Почему не читают Библию, и Кто виноват и что делать

У каждого православного христианина дома есть Библия. Но немногие ее регулярно читают, и совсем уж мало кто пытается воспринимать свои жизненные обстоятельства сквозь призму библейского текста. Почему это происходит, и как можно решить проблему? Об этом мы говорим с библеистом, доктором филологических наук Андреем Десницким.

Почитаем, но не читаем

— Андрей Сергеевич, то, что православные не слишком часто открывают Священное Писание — так было всегда, или эта проблема возникла сравнительно недавно?

— Если говорить о советском времени, то могу вспомнить, как мы, молодые христиане, крестившиеся в 80-е годы, буквально охотились за Библией, покупали у книжных спекулянтов за огромные деньги, студенты специально брали темы курсовых, связанные с христианством, чтобы можно было почитать Библию в спецхране.

Сейчас, конечно, Библию можно купить в любом книжном магазине, причем как в церковном, так и в светском. И покупают. Но вот читают мало, да и, читая, не очень стараются понять, а уж тем более применить прочитанное к своей жизни.

— Почему?

— Главную причину я вижу в том, что мы не очень-то понимаем, какое место должно занимать Писание в нашей сегодняшней жизни. А если такого понимания нет, то отношение к Библии складывается уважительно-нейтральное — как к музейному раритету. Ни один православный христианин, конечно, вслух не скажет, что читать Библию не надо. На словах мы все признаём ее авторитет. Но на деле у нас просто не находится серьезной мотивации, чтобы читать ее не от случая к случаю, а регулярно, причем читать осмысленно, пытаясь разобраться в прочитанном. Нам зачастую кажется, что воцерковленному православному христианину вполне достаточно читать святых отцов. 

Святых отцов читать, конечно, надо. Но не стоит забывать, что сами-то отцы постоянно и очень внимательно читали Библию. Более того, большинство их собственных трудов — это толкование Священного Писания, и не просто толкование, а применение к текущей ситуации слушателя. Можем ли мы по-настоящему понять святых отцов, если не читаем того, что читали они? Можем ли мы понять их толкования библейского текста, если сами с библейским текстом почти незнакомы? В этом случае чтение святых отцов может превратиться в начетничество, в заучивание нескольких цитат и жонглирование этими цитатами в спорах (причем, как правило, совершенно бесплодных).

Правильное отношение к творениям святых отцов — это усвоение не только смысла того, что они написали, но и самого их подхода. В том числе и подхода к чтению Библии. К примеру, читая проповеди святителя Иоанна Златоуста, поражаешься тому, как он читал Писание. Он читал его, как сейчас читают газетные статьи на злободневные темы. Прочитал — и пошел делиться с народом своими соображениями о прочитанном, связал прочитанное с конкретными проблемами жизни Константинополя конца IV века. Казалось бы, эта жизнь в корне отличается от жизни Иудеи времен Христа, а уж тем более Иудеи ветхозаветной… но тем не менее святитель Иоанн такие связи находил, он видел отчетливые параллели, он мог вычленять в библейском тексте нечто вневременное, касающееся любого человека.

Страдания молодого батюшки 

— Интересно, а учат ли такому подходу будущих священников?

— Это очень больная тема. Вот смотрите, как чаще всего бывает. Молодой парень, не имеющий серьезного светского образования, поступает в семинарию, заканчивает ее, становится священником лет в 25 и начинает жить приходской жизнью. В семинарии ему было все понятно, там ему вложили в голову некий идеальный образ Православия… нечто сферическое в вакууме. Но вот начинаются приходские будни, и оказывается, что в жизни всё не совсем так, как в учебниках. В отношении литургики и аскетики это особых проблем не создает: ну да, вообще-то по уставу положено служить так, но мы служим несколько иначе, ничего страшного. По уставу положено поститься так, но у людей не получается, ну и ладно, ничего страшного. Но в том, что касается Священного Писания, картина куда более печальная. Молодой священник приходит к выводу, что стандартные семинарские курсы Священного Писания Ветхого и Нового Заветов не отвечают на множество вопросов. А вопросы эти берутся из современной жизни, из прессы, из литературы. 

