Всё умрёт, а я останусь

Как человечество борется со смертью и что из этого выходит

Победа над смертью, способность жить вечно — идея, которая владеет умами человечества на протяжении всей его истории. Смерть отнимает у человека все, сводит на нет любые его достижения, смыслы превращает в бессмыслицу. Каждый человек приближается к ней со скоростью 60 секунд в минуту. И вряд ли найдется тот, кто сказал бы, что эта грядущая встреча со смертью его радует. Человеку свойственна тоска о бессмертии. Но возможно ли победить этого страшного и неумолимого врага? Что люди понимают под словом «бессмертие» сегодня? Каково христианское видение смерти? Об этом и многом другом — материалы из темы нашего августовского номера. Сегодня представляем Вашему вниманию статью-размышление Андрея Рогозянского. 


Идея бессмертия проста и сложна одновременно. В мире, где всё конечно, где нет ни живого существа, ни вещи, которые не претерпевали бы изменений, в бессмертие трудно поверить. Звезды — и те падают с неба… В глазах древних смертность была непреложным законом, выражением Фатума, которому подчинено всё. «Смертный» — одно из нарицательных имен человека. В царстве умерших, за великой рекой времени начинается царство теней. Боги Древней Индии, Египта, Греции тоже смертны и продлевают свой век с помощью эликсира вечной молодости. 

И всё же человек верил, что душа не исчезает с телесной кончиной. Умершие, по убеждению разных народов, отправлялись в миры с прекрасными садами и изобильными охотничьими угодьями. У кельтов, по словам Генриха Гейне, вера в бессмертие была настолько сильна, что они могли занимать у соседа деньги с условием их возврата в ином мире. В средневековом Китае старик, пресытившись жизнью, спокойно мог за выкуп идти на смертную казнь взамен осужденного. Смерть не вызывала панического страха. Это Переход, изменение формы бытия, а совсем не небытие и безвременье.

На протяжении тысячелетий смерть волнует воображение и разум. Как и любовь, она является второй по значению великой темой культуры, предметом ее постоянных размышлений. О, смерть! — говорится в библейской книге Премудрости Сираха, — Как горько воспоминание о тебе для человека, который спокойно живет в своих владениях, для человека, который ничем не озабочен и во всем счастлив и еще в силах принимать пищу. О, смерть! Отраден твой приговор для человека, нуждающегося и изнемогающего в силах, для престарелого и обремененного заботами обо всем, для не имеющего надежды и потерявшего терпение.

В разных культурах встречаются рассказы о мудрецах, поэтах и правителях, научившихся побеждать старость и смерть. Долголетие, невозможность умереть становятся то благословенным даром, а то испытанием и мукой для праведного Симеона, Прометея и Агасфера.

Эпоха прогресса вселяет новую надежду на бессмертие. Человек покоряет природу и преодолевает пространства. В его руках оказываются исключительные технические возможности, наука расширяет познание человеческой физиологии. Продолжительность жизни растет, болезни отступают. Это дает оптимистическую веру в то, что бессмертие в скором времени станет достижимо. Ею наполнена философия от Ницше до русских космистов — Фёдорова, Вернадского, Циолковского, Чижевского. Технократическая утопия нового человека, наделенного чрезвычайными способностями, захватывает воображение большевистских идеологов и вождей. Лев Троцкий в статье «Литература и революция» обещает, что наука уже совсем скоро овладеет процессами в организме: дыханием, кровообращением, пищеварением, оплодотворением. «Человек, — пишет он, — поставит себе целью создать более высокий общественно-биологический тип, если угодно, сверхчеловека». Тело Ленина решено было мумифицировать с той целью, чтобы ученые в будущем смогли воскресить вождя пролетариата.

В произведениях писателей-фантастов, в куплетах советских лет: «Старость меня дома не застанет», «Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым», — разлита уверенность, что человек рано или поздно проникнет в секрет вечной молодости.

Фото Дмитрия Зверева

Бегом от старения 

Николай Михайлович Амосов — советский хирург, академик, кардиолог с мировым именем, литератор, человек подвижного ума, большой души и широких интересов. Прошел войну с Германией и Японией, в полевых условиях выполнил более четырех тысяч операций. Создал Институт сердечно-сосудистой хирургии, выполнял многие уникальные операции. Занимался проблемами биокибернетики и искусственного интеллекта.

