Сирия: что происходит

Сергей Худиев о нынешнем положении сирийских христиан

Название “Сирия”, как и имя ее столицы, Дамаска, хорошо знакомо любому читателю Библии. Дамаск упоминается уже в книге Бытия, и это понятно — по убеждению археологов, это древнейший на земле непрерывно обитаемый город. Одно из ключевых событий христианской истории — и истории мира вообще — обращение Святого апостола Павла, происходит именно на пути в Дамаск. Именно в Дамаске начинается миссионерское служение Апостола — хотя мы знаем, что христиане там были уже до него.

Сирия — это земля, где христианство существует непрерывно со времен Христа и Апостолов. Христиане жили здесь и во времена Восточной Римской (Византийской) империи, и после исламского завоевания, и под властью Османской империи — и, надо сказать, что долгие века мусульманам и христианам вполне удавалось уживаться мирно. Отношение турецких властей было в целом благожелательным, и регион, как правило, мог служить примером гармоничного сосуществования последователей разных религий.

После распада Османской империи регион оказался под контролем Франции, а после Второй Мировой Войны возникло независимое сирийское государство. Оно было не особенно стабильным — и его послевоенная история полна переворотов, пока, наконец, в 1966 году власть не перешла к движению Баас — арабским националистам, которые были склонны подчеркивать величие арабской культуры и стремиться к ее возрождению. В результате внутреннего конфликта в движении власть сосредоточилась в руках Хафеса Аль-Асада, отца нынешнего президента Башара Асада.

Диктатуре Хафеса Аль-Асада удалось стабилизировать политическую ситуацию и положить конец серии переворотов, которые сотрясали страну до этого. Правление Аль-Асада было суровым — что проявилось, в частности, в таком событии как “резня в Хаме” —  когда в феврале 1982 армия Сирии подвергла бомбардировке, а затем взяла штурмом город Хама с целью подавить восстание исламистского движения «Братьев-мусульман». По разным оценкам, погибло от 17 000 до 40 000 человек.

После того, как Хафес Асад скончался от сердечного приступа в 2000 году, бразды правления принял его сын, Башар.

Сирия — весьма пестрая в этническом и конфессиональном отношении страна. Крупнейшие этнические группы — арабы, курды и сирийские туркмены; большинство населения исповедует ислам суннитского толка, есть алавиты и исмаилиты. В отношении семьи Асадов следует отметить, что они являются алавитами — членами религиозного меньшинства, представляющего неортодоксальное течение в исламе. Алавитов обвиняли в исповедании взглядов, решительно несовместимых с исламом, однако последние десятилетия они были склонны подчеркивать, что являются добропорядочными мусульманами.

Гражданское противостояние в Сирии, таким образом, имеет четкую этноконфессиональную окраску — суннитское большинство недовольно правлением алавитской верхушки. Не случайно одним из лозунгов оппозиции является “Алавитов — в могилы, христиан — в Ливан”.

Христиане в этом суннитско-алавитском противостоянии часто пытались сохранить нейтралитет, однако логика событий вынуждает их поддерживать Асада. Дело в том, что режим Асада, при всей его несомненной авторитарности, является светским — в то время, как оппозиция, по мере развития войны, приобретает все более исламистский характер.

При режиме Асада по закону президентом страны мог быть только мусульманин, однако никакая религия не устанавливалась в качестве государственной, и Христиане могли вполне свободно исповедовать свою веру.

Оппозиция предоставляет собой весьма пеструю коалицию различных групп, не все из которых являются исламистскими — так что западные политики могут говорить о поддержке неких “демократических сил” в Сирии — однако наиболее влиятельными и боеспособными группами являются именно исламисты, так что будущее Сирии в случае победы оппозиции будет исламистским — и то, что происходит уже сейчас, побуждает христиан смотреть в это будущее с глубокой тревогой.

Христиане уже сталкиваются с широкомасштабными гонениями. В своем интервью средствам массовой информации иерарх Антиохийской Православной Церкви епископ Сейднайский Лука рассказал, что из своих домов были изгнаны 138 000 христиан, параллельно идет систематическое разрушение христианских храмов. «Они убивают людей. Человеческая жизнь для них не представляет никакой ценности».

В интервью «Голосу России» иерарх Антиохийской Православной Церкви митрополит Афамийский Исхак рассказал, что христиане Сирии “поддерживают законную власть, так как видят, что после прихода боевиков «творится немыслимое»: разрушения храмов, похищения священников, насильственное выселение христиан из домов, акты террора”.