И вот тут ему попадается комментарий, допустим, Бультмана или еще кого-нибудь из радикальных библейских критиков, и у него получается просто взрыв мозга: как же так? Либо это злые еретики, которые нагло клевещут (но отчего же при том у них всё получается ясно, логично), либо всё, чему меня учили в семинарии, — это какой-то устаревший хлам.

Я такое наблюдал не раз. Люди оказывались просто в ужасном состоянии, когда обращались ко мне с вопросом: отцы правы или Бультман прав? Где истина? Как вообще жить, сознавая, что существуют столь разные подходы?

А проблема-то заключается в том, что в семинарии их совершенно не подготовили к встрече с текстом. Их научили, что на любой вопрос существует правильный ответ, и притом один-единственный, и святые отцы его давным-давно дали, а твоя задача его зазубрить, ну или снять с полки том, где все написано.

Их не научили, что все гораздо сложнее, что текст Писания многомерен, что он даже в богослужении используется метафорически, в переносном смысле, аллегорически, символически… 

В результате возникает ситуация, когда люди, с одной стороны, понимают, что Священное Писание — это вроде бы центр нашей христианской жизни, а с другой — нечто взрывоопасное, чего лучше не трогать. Вот его и не трогают…

— Может, здесь сказывается страх скатиться в протестантизм? У протестантов ведь принцип sola scriptura — «только Писание». Вот многим и кажется, что лучше с этой «скриптурой» не связываться. В церкви на Литургии читается — и достаточно…

— Конечно, сказывается. Страх перед протестантизмом, перед либерализмом, модернизмом, Западом… вообще перед всем. Такие настроения в церковной среде всегда были: мол, антихрист наступает, нам надо от него спрятаться в какой-нибудь овраг, не то он нас съест. Надо сказать, что в таком страхе перед самостоятельным чтением Библии есть и рациональное зерно. Ведь если начать читать Писание бездумно, трактовать все буквально и каждую вырванную из контекста фразу считать руководством к действию, можно зайти слишком далеко. И такие примеры мы знаем.

Но мы живем в современном мире, где страусиная политика неэффективна, где в мысленный овраг не спрячешься — информации вокруг море и она тебя даже в глухой тайге найдет. Интернет везде есть. Поэтому надо преодолевать эти вполне понятные страхи, надо трезво сознавать соблазны и не поддаваться им. В частности, не прятаться от Библии. Да, протестанты отвергают Предание, и это неправильно, это духовно опасный путь. Но отсюда не следует, что мы должны дать «симметричный ответ» и отвергнуть Писание. Да, мы считаем, что читать Библию необходимо сквозь призму святоотеческого опыта. Но все же — читать. Непременно. Не думать, что за тебя уже всё отцы прочитали.

Ловушки «пространства благочестия» 

— Но только ли в боязни протестантизма дело? Нет ли каких-то более глубоких причин, почему люди побаиваются углубляться в чтение Библии?

— Да, такая причина есть. Библейский текст современного человека зачастую шокирует. Столько там (особенно в Ветхом Завете) страшного, жестокого, странного! И как верующему человеку с этим быть, как это принять? Кто-то начинает это оправдывать: мол, так грешникам и надо, кто-то предпочитает закрыть глаза на все это, кто-то предлагает трактовать все эти моменты аллегорически, символически, кто-то говорит: да, это было, но это Ветхий Завет, мы его переросли, мы в Новом Завете живем.

Но давайте честно скажем себе: да, жизнь — жестокая штука. В жизни есть ужасные вещи. И в Библии жестокости есть именно потому, что есть они и в жизни. Другое дело, что в Библии есть не только это, Библия раскрывает и совсем иные стороны человеческого бытия.