Одним из важных направлений работы ученого была теория старения. С возрастом организм, как известно, получает меньше нагрузок, снижает функции, сокращает мускулатуру и попадает в замкнутый круг: нагрузки всё более сокращаются, органы работают неправильно и процессы старения всё ускоряются. Амосовым были предложены специальные упражнения и диета. Цель — подтвердить способность человеческого организма сохранять свои основные функции до 100 лет и более. Смелый эксперимент с восьмидесятилетнего возраста Николай Михайлович осуществлял на себе сам. 

Бег, упражнения с гантелями, снижение калорийности рациона при ежедневном контроле самочувствия стали приносить плоды. Самочувствие улучшилось, системы организма стали работать более четко, на уровне 40-50-летнего мужчины. Амосов продолжал активную медицинскую практику, хотя уже и не оперировал на сердце. Он много ездил, выступал, участвовал в общественной жизни, написал ряд книг. Возраст, в котором человека обычно одолевают старческие немощи, оказался для академика Амосова очень плодотворным. Ученый оптимистично смотрел в будущее, настроившись в бодром здравии преодолеть столетний рубеж.

Спустя 9 лет организм начал давать сбои, у Николая Михайловича произошел инфаркт, после чего отмечалось резкое ухудшение самочувствия. В декабре 2002 года академика Амосова не стало. Он немного не дожил до 90 лет. Незадолго до кончины он записал у себя в дневнике: «Процесс старения объективен. Старики дряхлеют: все функции ухудшаются. «Опадение листьев» — не остановишь, когда на двор подступил декабрь! Так и старость: сам вижу — ходить труднее и память хуже. Тренировка полезна, но много не даст. Чем старше возраст — тем меньше надежд на упражнения». 

Цена долголетия

Успехи в продлении жизни впечатляют. Инфекции перестали собирать жатву в виде миллионов смертей, многие хронические недуги стали поддаваться излечению. Средняя продолжительность жизни в течение XX века в странах с развитой системой терапевтической помощи возросла с 47 до 77 лет. Создана эффективная отрасль медицины антистарения (anti-aging medicine), проблемами долголетия стали заниматься специальные врачи-геронтологи.

Такие достижения имеют, однако, обратную сторону. В пожилом возрасте повышается риск рака. Эпидемия онкологических заболеваний терзает мир, и лекарства от нее, к сожалению, не придумано.

Пределы возможностей человеческого организма оказались исчерпаны. До возраста 90 лет активные лечебно-профилактические мероприятия эффективны, тогда как в более преклонные годы всё более явным образом сказывается недостаток внутренних ресурсов. Для увеличения продолжительности жизни всего на одно-два десятилетия, до 100 лет и более, потребовалась бы радикальная перестройка всего человеческого организма.

Несколько известных американских ученых — Джей Ольшанский, Брюс Карнс и Роберт Батлс —в 2001 году опубликовали в журнале «Scientific American» резюме исследований по вопросу продления жизни. Авторы признают, что медицина преуспела в борьбе со смертностью молодого и среднего возрастов, что же касается борьбы за бессмертие, таковая столкнулась с фундаментальными ограничениями. Статью дополняет рисунок: гипотетическое человекообразное существо со сроком жизни до 120 лет отказалось от прямохождения, имеет небольшой рост, несколько рядов дополнительных ребер, усиленный костяк, более мелкие и частые позвоночные диски, суставы, способные гнуться в обратном направлении, толстые, мускулистые ноги, венозную систему с особыми клапанами, видоизменённое строение органов зрения и слуха.

Так выглядит обычный пожилой человек (слева).

А так (справа) по мнению ученых должен  выглядеть человек,  который мог бы жить минимум сто лет, особо не страдая от болезней. Рисунки: «Scientific American», 2001, March

Вопреки общему оптимизму, профессор Ольшанский считает, что геронтология может ставить задачей не дальнейшее увеличения срока жизни, но лишь избавление старости от страданий. 

Как мы стареем?

