Где находится «Лоно Авраамово»

Так куда же все-таки попал Лазарь — в Рай, или в ад?

Куда неслась огненная колесница

Где оказывались умершие праведники до пришествия и искупительного подвига Христова — в аду или в раю? На этот вопрос очень трудно ответить однозначно. С одной стороны, христианское вероучение со всей определенностью утверждает, что Рай стал доступен людям лишь после Крестной Жертвы Спасителя. Следовательно, все люди дохристианского мира, даже ветхозаветные праведники, патриархи и пророки, после смерти неизбежно оказывались в аду.

Такое рассуждение не противоречит Преданию Церкви, которое гласит, что Христос вывел из ада тех, кто оказался достоин спасения. Но, с другой стороны, в том же Предании мы имеем ряд свидетельств, которые можно понять совершенно противоположным образом. Например, по слову Писания пророк Илия понесся в огненной колеснице на небо (4 Цар 2:11). Как понимать этот факт библейской истории в рамках учения о схождении во ад всех без исключения ветхозаветных праведников? Ведь нелепо было бы предполагать, будто упомянутая колесница пылала «адским огнем», а слово «небо» в данном случае нужно считать метафорой, на самом деле означающей преисподнюю. А ведь есть еще притча о богаче и Лазаре, где говорится о непреодолимой пропасти, отделяющей Авраама и прочих праведников от находящихся в мучении грешников:

Некоторый человек был богат, одевался в порфиру и виссон и каждый день пиршествовал блистательно. Был также некоторый нищий, именем Лазарь, который лежал у ворот его в струпьях и желал напитаться крошками, падающими со стола богача, и псы, приходя, лизали струпья его. Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово. Умер и богач, и похоронили его. И в аде, будучи в муках, он поднял глаза свои, увидел вдали Авраама и Лазаря на лоне его и, возопив, сказал: отче Аврааме! умилосердись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой, ибо я мучаюсь в пламени сем. Но Авраам сказал: чадо! вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей, а Лазарь — злое; ныне же он здесь утешается, а ты страдаешь; и сверх всего того между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят. Тогда сказал он: так прошу тебя, отче, пошли его в дом отца моего, ибо у меня пять братьев; пусть он засвидетельствует им, чтобы и они не пришли в это место мучения. Авраам сказал ему: у них есть Моисей и пророки; пусть слушают их. Он же сказал: нет, отче Аврааме, но если кто из мертвых придет к ним, покаются. Тогда Авраам сказал ему: если Моисея и пророков не слушают, то если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят (Лк 16:19-31).

И эту притчу Христос говорил фарисеям еще до Своего схождения во ад, когда пророки и патриархи еще не были освобождены Им из плена преисподней. Так куда же все-таки попал Лазарь — в Рай, или в ад?

Загадочное место

Евангелие не говорит, что Лазарь после смерти оказался в Раю. В Писании сказано лишь, что он …был отнесен ангелами на лоно Авраамово. Но вряд ли мы сможем найти у различных толкователей Библии единое мнение о местонахождении этого загадочного «лона».

Самый типичный вариант объяснения дает архиепископ Аверкий (Таушев):

После смерти Ангелы отнесли душу Лазаря на лоно Авраамово. Не сказано «в рай», потому что рай был отверзт только страданиями и вокресением Господа Иисуса Христа, но выражается лишь та мысль, что Лазарь, как истинный сын Авраама, разделил с Авраамом его посмертный жребий, улучив состояние, полное утешительных надежд на будущее блаженство, ожидающее всех праведников. Лазарь заслужил эти «вечные кровы», без сомнения, своим тяжким и безропотным страданием. «Умер и богач, и похоронили его». Упоминается о похоронах, вероятно, потому, что они были роскошны, в то время как труп Лазаря был просто выброшен на съедение диким зверям. Но богач оказался в аду в муках.

Здесь снова возникает неопределенность — богач оказался в аду, а Лазарь заслужил «вечные кровы», которые, однако… не являются Раем. И посмертный жребий Авраама (а вместе с ним и Лазаря) заключается лишь в утешительных надеждах на будущее блаженство.

По-прежнему остается непонятно: что же такое «лоно Авраамово» — некая часть ада, специально оборудованная для избранных, или же вообще какое-то третье, неизвестное Церковной традиции место, которое невозможно идентифицировать ни с адом, ни с Раем?

Наверное, главной сложностью в понимании этого непростого вопроса является отсутствие у нас ясного представления о том, что же такое — Рай и ад. Даже в святоотеческом наследии можно найти весьма различные определения этих реалий посмертного бытия человека. И если мыслить об аде и Рае лишь в пространственных категориях — как о территориях, которые в принципе не соприкасаются друг с другом, то все противоречия, уже рассмотренные здесь, становятся просто неизбежными.

Но существует и другое понимание, которое позволяет эти противоречия успешно разрешить.

 

Два действия Любви

Преподобный Исаак Сирин пишет: Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами. Но удивительное дело — рассуждая об аде, Исаак Сирин говорит практически то же самое: ад — это действие божественной любви: Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви.

