3 главных экспоната выставки «Шедевры Византии»

+ фотогалерея всех экспонатов выставки

С 8 февраля по 9 апреля в Третьяковской галерее в Москве проходит выставка «Шедевры Византии», на которой представлены редкие христианские реликвии, такие как процессионный крест X века, Евангелие Тетр и двусторонняя резная икона великомученика Георгия Победоносца.

Экспонаты предоставлены музеем Бенаки, Византийским и Христианским музеем в Афинах и частной коллекцией Э. Велимезиса-Х. Маргаритиса в рамках Перекрестного года России и Греции. Специально для читателей «Фомы» куратор выставки Елена Михайловна Саенкова рассказала о трех самых необычных экспонатах.

При размещении экспонатов мы не выстраивали хронологическую линию, поскольку большинство памятников сложные, рассматривать их нужно с двух сторон.

Елена Михайловна Саенкова, доцент кафедры истории и теории христианского искусства ПСТГУ

 

Процессионный крест

Серебро, позолоченное серебро, гравировка, чернь. Музей Бенаки

Самый ранний экспонат — двусторонний крест X века. Он выносился на процессиях: крестных ходах, литаниях. Крестный ход — русское слово, греки применяют выражение «литания». Соответственно, он большого размера. У него есть ручка, которую могли крепить на стационарном основании, чтобы он находился, например, в алтаре за престолом и мог крепиться к древку, на котором несли крест перед процессией. Такие кресты в древней Византии выносили перед Святыми Дарами во время Херувимской песни (великий вход на литургии) — духовенство обходило с Дарами весь храм, а не только солею (возвышение перед иконостасом), как теперь. Эта традиция до сих пор есть в Греческой Церкви. Крест использовался в больших городских крестных ходах, которые насчитывали иногда несколько часов пути. Это мог быть крестный ход по случаю праздника или по случаю вражеского нашествия, когда совершались особые молитвы об избавлении от врага.

В определенные дни церковная процессия (наш теперешний крестный ход) начиналась в Св. Софии (собор на территории современной Турции, сейчас в нем расположен музей. — Прим. ред.) и направлялась в храм, посвященный памяти празднуемого святого или события, в котором вся Церковь — а не отдельный «приход» — эту память праздновала. Так, например, 16 января, в день празднования «уз св. Апостола Петра процессия — по указанию „Устава Великой Церкви“ — выходит из Великой Церкви (то есть Святой Софии) и направляется в храм св. Петра, где и совершается праздничная Евхаристия». Так вот, пение антифонов и совершалось во время этой процессии и заканчивалось у дверей храма чтением «молитвы входа» и самим входом в храм духовенства и народа Божия для совершения Евхаристии. Отсюда многообразие антифонов, их «изменчивость» в зависимости от празднуемого события, отсюда существование до сего дня особых антифонов, предписанных в дни больших Господних праздников и т. п. Иногда, однако, вместо антифонов пелись специальные тропари святому, и тогда «Устав», отмечая эти тропари, предписывает: «…И входим в Церковь св. Петра и поется „Слава“ с тем же тропарем. Антифонов нет, а сразу Трисвятое…»

Протопресвитер Александр Шмеман. Евхаристия. Таинство Входа

Если внимательно рассматривать, можно увидеть, что образ Христа Пантократора, который традиционно для таких крестов располагался в центре, поднят на верхнюю перекладину. Получилось, что он смещен со своего исторического места. Это связано с тем, что посредине (в средокрестии) была вложена чтимая реликвия. Считают, что здесь было Древо Честного Животворящего Креста, — это должна была быть слишком значимая реликвия, чтобы изменить иконографическую программу, сместив из центра образ Спасителя. Когда реликвия пропала, не известно. Теперь на ее месте медная вставка, приблизительно XVIII века — изображение Христа, восстающего из гроба. Очевидно, у реликвии была непростая судьба.

На лицевой стороне креста выгравированы полуфигуры Христа Пантократора, Богоматери, архангелов Михаила и Гавриила. В медальонах, завершающих концы креста, представлены святители Иоанн Златоуст, Василий Великий, Николай Мирликийский, целители Косма и Дамиан, мученики Прокопий и Сисиний.