На сегодняшний день известно по крайней мере четыре разноплановых процесса возрастных изменений. Первый уже упоминался и связан с прогрессирующим ослаблением, «детренированием» мышц и внутренних органов. Второй действует на клеточном уровне и носит название апоптоза или запрограммированного самоуничтожения неделящихся нервных и мышечных клеток. Это напоминает процесс опадения листьев с деревьев в преддверии зимних холодов. С некоторого времени «биологические часы» запускают на клеточном уровне обратный отсчет — в направлении конца земного существования.

Некоторые клетки в человеческом организме делятся. Таковы, в частности, клетки эпителия и соединительных тканей. Тем не менее и у таких клеток запас делений ограничен. Следовательно, ткани изнашиваются и стареют. 

Указывают также на увеличение в возрастном организме числа свободных радикалов, которые повреждают ДНК и приводят к мутациям. Академик Амосов приходит к выводу о комплексном характере старения и о взаимном влиянии различных возрастных факторов. 

Что на сегодня способна предложить наука?

В арсенал средств антистарения входят: гормональная терапия, антиокисиданты, которыми связываются свободные радикалы, терапия посредством «вечно молодых» стволовых клеток, специальные диеты и режим нагрузок, различные программы детоксикации, введение ботулотоксинов и пр.

Некоторые изменения, которые условно можно признать омоложением, медициной могут быть достигнуты. Однако побочное действие также возможно. Профессор Джей Ольшанский из университета Иллинойса считает, что плата за некоторые нововведения, например, за инженерию генного уровня, может быть слишком высока. «Если бы мы это сделали, наверняка были бы отрицательные стороны», — говорит он. 

Футуристические проекты бессмертия

В современной науке существует несколько перспективных или открытых направлений, которые могут иметь отношение к тематике продления жизни. Первое из них связано с выращиванием органов на замену стареющим, изношенным, с последующей трансплантацией их в организм пациента. Теоретически данным способом могут преодолеваться последствия ряда заболеваний: от цирроза печени до рассеянного склероза и детского церебрального паралича. Радикального омолаживающего эффекта, однако, подобные действия не имеют. Велики также издержки оперативного, трансплантологического метода.

Направление создания микроскопических нанороботов, выполняющих разного рода «ремонтные» работы в человеческом организме, популярно в футурологических прогнозах. Тем не менее сколько бы то ни было значимого практического результата до сих пор не достигнуто.

Крионика предлагает метод отсрочки проблем. Тела людей замораживают и держат в жидком азоте при очень низкой температуре с надеждой, что в будущем наука сумеет решить проблему бессмертия. За почти пятьдесят лет, с 1967 года, когда было заморожено первое тело американского профессора Джеймса Бедфорда, наука по-прежнему далека от того, чтобы оживлять умерших людей и гарантировать бессмертие.

Перенос мозга в искусственное тело, более выносливое и совершенное. Очевидно, данная идея испытывает те же затруднения, что и частичная замена органов и систем методами трансплантологии. Не существует решений проблемы возрастной деградации мозговых функций.

Цифровое бессмертие — предположительная технология компьютерной расшифровки и моделирования личности. Мозг видится вместилищем человеческой индивидуальности, работа его уподобляется машинным или математическим алгоритмам. Расшифровка таких алгоритмов, по мнению некоторых, даст карту индивидуальности конкретного человека. «Оцифрованная личность» получит способность копироваться, передаваться на расстояния и оживать, будучи помещенной в искусственную телесную оболочку-аватар. По оптимистичным прогнозам, уже к 2045 году человек сможет вселяться в новое рукотворное тело. Но остаются сомнения, что личность может быть подвергнута «оцифровке», и вся неповторимость человека сводится к специфическому набору мозговых алгоритмов. Ряд исследований опровергает подобную локализацию, также и православная антропология называет вместилищем души не один мозг, но всё тело, средоточием же ее — сердце человека. 

Куда ведет погоня за бессмертием?

Бессмертие — мечта, которой, по всей вероятности, не суждено сбыться. Но, даже оставаясь утопией, она продолжает влиять на умонастроение и жизнь современного общества.

Исторически разные возрастные этапы было принято считать по-своему ценными. Старости не стыдились, и она не имела значения бесполезного времени, но венца земного пути. Становясь зрелым, человек приобретал опыт и уважение. Дела его жизни, личные способности проходили экзамен десятилетиями и приносили плод. Молодость стояла под сомнением и часто терпела упреки в неосновательности, ветрености. «Юность есть как бы опьянение, — утверждал Ларошфуко, — нечто вроде ра­зума, охваченного лихорадкой». 

