Вспоминая первую Пасху. Часть 1

Читатели журнала «Фома» и герои наших публикаций рассказывают о том, что для них значит Пасха

Накануне Светлого Христова Воскресения мы попросили читателей журнала «Фома», а также героев наших публикаций рассказать о том, что для них значит Пасха. А участников православных групп сети «Вконтакте» (“Православие”“Православные фото”Страница журнала «Фома») призвали прислать нам свои пасхальные фотографии. Несмотря на то, что с праздником у каждого связаны свои уникальные воспоминания, всех их объединяет одно чувство — чувство Пасхи. 

Необычный «первомай»

Протоиерей Максим Козлов, настоятель храма преподобного Серафима Саровского на Краснопресненской набережной, г. Москва

Первая Пасха, которую я провел в храме. Это было не в год моего крещения — тогда родители не пустили меня на ночную службу, и не было никакой возможности не послушаться, — а год спустя. Это память на всю жизнь. Сейчас не всегда переживаешь такую радость — отчасти по выработавшейся привычке, отчасти по многозаботливости, а отчасти и оттого, что знаешь, что должно быть, ждешь этого… Но тогда в первый раз это было настоящее чудо: небо на земле. Со службы уходить бесконечно не хотелось. Не то что не было никакой усталости, а просто я представить себе не мог, что так в этой жизни бывает, что так можно кричать «Христос воскресе!», что это такая радость, которая длится и длится без конца.

Несколько раз в жизни было такое, когда произрастала решимость исповедаться в тяжелом грехе… И нужно было переступить через себя, прийти и сказать. И когда, по милости Божией, все-таки эта решимость вызревала и исповедь имела место, после этого тоже жить становилось можно, и ощущение милости, близости Божией — оно также было очень, очень рядом.

Еще в моей жизни был момент (более личный) — это когда я в Великий Четверг причащался вместе с моей невестой: мы тогда в одном храме исповедались и причастились. Для нее это вообще была первая исповедь и первое причастие… Пасха была поздняя, и Великий Четверг приходился на Первое мая. Мы вышли из храма, сидели на лавочке в парке, неподалеку от храма проезжали машины с первомайскими транспарантами. Мы в это время сидели и держали друг друга за руки… Вот так бывает в этой жизни!

Ночь, когда нет зла

Диана Коне, студентка Московского государственного университета печати

В тот год Пасха была поздней и довольно теплой, и после праздничной службы мы с подругой почему-то отправились на детскую площадку в километре от церкви, кататься на качелях. Ночь, на улице никого кроме бродячих людей и собак, фонари еле-еле работают. Ни в одном окне не горит свет. И прямо по шоссе шагают две девчонки, распевая во весь голос «Христос воскресе из мертвых!…» Нам даже в голову не приходило, что кто-то может на нас цыкнуть или напасть, или вон та компания навеселе сейчас привяжется — ведь Пасха! Это слово — Пасха — объясняло всё. Раз Пасха — значит, все любят друг друга, никто никого не обидит. Более того — ни с кем просто не может случиться что-то плохое!

Каждый год этот праздник разный. Действительно разный. Рождество, например, всегда остается собой — зима, пушистый снег, подарки, ёлочки, конечно же… А Пасха почему-то меняется. Хотя атрибуты всегда одни и те же — куличи, крашеные яйца, много красного. Но, например, лет десять-пятнадцать назад я стабильно спала всю службу, от крестного хода до Причастия. Наверное, поэтому совершенно не помню свою первую Пасху. Когда, наконец, удалось себя перебороть, оказалось, что пасхальная служба очень интересная. Потом была та самая Пасха на качелях. А в 17 лет я в первый раз встретила Пасху, будучи регентом левого хора в нашем храме.

Вообще про такой праздник, как Пасха трудно говорить. Можно только прочувствовать. Это чувство каждый раз повторяется, но по-новому. Неизменна лишь необъяснимая уверенность в том, что в пасхальную ночь на земле абсолютно исчезает зло.