Со своей стороны, на Западе сильно восприятие происходящего в мифологеме “борьбы демократии и авторитаризма”, “выступления народа против жестокого диктатора”, так что многие политики и СМИ склонны поддерживать оппозицию, более менее игнорируя преступления, совершаемые повстанцами — в частности, против христиан.

Несомненно, Башар Асад — правитель авторитарный и жестокий, и найти правителей демократичных и кротких в этом регионе было бы проблемой. Но те, кто противостоят ему — гораздо дальше от любых представлений о правах и свободах, чем он сам. Состояние дел в арабском мире таково, что обеспечивать хотя бы минимальный уровень свободы вероисповедания (да и просто безопасности)  могут только авторитарные лидеры. Попытки насадить демократию кончаются так, как они кончились в Ираке и Ливии — бесконечной войной всех против всех, войной, первыми жертвами которой становятся этнические и религиозные меньшинства.

Поэтому действия западных лидеров, которые, теоретически, мотивируются заботой о правах человека, приводят только к резкому ухудшению положения с этими правами — обратим внимание хотя бы на то, что Ирак после “освобождения” потерял большую часть своего христианского населения.

Американский сенатор Рэнд Пол по этому поводу с горечью заметил, что “Идет война против христианства, не только со стороны либеральных элит дома, но и по всему миру… И правительство — или, точнее, вы, налогоплательщики, финансируете ее”

Поэтому сирийские христианине выступают против военного вмешательства Запада — например, Григорий III, греко-католический Патриарх Антиохии, заявил, что такая атака была бы “преступным актом”, который привела бы только к умножению числа погибших. Против планируемой атаки выступает и ряд других христианских и общественных деятелей, в том числе, и в самих США. Например, Епископ Ричард Пэйтс, глава  католической организации «Комитет американских епископов за международный мир и справедливость”, сказал: “я надеюсь, мы хоть чему-то научились на опыте Ирака”.

Картина, которую рисуют сторонники военного вмешательства — “диктатор Башар Асад ведет жестокую войну против собственного народа, применяет химическое оружие, его следует наказать за его гнусные злодеяния и дать урок всем, кто захочет их повторить” — вызывает нарастающие сомнения, в том числе, и у общественности западных стран. С каким народом ведут жестокую войну боевики? С каким-нибудь другим? 

Невозможно сказать наверняка, кто там применил химическое оружие — может быть,  Башар Асад сошел с ума. Возможно, он решил оказать своим врагам наибольшую услугу, которую он только может, втянуть США и их союзников в войну на стороне повстанцев. Возможно, он специально выбрал для этого ровно тот момент, когда они в этом острее всего нуждаются — потому что война складывается не в их пользу. Невозможно исключать такой вариант. Но гораздо более правдоподобным выглядит другой — химическую атаку организовали именно те, кому она выгодна, кто в ней отчаянно нуждается, чей единственный шанс — военное вмешательство Запада на их стороне.

Тут еще приходится вспомнить, что правительства, желающие развязать войну, обычно считают ложь вполне допустимой — и американское или британское правительство тут никоим образом не являются исключением. Вспомним, например, химическое оружие Саддама (так и не найденное) и виагру, которую Каддафи раздавал солдатам, чтобы они насиловали женщин (сообщение, вызвавшее бурное негодование во всем мире, и особенно у Хиллари Клинтон, но потом оказавшееся ложным). Ложь, в том числе на высшем уровне, ни для кого не является проблемой — ни для правительств, ни для СМИ.

Возможно, было бы преувеличением говорить о том, что президент Обама, сенатор Маккейн или другие сторонники вторжения ставят себе целью уничтожение ближневосточного христианства как таковое. Они просто знают, что побочным эффектом их действий будет именно это — и это их не заботит.

В такой ситуации позиция России, твердо выступающей против военного вмешательства Запада в Сирии, выглядит гораздо более обоснованной. И гораздо более благоприятной для сирийских Христиан.

Нам же остается молиться к Богу о наших гонимых собратьях и быть благодарными за то, что мы можем строить храмы, молиться, проповедовать слово Божие в условиях безопасности и свободы. И помнить о том, что гражданский мир стоит того, чтобы его поддерживать.

hudi-new ХУДИЕВ Сергей
рубрика: Авторы » Топ авторы »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (3 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.