На обороте креста в центральном медальоне представлен Иоанн Креститель, по сторонам от него — великомученики Георгий и Феодор Тирон, а на вертикальной оси — равноапостольные Константин и Елена. На обороте также есть надпись, в которой упомянут не только заказчик Сисиний, но и некий пресвитер по имени Иоанн.

Евангелие Тетр (Четвероевангелие)

XIII век. Минускул. Пергамен, чернила, темпера, золото. 216 листов. Музей Бенаки

Это Четвероевангелие содержит традиционный порядок евангельского повествования, когда перед каждым началом располагается образ евангелиста. Книга небольшая, предназначалась для личного употребления. Написана в Константинопольской императорской мастерской, уровень исполнения очень высокий — рукопись могла принадлежать императору или кому-то из церковных иерархов. Рукопись написана на пергамене, оклад более поздний.

У рукописи хорошая сохранность — только немного осыпался лик евангелиста Луки. Миниатюры евангелистов писались по той же технологии, что и иконы, только на листе пергамента. В общем-то хорошее состояние книги обусловлено тем, что она находились в чьей-то частной библиотеке. По всему тексту зачала (пронумерованные фрагменты текстов Евангелия) сопровождаются золотыми инициалами. Евангелие раскрыто на листе с изображением апостола Луки, восседающего на деревянном кресле и держащего в руках стилос и раскрытый кодекс, в который он записывает слова Божественного Откровения.

 

Великомученик Георгий, со сценами жития. Великомученицы Марина и Ирина (?)

Двусторонняя икона, XIII век, дерево, резьба, темпера. Византийский и Христианский музей

Двусторонняя резная икона, которая сохранилась в единственном экземпляре. Есть несколько примеров деревянной высокой скульптуры с окружением из клейм со сценами жития святого, но их 2-3, не больше. Двусторонних образов, где на лицевой стороне резьба, больше нет. Икона замечательна тем, что создана предположительно по заказу ктитора (жертвователя) — женщины, портрет которой находится слева от ног святого. Ее имя не сохранилось.

Ктиторские изображения очень распространены. Фактически это своеобразный средневековый портрет ктитора в молении. Люди, которые не замечают изображение женщины у ног святого, воспринимают икону просто как образ святого великомученика Георгия, молящегося Христу. Если мы начинаем рассматривать иконографическую программу в целом, мы понимаем, что перед нами заказчица иконы, которая молится Георгию, и он ее молитвы передает Спасителю. Это была очень распространенная византийская форма. Получается такая цепочка: человек — святой — Бог. Точно также мы обращаемся в молитве к Богородице, к святым и просим за нас ходатайствовать ко Христу. Ктиторы, как правило, не предстоят сами в молении ко Христу, как это делает святой. Они скромно преподносят свой дар Господу в виде храма или монастыря, с надеждой выражая свою мольбу о спасении.

В русской иконописной традиции была такая же практика, но памятников сохранилось немного. Есть большая книга Александра Сергеевича Преображенского «Ктиторский портрет древней Руси», в которой это подробно описано.

В XIII веке, после захвата Константинополя латинскими рыцарями (1204 год, Четвертый Крестовый поход), в результате тесных контактов византийских и западноевропейских мастеров возникает интереснейшее явление — мастерские крестоносцев. Примером такого взаимодействия служит рельефный образ великомученика Георгия со сценами его жития. Техника резьбы по дереву, в которой выполнена фигура святого Георгия, не характерна для византийского искусства резьбы и была, очевидно, заимствована из западной традиции, в то время как великолепное обрамление из клейм было создано в соответствии с канонами византийской живописи.

На обороте иконы в молении ко Христу представлены великомученица Марина и святая, которую по иконографии можно идентифицировать как святую Екатерину или святую Ирину. Понять сложно, поскольку обе были из царского рода и изображаются в православной традиции в похожих венцах. Последняя могла быть небесной покровительницей Ирины Комниной (Ирины Дукены), супруги болгарского царя Ивана Асеня II и матери Михаила Асеня. Возможно, именно ее ктиторский портрет представлен на лицевой стороне, а образ великомученика заказан в память о ее муже.

 

Другие экспонаты выставки

Гостеприимство Авраама

Первая половина XV века, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

На иконе изображена трапеза трех Ангелов, явившихся Аврааму у дубравы Мамре, описанная в 18 главе Бытия. Согласно ветхозаветному тексту, явившиеся странники предсказали Аврааму и Сарре рождение Исаака, от которого произойдет новый народ.