В каждом возрасте отмечались свои слабости и свои преимущества. Старость «знает», она ровней и спокойней, свободна от того, чтобы платить дань страстям. Молодость «может» — наделена энергией и силами, еще не растраченными. В соединении одного со вторым, в символической перекличке поколений: «если бы молодость знала, если бы старость могла», — виделся гармонический образ. 

Что произошло бы, если бы молодость никогда не кончалась, а смерть исчезла? Представим себе на минуту этот вечный праздник, буйство желаний, без малейшей тревоги и опасения не успеть, зря потратить время. В короткий срок они произвели бы множество противоречий, доходящих до столкновения и насилия. Способы прожигания времени становились бы всё более крайними, что неминуемо привело бы к упадку сил и психологической подавленности. Так вечная молодость и бессмертие обернулись бы проклятием для человечества, а смерть и страдания, происходящие пускай не от медицинских и возрастных причин, повторно вернулись бы в мир.

Однако же это весьма напоминает картину нашего общества, которое устроено и живет так, как если бы смерть была уже преодолена. Никакая другая идея не вдохновляет человека сегодня столь сильно, как молодой внешний вид, молодые возможности, бодрое самочувствие и время, отвоеванное у старости. Между тем изобретаются тысячи способов убить это самое время и истощить силы. Образы кумиров кино и эстрады, вкушающих от эликсира вечной молодости на богемных пиршествах, являются наглядным примером. Процедуры омоложения, цвет биотехнологий и квинтэссенция научного прогресса последних лет, используются по большей части для компенсации последствий порочных привычек! Американский культовый певец Майкл Джексон интересовался вопросом бессмертия, жертвовал средства на соответствующие исследования и принимал препарат под названием Gerovital H3. Одновременно с этим он регулярно принимал психотропные средства и алкоголь, сочетание которых привело его к гибели.

Полюса общественного притяжения смещаются, молодежность приобретает исключительную ценность. Улучить еще хоть малый краешек бесшабашности, не думать о серьезном — это побуждает старшее поколение проситься на «молодежный экспресс», до полустанка, где, как неумолимый приговор, его встречают болезни, старость и одиночество.

Рынок горячо приветствует открывшуюся погоню за бессмертием. Маркетинговая подоплека обнаруживается в деятельности структур, предлагающих услуги по преодолению старения. Индустрия красоты и долголетия пожинает солидные дивиденды. На сегодня она охватывает область от косметологии и фитнеса до препаратов наподобие «Виагры» и радикальных пластических операций. 1970-е годы были отмечены рядом скандалов вокруг французской фирмы, обещавшей клиентам качественное крионирование или посмертную заморозку. Спустя некоторое время тела умерших обнаруживали в недолжном состоянии.

Но, вероятно, самая важная часть — это подготовка общего мнения к экспериментам над человеческой природой. Новая агрессивная идеология так называемого транс­гуманизма сочетает в себе элементы пиара и футуристики. Она обещает настоящую революцию возможностей. Всего только — отказаться от представлений о человечности и с восторгом принять идею превращения в пост-человека, post-human, биокибернетический конструктор. Как обещается, пост-человек будущего получит расширенные физические возможности за счет механизированного экзоскелета, его мозг будет соединяться с компьютерными сетями и базами данных, по собственному желанию он сможет выбрать цвет глаз, волос и кожи, свою половую принадлежность, а свойства организма и интеллекта будут определяться заранее, на этапе генетического собирания эмбриона из блоков ДНК. 

Хотя наука не в состоянии побороть старение и смерть, ничто не мешает совершить ловкаческий трюк — заменить человека Франкенштейном, искусственной имитацией отдельных человекоподобных функций, провозгласив это триумфом прогресса, высшей формой эволюции, которой устраняются страдание, усталость, болезни, смерть. В эпоху массовых мод, гаджетомании и жажды перемен публика, вполне вероятно, станет рукоплескать каждому новому шагу по пути превращения человека в мутанта и киборга. 

