, — все, что не понравилось Льву Николаевичу, он просто вычеркнул из текста, подвергнув его совеобразной цензуре. В результате цензура государственная запретила всю работу целиком.

Раздавались и голоса в пользу ревизии Синодальной Библии. В первую очередь следует вспомнить слависта и библеиста И. Е. Евсеева, написавшего отдельную работу «Собор и Библия» к Поместному собору 1917—18 гг. Основные претензии к Синодальному переводу были связаны с его стилем. Действительно, история перевода такова, что основные его черновики писались в ту пору, когда язык классической русской прозы только еще складывался. В пору Серебряного века русской литературы стилистическое несовершенство было особенно очевидным, но приговор Евсеева все-таки был слишком суров: «Язык этого перевода тяжелый, устарелый, искусственно сближенный со славянским, отстал от общелитературного языка на целый век».

Собор действительно высказал ясное намерение приступить к подготовке новой версии перевода Писания (хотя официальных определений так и не принял на этот счет), но, как нетрудно понять, скоро перед Церковью встали совершенно другие задачи. Речь уже шла не о том, насколько хорош Синодальный текст и в каких отношениях его можно было бы исправить, а скорее о том, будет ли Библия вообще доступна русскому читателю в каком бы то ни было переводе. При коммунистической власти Синодальный перевод стал переводом исповедническим: именно его рвали и топтали на допросах (как рассказывал о своем собственном допросе адвентист М. П. Кулаков), его провозили нелегально из-за границы, его получали в читальных залах библиотек по специальному разрешению, его переиздавали крайне редко и очень ограниченными тиражами, а порой и переписывали от руки. В результате именно через него приходили ко Христу поколения наших соотечественников, и сегодня многим из них трудно представить себе, что возможна какая-то другая русская Библия.

Тем не менее стоит отметить, что никакая церковная инстанция никогда не провозглашала его единственным или непогрешимым, не канонизировала его (а равно и церковнославянский перевод), подобно тому, как католиками была в свое время канонизирована Вульгата — латинский перевод Библии.

Подводя краткий итог, можно сказать следующее. Вполне очевидно, что Синодальный перевод надолго, если не навсегда, останется главной русской Библией. Вместе с тем мы не видим никаких причин, по которым именно этот текст должен быть единственной русской Библией. Особенно необходимым представляется сегодня создание русского перевода Септуагинты — традиционного Ветхозаветного текста Православной Церкви. Сложилось так, что она уже переведена на основные европейские языки, кроме русского. Вполне возможно появление со временем обновленной редакции Синодального перевода, с учетом новейших научных достижений и изменений в русской стилистике. Именно так поступили с Библией короля Иакова в англоязычном мире, и с лютеровским переводом в Германии.

Разумеется, сегодня выходят новые переводы, и часть из них заслуживает самого серьезного внимания и признания, но вполне может оказаться и так, что история Синодального перевода далеко не закончена, и совсем не потому только, что он по-прежнему занимает почетное место на наших книжных полках.

Читайте также: БИБЛИЯ: ИСТОРИЯ СИНОДАЛЬНОГО ПЕРЕВОДА

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Сергей Павлович
    Январь 2, 2015 15:35

    синодальный перевод замечателен, так как изначально очень бережно относится к тексту Писаний и, в отличие от современных переводов, дает возможность бошей широты трактовок их текстов.
    Вместе с тем, в синодальном переводе присутствуют явные ошибки, исправление которых в новых публикациях обязательно должно произойти, либо должны иметь место примечания, указывающие на такие ошибки.
    Например, одной из таких явных ошибок Синодального переводя является текст Откр. 1.10, в котором День Господень переведен как день воскресный. Но Днем Господним в Писаниях обозначаются два дня: каждая календарная суббота и день финального суда над народами.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.