С раннехристианского времени библейское событие явления трех странников Аврааму имело несколько символических толкований. Прокопий Газский писал: «Что касается трех мужей (явившихся Аврааму), то одни утверждают, что это были три ангела; другие, что один из трех – Бог, а остальные Его ангелы; а еще другие, что здесь говорится о прообразе Пресвятой и Единосущной Троицы». Последнее из трех толкований, ставшее приоритетным с IX-X веков, было положено в основу иконографии представления иконы.

 

Богоматерь с Младенцем

XIII век, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

Икона Богоматери с Младенцем отличается редкими иконографическими деталями, среди которых – скрещенные и обнаженные по колено ножки Младенца и необычный жест Богоматери, придерживающий пяточку Христа.

Художественные особенности образа, наряду с особенностями иконографии, свидетельствуют о создании иконы в византийской провинции, возможно на Кипре, в начале XIII столетия.

 

Святитель Николай, архиепископ Мирликийский, на троне

Около 1500 года, дерево, темпера, собрание Э. Велимезиса – Х. Маргаритиса

Святитель Николай Мирликийский изображен восседающим на троне в архиерейском облачении. Представленный образ является ранним примером такого типа иконографии, получившего распространение в поствизантийском искусстве. Интересной особенностью иконы является наведенные золотом изображения пророков, апостолов и Христа Эммануила на ножках трона, на епитрахили и палице святителя.

 

Великомученица Марина

Конец XIV – начало XV века, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

Великомученица Марина Антиохийская – раннехристианская святая, пострадавшая в конце III – начале IV века, – представлена в традиционной иконографии, характерными признаками которой являются ярко-красный мафорий и крест в правой руке, символизирующий страдания за Христа.

Виртуозное владение приемами позднепалеологовской живописи, драгоценность колорита и глубокая продуманность образа, наделенного большой художественной интенсивностью, свидетельствуют о подлинном мастерстве, сохранившемся в византийском искусстве в первой половине XV века – в последний период существования империи.

 

Богоматерь Кардиотисса

Ангелос Аконтантос, первая половина XV века, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

Особенностью иконы Византийского музея является изображение Младенца, поза которого исполнена сильного движения. Этот тип иконографии Богоматери, на представленной иконе, носящей эпитет Кардиотиссы, является вариантом иконографии «Гликофилусы» и отражает эмоциональную сторону взаимоотношений Богоматери с Сыном.

Внизу иконы начертана надпись «XEIP AГГEЛOY» («Рука Ангела»), сообщающая имя мастера – Ангелоса Аконтантоса, известного критского иконописца XV века.

 

Богоматерь Одигитрия

Вторая половина XV века, дерево, темпера, собрание Э. Велимезиса – Х. Маргаритиса

Иконография образа находит аналогии в более ранних византийских памятниках, созданных в XIV столетии, в то время как стиль иконы свидетельствует о ее создании уже в поствизантийский период мастерами так называемой критской школы иконописи.

 

Иоанн Предтеча Ангел пустыни

Начало XVI века, дерево, темпера, собрание Э. Велимезиса – Х. Маргаритиса

Изображение Иоанна Крестителя с ангельскими крыльями восходит к словам пророка Малахии о том, что приходу Господа будет предществовать явление Его Ангела, который приготовит народ израильский к встрече с Богом.

Изображенный как аскет-пустынник в милоти и гамантии, Иоанн обращается ко Христу с молитвой. Внизу слева между ветвями дерева воткнут топор – деталь, иллюстрирующая слово эсхатологического пророчества Иоанн Предтечи: «Всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь».

 

Богоматерь с Младенцем, процветший Крест

Конец XIV века, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

 

Обратная сторона. Конец XIV века, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

 

Богоматерь Одигитрия, с двунадесятыми праздниками. Престол уготованный (Этимасия)

Двусторонняя икона, вторая половина XIV века, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

Богоматерь указывает правой рукой на Младенца, напоминающего своим фронтальным положением и благословляющим жестом, обращенным к зрителю, образ Христа Пантократора. В углах иконы представлены два склоненных Ангела, руки которых покрыты тканью хитонов в знак благоговения перед Небесным Царем. Двунадесятые праздники на полях дополняют догматический смысл образа посредника – воплощение Господа на земле ради спасения человеческого рода.