И как горько и жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят мучение, вящее всякого приводящего в страх мучения; печаль, поражающая сердце за грех против любви, язвительнее всякого наказания.

По мысли преподобного, ад и Рай являются различными способами восприятия одной и той же реальности — любви Божией. И это далеко не единичное мнение, пускай даже и очень почитаемого Отца.

Святитель Григорий Палама тоже настаивал на таком понимании действия любви Божией.

Обращаясь к словам Иоанна Предтечи, сказанным им о Христе, Он будет крестить вас Духом Святым и огнем (Мф 3:11; Лк 3:16), святитель Григорий полагает, что люди воспримут соответственно своему устроению либо просвещающее, либо мучающее свойство благодати. Вот его слова: Он, говорит Предтеча, будет крестить вас Духом Святым и огнем, являя просвещающее и мучающее свойство, когда каждый человек будет получать соответствующее своему расположению.

У некоторых святых Отцов ясно выражена мысль о том, что рай и ад существуют лишь с точки зрения человека, но не с точки зрения Бога. Конечно, и рай, и ад существуют реально, существуют как два различных образа бытия людей и ангелов. Но не Бог сотворил это различие, а сами люди и ангелы, различным образом воспринимающие Любовь Божию, щедро изливаемую Им на всех без исключения в каждый момент нашего существования, земного или посмертного.

В самом деле, даже если рассматривать ад как некое пространство, которое Господь по своему милосердию выделил в мироздании для тех разумных существ, которые не захотели иметь общение со своим Создателем, то все же неизбежно придется признать факт присутствия Вездесущего Бога и в этом пространстве. Псалмопевец Давид говорит: Взойду ли на небо — Ты там; сойду ли в преисподнюю — и там Ты. А уж после сошествия Христова во ад было бы и вовсе странно говорить об аде как о «месте, лишенном Бога».

Поэтому даже до Искупительного подвига Спасителя посмертная участь людей могла быть для них и утешительной, хотя бы в ту меру, которая была тогда доступна падшему, не исцеленному человеческому естеству. Лоно Авраамово не было местом блаженства в христианском понимании. В Евангелии ясно сказано, что Лазарь не блаженствует, а лишь утешается. А о том, что смерть и до пришествия Христова могла быть для человека утешением, есть множество свидетельств в Церковном Предании.

Например, Святитель Кирилл Иерусалимский пишет: Смертью Законодатель останавливает распространение греха и в самом наказании являет человеколюбие.

Так как Он, давая заповедь, с преступлением ее соединил смерть, и поскольку преступник подпал этому наказанию, Он и устраивает так, что самое наказание служит спасению.

Ибо смерть разрушает нашу животную природу и таким образом, с одной стороны, останавливает действие зла, а с другой — избавляет человека от болезней, освобождает от трудов, прекращает его скорби и заботы и заканчивает страдания. Таким-то человеколюбием растворил Судия самое наказание.

Лазарь много страдал в своей жизни, но смерть прекратила его страдания и поэтому послужила для него утешением. Однако не стоит видеть в различии судеб Лазаря и богача лишь принцип голой симметрии по принципу: «страдал в земной жизни — наслаждаешься в загробной, и — наоборот».

 

Адские мучения

В муку после смерти вполне мог попасть нищий, а утешаться мог и богатый человек, ведь и сам Авраам был далеко не беден в своей земной жизни. Причина столь разной участи вовсе не в имущественном цензе и не в социальной принадлежности. Более того — в притче о богаче и Лазаре Христос предложил фарисеям ситуацию, которая полностью противоречила всем их представлениям о соотношении богатства и благочестия.

Дело в том, что древние иудеи считали богатое имение человека прямым указанием на его праведную жизнь: иначе — почему бы Бог дал ему это богатство?

Но Христос вопреки этому убеждению рассказывает им об утешающемся на лоне Авраамовом бедняке и о страдающем в мучениях состоятельном человеке. Так что же становится причиной, которая одних людей после смерти приводит в муки, других — в утешение?

Здесь самое время вспомнить мысли святых Отцов о различном действии любви Божией на посмертное бытие человека в зависимости от его духовного устроения.

Каким было устроение Лазаря, предположить совсем нетрудно. Он всю жизнь провел в нищете, болезнях, лишениях, но при этом, очевидно, не роптал на Бога и людей, не осуждал никого, и даже богача, который равнодушно проходил мимо его беды каждый день, он просил лишь о мизерном пропитании в виде объедков. Говоря языком православной аскетики, Лазарь сумел использовать свое бедственное положение для борьбы со страстями. И после смерти оказался свободным от действия этих страстей.