Увы, нередко верующих людей подстерегает соблазн: давайте создадим вокруг себя некое стерильное пространство благочестия, где ничего плохого не происходит, где никто не высказывает никаких спорных мнений, где нет ничего сомнительного, ничего непонятного. 

В таком искусственно сконструированном «пространстве благочестия» нет места Священному Писанию, потому что оно взрывает эту сладкую иллюзию, оно говорит о жизни во всей ее сложности и противоречивости. Оно не предполагает примитивного черно-белого подхода, оно не укладывается ни в какие умозрительные схемы.

Но пребывание в этом «пространстве благочестия» опасно еще и тем, что лишает людей духовного иммунитета. Приведу такую медицинскую аналогию: когда человеку делают пересадку костного мозга, ему надо подавить иммунитет, чтобы организм не отверг пересаженное, и поэтому он должен находиться в стерильном боксе. Выйти из бокса ему нельзя — любая инфекция может оказаться для него смертельной.

Вот так и многие верующие люди зачем-то создают у себя в уме некую стерильную комнату, живут в ней, тратят все свои силы на поддержание стерильности, наивно полагая, что выйти наружу нельзя — погибнешь. А Библия, как это многим ни огорчительно, нестерильна. Она заставляет задумываться о неудобных, неприятных вещах.

Писание — это же не катехизис, не сборник ответов на любые вопросы. Это повествование, где все как в жизни, где есть грех, есть кровь, есть безобразия, где хорошие люди порой делают плохие вещи, и с этим нужно как-то научиться жить.

Но в Писании все это отрефлексировано, все это сказано неслучайно, все это имеет смысл. В Писании нам даны подсказки, расставлены вехи. Именно вехи, а не заборы с колючей проволокой, где шаг в сторону — побег. 

Что делать 

— Ладно, мы выяснили, «кто виноват». Давайте перей­дем к более интересному вопросу — «что делать?».

— Прежде всего замечу, что проблема должна решаться на общецерковном уровне. Вот смотрите: у нас уже осознана необходимость молодежного служения, миссионерского служения — теперь дело за библейским служением. Но, как и всякое дело, его легко можно дискредитировать, ограничившись формальными мерами. Например, в принудительном порядке назначить по храмам ответственных за пропаганду Писания, а те уж пусть барахтаются как хотят. Ясно же, что это окончится ничем. Потому что даже если эти люди станут работать добросовестно, им попросту не хватит знаний.

Поэтому в первую очередь необходим общецерковный информационно-консультационный центр, который занимался бы не организацией процесса, не контролем, а именно что созданием методик. 

— О каких методиках речь?

— Например, методик, по которым работали бы на приходах кружки по изучению Библии. Между прочим, таких кружков, евангельских групп немало и сейчас, но они варятся в собственном соку. Как правило, это частные инициативы, и качество их работы очень разное. Кому-то повезло — там грамотный, хороший преподаватель, где-то ситуация хуже: преподаватель и сам ничего толком не знает. Интересуется, стремится — но не владеет никаким методом. Там люди читают и говорят, что в голову придет, и толку мало.

Я сам иногда получаю приглашения: приходите к нам в храм, расскажите, как правильно читать Библию. Откликаюсь, конечно, приезжаю, читаю лекции… но на самом деле все это не то. Потому что подобный подход довольно наивен, он базируется на убеждении, что существует некий один-единственный правильный способ читать и понимать Библию, и вот сейчас приедет к нам товарищ лектор и все растолкует… вроде как в советское время лекторы от общества «Знание» разъезжали по колхозам. На самом деле Библию можно читать разными способами, и что подойдет одному — не подойдет другому. Значит, нужна не одна какая-то универсальная методика, а целая палитра. При этом не надо изобретать колесо — многое есть у отцов, многое разработано в современном мире, всё это нужно усвоить и адаптировать для наших условий.