Технологии роботизации и генетических манипуляций, в отличие от органического бессмертия, достижимы. Пластическая хирургия и операции по смене пола уже сегодня предоставляют простор фантазиям на темы личностного апгрейда. При экстракорпоральном оплодотворении (ЭКО) медперсонал отсеивает из нескольких живых зародышей «лишние», у некоторых же слегка подправляет генетический код. Законодательство Англии и некоторых других государств легализует появление на свет новорожденных, являющихся по генам ребенком не двух, а трех родителей, от которых берутся фрагменты ДНК. На очереди эксперименты по улучшению человекоособей цепочками ДНК, взятыми от животных и растений. Такие генно-модифицированные организмы могут иметь сколь угодно необычный набор свойств: устойчивость к радиации, способность дышать под водой, синтезировать энергию из солнечного света и даже, например, флуоресцировать в темноте.

Еще более близкой, осязаемой является перспектива оснащения человека носимыми терминалами, системами виртуальной и дополняющей реальности, наподобие последних очков Google Glass, индивидуальными сетями сенсоров и нейрокомпьютерными интерфейсами на основе вживляемых чипов. Зависимость общества от разнообразных приложений и устройств в недалеком будущем станет критической.

Лишь воля, и воля твердая, направленная на сохранение естественного облика и идентичности, может противостоять античеловеческим тенденциям в технологиях и культуре.

Фото disparkys, www.flickr.com

Бессмертие в христианской перспективе

Иногда думают, что христианство выступает против перемен, технического прогресса, и таким образом человек оставляется страдать и умирать. Это не так. Христианство учит правильному отношению к страданию, облегчает страдание в том случае, когда оно неизбежно, но представление о человеке в нем не является застывшим, фиксированным. Болезни, страдание, смерть вызывают острое неприятие в христианском нравственном чувстве. Человеку надлежит вырваться из-под порабощения косным порядком вещей. Он может и должен меняться. При единственном «но»: не одними технократическими приемами и средствами — чистота сердца является необходимым условием. При любых внешних изменениях косное и эгоистичное сердце будь отравлять жизнь. Долголетие, помноженное на пороки, многократно усиливает страдание и неправду.

Бессмертие — одно из основополагающих понятий для новозаветного учения, которым провозглашается неуничтожимость души и желание ее воссоединиться с телом при воскресении. В начале истории первые люди Адам и Ева не умирали. Они не знали болезней и всегда оставались в одинаковом возрасте расцвета и зрелости сил. Шаткое, исполненное превратностей положение, в котором наше тело испытывает боль, слабость, усталость, старение, а разум и чувства блуждают и не находят покоя, — чужое и противоестественное для нас. Если бы только кто-нибудь из нас мог видеть прародителей в раю! Он был бы поражен тем, насколько прекрасен, гармоничен, величествен и добр может быть человеческий образ и как сильно измельчал человеческий род со времен грехопадения.

«Праведность бессмертна, а неправда причиняет смерть», — говорит Библия. В христианском представлении к бессмертию возможно вернуться. И не к одному бессмертию, но к удивительной метаморфозе. В центре христианского благовестия стоит «новый Адам» — принципиально иное измерение антропологии, в котором человеку становятся доступны Божественные свойства: всеведение, власть над естественными законами, пространством и временем. Таким человек станет после воскресения, по праву усыновления, в Иисусе Христе.

Разуму сложно понять и охватить данный образ. Апостолы говорят, что ни ухо, ни глаз, ни мысль человека не могут дать представление о том, что приготовил Бог людям. Нынешнее наше восприятие духовного мира «гадательное, как через тусклое стекло»; тогда же человек окажется лицом к лицу с Богом (1 Кор 13:12), сможет видеть Его таким, какой Он есть (1 Ин 3:2). Пока же смерть продолжает оставаться для каждого горьким уроком и одновременно мерой и зеркалом, в которое вглядывается человек на своем пути.

Жизнь, как ни парадоксально, получает значение в связи с умиранием. Людской век Библия определяет отрезком в 70 лет, если же человек в силах, то в 80 лет. Это тот срок, в который при благоприятном течении жизни смысловые круги замыкаются. Человек видит рождение внуков, иногда правнуков, проживая события максимально полным образом.

