Гарри Рамос: Соучастие в смерти

Когда мы осмыслим свою роль на Земле, пусть самую скромную и незаметную, тогда лишь мы будем счастливы. Тогда лишь мы сможем жить и умирать спокойно, ибо то, что дает смысл жизни, дает и смысл смерти (Антуан де Сент-Экзюпери).

…Эта история о том, как простой американец Гарри Рамос совершил, казалось бы, странный поступок – он остался с умирающим человеком в горящем здании. Остался осознанно, погибнув вместе с ним. Случилось это в Нью-Йорке, 11 сентября 2001 года, в тех самых небоскребах, в которые врезались самолеты, управляемые террористами. Тогда погибло 2749 человек, но именно смерть Гарри стала для многих людей идеалом подлинной христианской кончины. Возможно, кто-то спросит, а в чем, собственно, подвиг? Ведь не мудрено было погибнуть в том жутком пекле. Но история Гарри не так проста, как кажется сначала.

Гарри был обычным американцем. У него была жена Мигдалия и двое детей. А еще, похоже, у него был дар. Дар человеколюбия.

В тот день после того, как в небоскребы Всемирного Торгового Центра врезались самолеты, Гарри вместе со своими коллегами стал спускаться с 83-го этажа, где находился их офис. Лифты не работали, поэтому люди воспользовались лестницей – крутой, узкой и неудобной. Другого пути к спасению не было.

На 59-м этаже Гарри увидел очень грузного человека, который упал на лестничном пролете и уже никак не мог подняться. А люди спешили мимо. Виктор Уайльд – так звали упавшего – работал брокером в одной конторе на 83-м этаже. У него было больное сердце. Спуск так вымотал его, что он, совершенно обессилив, почти не мог двигаться. Гарри попросил сослуживцев не задерживаться и спускаться дальше без него. Он стал уговаривать Виктора не падать духом и продолжить спуск. Коллега Гарри, Хон Джу, остался с ним и Виктором. Остальные сотрудники продолжили свой путь вниз и скоро оказались на улице.

Материал по теме


Ближние: одного корня

«От ближнего зависят наша жизнь и смерть» (преподобный Антоний Великий). Но кто этот ближний? Да любой человек, не только наши близкие. Не надо, кстати, путать значения этих слов и смешивать их. Близкие – это семья, родственники, друзья, единомышленники. Ближние – это вообще все люди, как близкие, так и даже враги, как это ни странно.

Супруга Виктора Уайльда, Ребекка, так говорила о поступке Гарри: «Я не понимаю, почему он возился с ним. Их ничего не связывало, они не были приятелями, они вообще друг друга не знали. Ведь он мог просто пройти мимо».

С 59-го этажа Гарри и Хон спускались уже очень медленно. Виктора надо было поддерживать, чуть ли не нести, и одновременно не позволять, чтобы уныние и страх овладели им. Больше часа ушло на то, чтобы трое биржевиков смогли добраться до 36-ого этажа. Там уже почти не было людей – только пожарные. Виктора совершенно оставили силы, и он просто беспомощно сел на лестницу. Гарри не мог его бросить и стоял рядом, убеждая, что все будет хорошо, если только Виктор найдет в себе силы идти дальше. Но никакие уговоры не возымели действия на Виктора, который словно был уже на том свете.

Вдруг небоскреб дрогнул. Один из пожарных, увидев Гарри, Виктора и Хона, крикнул: «Чего расселись? Валите отсюда!» Эти слова вывели Хона из ступора. Он посмотрел на заботливо склонившегося над Виктором Гарри и услышал его слова: «Я спускаюсь вместе с вами. Я не собираюсь оставлять вас». Хон затем вспоминал, что, не помня себя от страха, пулей помчался вниз по лестнице. Он выбежал из здания, пошел по улице прочь, но тут услышал крики людей, оглянулся и увидел, как рушится башня. «Гарри погиб», – промелькнуло в его голове.

Как оказалось, Гарри был единственным погибшим сотрудником своей фирмы.

Спас ли он Виктора Уайльда? Конечно же нет, скажет читающий эти строки. Но опять же не все так просто. Человек остается в том состоянии, в каком умирает. Умирает в унынии – остается в унынии, умирает в тревоге – остается в тревоге, умирает в любви – любовь и в вечности будет пребывать с ним. Поэтому так важно, чтобы в момент смерти с нами был тот, кто помог бы нам достойно перешагнуть черту бытия. Это, по сути, и сделал Гарри Рамос, оставшись с мистером Уайльдом в тот роковой день на 36-ом этаже ВТЦ. Скорее всего он понимал, что этот совсем чужой ему человек уже не выберется из здания живым. Он чувствовал, что в душе Виктора – страх и боль. И сделал свой выбор.

Как знать, может ценой своей земной жизни он смог-таки обрести жизнь вечную. Для себя и для ближнего своего, которого он даже не знал.

МОИСЕЕНКОВ Александр
рубрика: Авторы » М »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (45 votes, average: 4,91 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Юлия
    Сентябрь 11, 2016 12:48

    Скажите, а этой статье в сентябрьском Вашем номере журнала нет?

    • Владимир Гурболиков
      Сентябрь 11, 2016 13:20

      Нет. Когда-то журнал был на четверть больше по объему, и помещалось многое, что сейчас приходится предлагать только в интернете… Кризис начинался, встали вопросы экономии, и в 2009 году пришлось резать. Лично для меня — фактически «по живому». :((

  • Ольга
    Сентябрь 11, 2016 14:39

    Вот это подвиг
    В себе я не нашла бы таких сил, испугалась бы и побежала вниз

  • Лидия
    Сентябрь 12, 2016 12:18

    Я давно читаю Ваш журнал (подписываюсь)… Начинаю потихоньку осваиваться с истинами православия, вводить их в свое «проживание на земле»… Для меня было открытием объяснение о том, почему человек ДОЛЖЕН оставаться рядом с умирающим в последние часы его жизни. А мы так «легкомысленно» относимся к этому в этой системе — моя мама умерла в реанимации… куда даже родственников не допускают!

  • Петр
    Сентябрь 12, 2016 20:48

    » Человек остается в том состоянии, в каком умирает. Умирает в унынии – остается в унынии, умирает в тревоге – остается в тревоге, умирает в любви – любовь и в вечности будет пребывать с ним»- Видимо до Страшного Суда? Если человек уходит с болью, страхом, часто со спутанным сознанием или вообще без него, так и будет в таком состоянии? Не могу представить, что Виктора оставила боль, отчаяние, понимание конца и за несколько минут , задыхающийся, еле живой перешел в состояние любви. Гарри отдал свою жизнь за Ближнего, совершил Подвиг, сомнений нет у меня, а вот эта фраза меня смущает.

    • Владимир Гурболиков
      Сентябрь 13, 2016 8:51

      Да, поговорю с автором, мы до конца не можем знать этого, как мне кажется…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.