— А не оттолкнет ли людей само словосочетание «кружок по изучению Библии»? Это же моментально проассоциируют с протестантами, с сектами…

— Вот чтобы не оттолкнуло, и необходима поддержка священноначалия. Однако вновь скажу: это необходимо, но одного благословения архиерея еще недостаточно, потому что, кроме поддержки начальственной, нужна поддержка и смысловая. То есть рекомендации, методики… Тем более сейчас нам есть на что опереться, в этом смысле ситуация гораздо лучше, чем в 1990-е годы. 

— Если сравнивать с 1990-ми годами, то сейчас у нас есть Интернет. Может ли он помочь в решении этой проблемы?

— Буквально на днях я получил письмо от молодого священника, служащего в одной из епархий центральной России. Он осознал, что для понимания Библии семинарского курса ему недостаточно, он хочет углубленно изучать Новый Завет и спрашивает совета. Я, конечно, дал ему список литературы. Но ведь эта литература должна быть доступна, и тут Интернет — наилучшее решение. Необходимы соответствующие сайты, порталы, сетевые библиотеки. 

Впрочем, Интернет нужен нам не только как хранилище текстов — он нужен и для оперативного реагирования. Реагирования на современные вызовы, а не на библейскую критику столетней давности, вроде Гарнака, которого так любят громить выпускники семинарий… К примеру, недавно ко мне обратились и попросили написать рецензию на книгу Рольфа Фурули, свидетеля Иеговы. В своей книге он доказывает, что перевод Библии, сделанный свидетелями Иеговы, — самый правильный. У нас все пугаются новых переводов, и не всегда обоснованно. Но в данном случае действительно надо пугаться — перевод чудовищный, в нем искажаются и переписываются догматически важные моменты. При этом люди активно читают и этот перевод, и книгу Фурули. Причем опровергнуть ее не так просто, стандартного семинарского курса для этого недостаточно. 

Так что подобные рецензии необходимы, причем именно в Интернете, поскольку это можно сделать быстро и это будет общедоступно. А значит, нужны и площадки, где такие обсуждения происходили бы. 

Что-то в семинарии подправить 

— Ну хорошо, кружки, деятельность в Интернете… а что еще? Может, что-то в семинарии подправить?

— Разумеется, надо многое перестраивать в сложившейся практике преподавания. Прежде всего, развести две вещи — Священное Писание Ветхого и Нового Заветов и методику прочтения текста. То есть надо не только знать фактуру, но и уметь ее понимать. Мы живем в мире гипертекста, среди множества ссылок, переходов, видеоряда… то есть очень сложно структурированной информации, а преподаем в семинариях зачастую так, как это делали в XIX веке, в веке линейной книжности. Современный человек выпадает из этой линейности и видит, что книжек — сотни, мнений — тысячи (порой совершенно необоснованных, вроде «британские ученые доказали»). Но поскольку его не научили навыкам чтения текста, он в этой ситуации теряется, не может вычленить главное, не умеет проследить аргументацию мысли.

Иными словами, в семинариях нужен курс герменевтики (то есть теории понимания и интерпретации текстов). Причем речь не о механической зубрежке того, что сказали святые отцы, а об искусстве понимания, искусстве общения с другими людьми над этим текстом. Нужно объяснять, что методы прочтения бывают разные и что в Церкви так всегда и было. Было буквальное прочтение, было аллегорическое, типологическое, нравственное — потому что Библия многослойна, одно и то же место может содержать в себе множество разных смыслов. А для того чтобы эти разные смысловые слои вычленять, очень пригодятся современные методы работы с текстом.

— А что можно делать на уровне обычного прихода, где, возможно, нет подготовленных библеистов, где священник имеет лишь стандартное семинарское образование?

— Даже если нет суперспециалиста, все равно надо постоянно читать текст Писания. Очень важно, чтобы оно становилось таким же центром приходской общины, как и Евхаристия, чтобы люди собирались вместе, молились, читали Библию, обсуждали. Над любым библейским отрывком необходимо думать: а где я себя в этой истории нахожу? Ведь в каждом библейском повествовании есть что-то близкое нам, там люди с такими же проблемами, историями, вопросами. 