Вернуть память смерти 

Абрахам Маслоу — знаменитый ученый-психолог, создатель школы так называемой гуманистической психологии. Его именем названа одна из известнейших схем личностной мотивации: «пирамида Маслоу». В возрасте около 60 лет ученый пережил кризис, вызванный инфарктом. Последующий период стал для него чем-то вроде жизни после смерти. «Когда примиряются со своей смертью, — писал Маслоу, — или становятся убежденными в том, что конец жизни может быть спокойным и достойным, тогда всё приобретает ценность и интерес. Сердце переполняет волнение при взгляде на цветы, детей, прекрасные вещи. Личность начинает затрагивать жизнь как таковая: ходьба, дыхание, еда, общение с друзьями… Встреча со смертью и последующая отсрочка ее заставляет всё казаться более ценным, святым, прекрасным, и это пробуждает, таким образом, во мне потребность любить, открываться навстречу окружающему миру. И я позволяю этим чувствам руководить мною, отдаюсь им целиком».

На протяжении жизни Маслоу отстаивал теорию самоактуализации, первичного удовлетворения биологических и индивидуальных потребностей. В конце жизни он пересматривает модель «пирамиды» и воплощенного в ней эгоизма. В ряде работ он заявляет способность человека в стесненных условиях отдаваться служению, высшим целям и ценностям. Психология Маслоу становится более торжественной и в то же время проникновенной, экзистенциальной. «Иерархия доминирования, состязание, соперничество и слава внезапно становятся глупостями. Определенно происходит сдвиг ценностей, понимания, что важно, а что неважно, что главное, а что нет», — вот о чем поведала профессору смерть.

Многие, кто имел опыт тяжелой болезни и умирания, испытывали как бы перерождение, прилив интереса к жизни, восстановление смысла, благодарность за каждую прожитую минуту. Опыт околосмертных переживаний (near-death experience) совершенно удивителен. Он содержит в себе немало неожиданного, опровергающего привычные представления. Самая известная исследовательница данного направления, автор нашумевшей книги «О смерти и умирании» Элизабет Кюблер-Росс признает: «Нельзя долгое время работать с умирающими и не верить в духовную жизнь. Начинаешь ощущать себя сдутым воздушным шариком». В воспоминаниях Кюблер-Росс, несомненно, весьма реалистичных и трезвых, присутствует нечто труднообъяснимое и сверхъестественное. Однажды Элизабет пережила посещение пациентки, скончавшейся за несколько месяцев перед этим.

Страх перед упоминанием смерти пронизывает современное общество. Эта тема оказывается запретной, покрывается искусственным умолчанием. Сокращаются ритуалы — похороны, траур; телам умерших стараются придать вид, наиболее схожий с живыми. О смерти не говорят и на ее тему бесконечно любопытствуют, разглядывая в кинематографе сцены убийств, физиологических подробностей насильственной гибели. Ряд направлений современной культуры проникнут мрачной эстетикой смерти, суицидальностью. Так обнаруживают себя оргиастические корни современной культуры, когда всплески страстей чередуются с периодами потерянности и страха. Игры вокруг театрализованной смерти при вытеснении памяти о реальной смерти становятся своего рода заклинательной практикой. Странным выглядит стремление к бессмертию в обществе, привыкшем прожигать жизнь.

Вне опыта смертности, умирания и расставания с близкими земное существование оказывается лишенным важных балансиров, обеспечивающих равновесие и четкость хода. «Каждый удар моего сердца славит жизнь, — восклицает С. Лем в «Магеллановом облаке», — и поэтому говорю вам: я не позволю отнять у меня смерть».

Читайте также: 

Смерть, которой ждут 

Rogozjanskij РОГОЗЯНСКИЙ Андрей
рубрика: Авторы » Р »
Колумнист
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Ноябрь 30, 2013 7:16

    Можно на крысах провести эксперимент, разрезав мозги на слои, тыкая электродами в слои и смотреть результат. Это даст ответ натриево- калиевый насосов на мембранах нейронов.
    Эксперимент примитивный из 20 века.
    В 21 веке можно усовершенствовать эксперимент.
    Если вместо электродов выложить мозг под томограф МЭГ, что в московском центре, то можно большее узнать. Например ощутить активность рецепторов, а не натриево- калиевый насос.
    Во время исследования опрыскивать глутаматом, а не солью.
    Опрыскивать в разной пропорции и смотреть на рецепторный ответ.
    Есть шанс, что это раскроет последние темные стороны мозга и мозг перестанет быть наконец то загадочной материей.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.