 

Богоматерь Одигитрия. Распятие

Двусторонняя икона, XIV век, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

 

Двусторонняя икона, XIV век, дерево, темпера, Византийский и Христианский музей

В центре композиции возвышается крест с распятым Спасителем. Эмоциональная напряженность события нашла выражение в изображениях двух слетающих ко Христу ангелов и в тонкой, скорбно сжавшейся фигуре Богоматери, облаченной в драгоценный синий мафорий. По другую сторону от креста представлен юный апостол Иоанн Богослов, изображение фигуры и одежд которого свидетельствует о всплеске интереса к античной классике в искусстве палеологовской эпохи.

Воздух

Конец XIII – начало XIV века. Шелк (основа), хлопчатобумажная подкладка, шелковые, серебряные и золотые нити; ткачество, золотое и лицевое шитье. Музей Бенаки

Воздух – покров для священных сосудов, используемый во время литургии. Представленная сцена «Раздаяние вина» является частью композиции «Причащение апостолов». По периметру воздуха проходит литургическая надпись, заимствованная из Евангелия от Матфея и повествующая об установлении Евхаристии на Тайной вечери. У данного воздуха, полагавшегося на потир, вероятно, был парный с изображением «Раздаяния хлеба», которым покрывали дискос – блюдо для евхаристического Хлеба.

 

Кацея

Вторая половина XIII века. Медь, чеканка, гравировка, эмаль. Музей Бенаки

 

Рукоять кацеи

Около 1300 года. Бронза, литье, гравировка. Музей Бенаки

Кацея является разновидностью кадила и напоминает ковшик или чашу с рукоятью. Этот богослужебный предмет использовался в Византии с довольно раннего времени, хотя письменные упоминания о нем фиксируются в монастырских типиках лишь с XI века.

На представленных рукоятках двух кацей сделаны изображения. В одном случае это образы мучеников Феодора и Димитрия, а другом – Богородицы Одигитрии, имеющий эпитет «Терапиотиса». Изображения на рукоятях кацей нередко были связаны с посвящением храмов, из которых они происходили. Так, вероятно, эпитет «Терапиотиса» может указывать на то, что представленный на выставке фрагмент принадлежал кацее из константинопольской церкви Богородицы Терапиотисы, которую упоминает в своем «Хождении» (1348/1349) русский паломник Стефан Новгородец.

 

Евангелие Апракос (Лекционарий)

Около 1300 года. Минускул. Пергамен, чернила, темпера, золото. 338 листов. Музей Бенаки

Представленный кодекс, являющийся Евангелием апракос (лекционарием), содержит евангельские отрывки, расположенные в порядке церковного года и читаемые за Богослужением. Рукопись не содержит полностраничных миниатюр, но имеет богатый декор. В начале каждого из четырех Евангелий сделаны крупные заставки, орнаментальные мотивы которых восходят к образцам лепесткового стиля в византийских рукописях X–XII веков. Интерес представляют также инициалы, которыми оформлены отрывки евангельского текста.

 

Воскрешение Лазаря

XII век. Дерево, темпера. Византийский и Христианский музей

«Воскрешение Лазаря» является фрагментом эпистолярия, представлявшего собой горизонтальную доску с изображением двунадесятых праздников, которая помещалась на предалтарной преграде – темплоне. Стиль и техника живописи иконы, размеры опиленной доски, а также необычный красный фон сближают ее с иконами «Преображение» из собрания Эрмитажа и «Рождество Христово» и «Тайная вечеря» из монастыря Ватопед на Афоне. Все четыре иконы являются фрагментами некогда единого эпистолярия, находившегося в одном из афонских монастырей.

 

Выставка открыта с 8 февраля по 9 апреля 2017 года по адресу: Лаврушинский переулок, 10, зал 38 постоянной экспозиции.

В подготовке материала использованы подписи к экспонатам выставки.

Редакция журнала «Фома» благодарит за помощь и сотрудничество пресс-службу Третьяковской галереи и лично Левона Вазгеновича Нерсесяна, Анну Котляр, Любовь Кузьмину и Елену Михайловну Саенкову – куратора выставки, проведшей эксклюзивную экскурсию.

 

Фото Юлии Маковейчук

 

МАКОВЕЙЧУК Юлия
рубрика: Авторы » М »
фотограф, обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (12 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.