Но что сделал со своей душой богач за время своей земной жизни? Человек каждый день пиршествовал блистательно, привык к роскоши, вкусной еде, дорогим винам, не мыслил себе жизни без удовлетворения множества своих прихотей. И вот он умирает, в один момент лишившись всего, что обеспечивало ему это удовлетворение. В загробном мире нет ничего, что могло бы сделать его счастливым. Его терзают неудовлетворенные желания и сознание того, что все цели, которые он ставил перед собой в земной жизни, оказались ложными, а все его достижения и богатства — абсолютно бесполезными в этой новой и страшной для него ситуации…

Согласно преподобному Григорию Синаиту, огонь, тьма, червь и тартар, составляющие ад, есть разнородное сладострастие, всепоглощающая тьма невежества, неутолимая жажда чувственного наслаждения, трепет и зловонный смрад греха. Все эти адские состояния души несчастный богач старательно развивал в себе всю свою жизнь, а после смерти они стали для него мучительным пламенем страстей, которые совершенно невозможно удовлетворить человеку, лишенному тела. Такое существование нельзя назвать иначе как адской мукой.

Но, кроме чувственных страстей, этот бедный человек развил в себе еще одну страшную духовную болезнь — зависть. Которая, по определению Иоанна Златоуста, есть… почитание чужих несчастий своим счастьем, а благополучие других — своим злополучием. Не столько бедный огорчается своею бедностью, сколько завистливый — благополучием ближнего: что может быть гнуснее всего?

 

…Только удали его от блаженства

Богач просит Авраама: Пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой.

Но ведь совершенно очевидно, что это не принесет ему облегчения, капля воды на пальце Лазаря не сможет утолить его жажды к чувственным наслаждениям, которых он оказался лишен. В чем же причина такой странной просьбы?

Святитель Илия Минятий объясняет это следующим образом: «…И вот почему он требует, чтобы пришел Лазарь к нему хотя бы на время, чтобы и Лазарь пришел разделить с ним муки, чтобы он удалился от лона Авраамова. И если бы удалось ему это, он, вероятно, почувствовал бы некоторую отраду. Чтобы удостовериться в этом, обратите внимание на следующее: когда богач услыхал от Авраама, что Лазарю идти в ад к нему нельзя, ибо между ними установлена великая пропасть, он стал говорить: молю тя убо, отче, да пошли его в дом отца моего (Лк 16:27). Этими словами он как бы говорил: если нельзя прислать его сюда, чтобы он стал участником моих мучений, то пошли его хотя бы в мой дом, то есть в мир, в прежнюю жизнь, в прежние несчастья, только удали его от блаженства в твоем лоне. Да, повторяю, завистью он распаляется более, нежели геенной.

Казалось бы, богачу следовало скорее проситься самому на лоно Авраамово, а не Лазаря привлекать на муку.

Но завистливый не ищет своего блага, не стремится из состояния мучения к блаженству. Зависть не умеет предпочитать полезное. Она ищет другому зла, чтобы видеть ближнего в муке. Цель зависти — видеть, как тот, на кого направлена зависть, из счастья впадает в несчастье. Богач хочет видеть Лазаря в аду больше, чем себя в раю. Почему? Потому что зависть есть печаль о благополучии ближнего. Богословы доказывают, что наибольшая мука для содержимых в аду будет — сознавать, что навеки ими все это по своей вине утрачено, а святые вечно наслаждаются, отсюда произойдет плач и скрежет зубов, здесь-то они и найдут для себя величайшую муку из всех мук».

Понятно, что человек с таким страшным устроением души и Любовь Божию воспринимал как неугасимый огонь, опаляющий его совесть.

Небо и ад

Так было ли лоно Авраамово частью Рая? В христианском понимании — нет.

Дело в том, что Рай, Царство Божие, — это та полнота единения твари и Творца, к которой призваны все люди. А всю высоту этого призвания прекрасно выразил святитель Афанасий Великий в своей знаменитой формуле: Бог стал человеком, чтобы человек стал богом. Но до исправления Христом человеческого естества больная природа человека в принципе была не способна к столь тесному единению со своим Создателем. Поэтому никакое состояние человека в дохристианский период невозможно считать в полной мере — райским. И Авраам, и Илия, и Лазарь, и все прочие праведники Ветхого Завета в посмертном своем бытии уповали на пришествие Спасителя, после которого они смогли бы, наконец, соединиться с Господом в той мере, которую Евангелие называет — Царствием Небесным. Но и «филиалом ада» однозначно считать лоно Авраамово все же не следует. Линейная логика здесь вообще неприменима, поскольку в данном случае мы говорим не о пространстве, а скорее — о состоянии души умершего человека.

Вот как писал об этом Блаженный Феофилакт: “Лоном Авраамовым” называют совокупность тех благ, какие предложат праведникам по входе их от бури в небесные пристани; поелику и в море заливами (лоном) мы обыкновенно называем места удобные для пристани и успокоения.

Поэтому на вопрос: «является ли лоно Авраамово частью ада или Рая?» можно ответить лишь парадоксом: часть Неба всегда находится в аду. По слову святителя Иоанна Златоуста, рассуждавшего о темницах адовых: Они были поистине темными, пока не сошло туда Солнце справедливости и не осветило и не сделало ад небом. Ибо где Христос, там и небо.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (5 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.