Ну и на уровне пастырской практики — разве так уж сложно призывать людей читать Библию? Скажем, во многих приходах уже есть хорошая практика — за время Великого поста каждый прихожанин прочитывает все четыре Евангелия. И дело тут не просто в аскезе, а для того, чтобы вновь и вновь вспоминать самую суть нашей веры. 

Священник Максим Бражников, клирик Свято-Георгиевского кафедрального Собора Орской епархии 

Не могу полностью согласиться со словами уважаемого Андрея Десницкого, что в семинариях человеку обязательно «вкладывают в голову» образ Православия в вакууме. Не исключаю, что Андрей Сергеевич просто чаще сталкивался с не самыми лучшими духовными школами и их выпускниками.

Насколько мне вспоминаются мои семинарские годы — это как раз было время сомнений, горячих споров, изучения святоотеческих и иных точек зрения на тот или иной предмет. Мы жили именно этим интересом к Писанию, но, конечно, во многом усвоение и интерес зависели от того, как подан предмет. К тому же семинария сама по себе только дает человеку толчок для изучения Писания и истории Церкви — ты увидел контуры, дальше работай сам, изучай и двигайся вперед. 

Я закончил семинарию уже будучи священником. За свой короткий пока еще срок служения у Престола не раз убеждался и убеждаюсь, что при помощи Священного Писания можно дать прекрасный, не витиеватый и не отвлеченный ответ на большинство вопросов, с которыми нам приходится сталкиваться в современной приходской жизни. И, конечно, любая проповедь действенна, если основана на библейском духе, и если сердце пастыря всегда горит и питается словами Писания, ему всегда будет что сказать. Как писал Карл Барт в предисловии к своему «Посланию к Римлянам» в 1918 году, «наши вопросы (если мы сами понимаем их правильно) есть вопросы Павла, и ответы Павла должны (если их свет просвещает нас) быть нашими ответами.

Протоиерей Павел Великанов, проректор Московской духовной академии 

В целом интервью Андрея Десницкого правдиво отражает современную ситуацию с отношением к Священному Писанию. Нельзя не согласиться с тем, что пришло время принимать определенные решения для того, чтобы эту ситуацию исправить. Конечно, говоря о семинарском курсе, автор несколько сгущает краски — здесь очень много зависит от конкретного преподавателя, который может быть либо формальным зачитывателем чужих мнений и идей, либо использовать библейский текст для как-бы-обоснованного навязывания слушателям своей собственной мировоззренческой позиции, либо — что, увы, действительно встречается крайне редко — быть буквально влюбленным в Священное Писание и искренне стремиться вдохновить и семинаристов к этой любви. 

То, что в ходе нынешней реформы духовного образования было уделено немало внимания именно библейской тематике, еще раз подтверждает исключительную важность изучения Библии в подготовке

священнослужителя. В ходе обсуждения нового учебного плана Московской духовной семинарии было принято решение о появлении нового курса — «Введение в библеистику», который прежде всего и призван привить навыки чтения и понимания библейского текста, рассказать о том, каковы подходы к пониманию Священного Писания у святых отцов, а также у современных исследователей. Кроме того, в числе предметов по выбору теперь будет целый букет библейских дисциплин, которые не только позволят будущим пастырям подготовиться к продолжению образования в магистратуре, но и значительно расширят их мировоззренческий горизонт,

станут своеобразным «иммунитетом» против той самой «взрывоопасности» Библии, о которой и говорит А. Десницкий.

Нет никаких сомнений в том, что многих проблем современной церковной жизни нам удалось бы избежать, если бы на приходах вели пастырскую деятельность священники, понимающие сложность фактуры библейского текста и умеющие правильно проецировать непреложные истины Божественного Откровения на нашу пеструю и суматошную жизнь. 

kaplan20082 КАПЛАН Виталий
рубрика: Авторы » Топ авторы »
Редактор раздела «Культура»
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.