На первую Пасху — хитростью

Елена и Александр Михайловы, актеры, г. Москва 

Александр: Для меня Пасха Христова — это уникальное событие, которое было в истории, происходит, переживается сейчас, сегодня, в день самого Праздника и является прообразом будущего Воскресения.

Вспоминается наша первая Пасха, когда мы прорывались через кордон конной милиции. Храм оцепили, вокруг выстроились милиционеры на белых лошадях!

Молодежь не хотели пропускать — только бабушек и дедушек.

Тогда храмов было очень мало, и они были переполнены людьми.

Нас обещали провести вместе с хором до начала Пасхальной службы, но мы опоздали на эту встречу и нас не пускали, сказали: «Приведите старосту, тогда пропустим». Лена сказала: «Хорошо, сейчас приведу!» и ее пустили, а я остался «за кордоном». Священник уже был в алтаре, хор на клиросе, и старосту нигде уже не найдешь. Что делать? Как пройти? А еще ветер такой сильный, пронизывающий дует, дождь моросит — холодно! И у меня возникло такое ощущение, что если я сейчас в храм не попаду, то я просто погибну… Ведь это была моя первая сознательная Пасха!

И вдруг смотрю: Лена идет и ведет какого-то дедушку в темном пальто. И так радостно, звонко мне кричит: «Саша, Саша! Вот он, вот он! Иди сюда, иди!» Стражи порядка растерялись: «Что такое?!» И в этот момент я решительно шагнул вперед и взял того дедушку под руку и мы уверенно пошли к храму.

Елена: Этого старичка мы, конечно, впервые в жизни видели. Он сидел около храма, ждал начала службы. Я схватилась за него как за соломинку и выложила все как есть: «Вы знаете, у меня там молодой человек стоит, его надо провести. Они просят привести старосту, а я его никогда в глаза не видела! Прошу вас, пойдемте со мной, говорить ничего не надо, просто будьте рядом, пожалуйста!» Он на меня смотрит во все глаза: «Как интересно ты рассказываешь!..»

Александр: И он пошел и помог нам пройти в храм! Для меня это было чудо…

И еще один эпизод из того дня мне запомнился. Войдя в храм, мы как-то оказались недалеко от алтаря. И вдруг смотрим: женщине рядом с нами стало плохо, она начала «обмякать», падать. Мы вместе с одним мужчиной буквально вынесли ее из храма, я даже подумал, что она умерла, народ расступился несмотря на то, что стояли очень плотно. Мы ее вывели, посадили на скамеечку, она вздохнула — жива! Слава Богу! А я уже думаю: «Как же я обратно-то войду, там же народ стоит, яблоку негде упасть?». И вы знаете, вошел! И не просто вошел, а вернулся на то же самое место — все пропустили. Какая была благодать! В эти годы, видно, была, такая молитва у людей и такое единение…

«Вспоминайте Пасху!»

Людмила Трубицына, педагог-психолог, г. Красноярск 

Возвращаясь мыслями на год назад, я понимаю, что в моей голове Пасха осталась маленькими яркими кусочками мозаики, которые я никак не могу сложить в одно гармоничное целое. Но их так здорово перебирать!

…Пасха для меня началась с великопостного покаянного канона Андрея Критского. Он ошеломил меня с первых звуков и не отпускал до самого Христова Воскресения: «Помилуй мя, Боже, помилуй мя…»

…Храм наш небольшой, уютный. Как бы много народу в нем ни собиралось, такое ощущение, что пространство раздвигается и вмещает всех. Каждый раз удивляюсь этой его особенности. Так было и на этот раз.

…В храме приглушенные голоса, батюшки и исповедники у аналоев. И что-то особенное уже в воздухе.

…Крестный ход. Непроглядная темнота ночи и в ней — вся небольшая площадка перед храмом, заполненная огоньками: свечи, фонарики. У меня даже дыхание перехватило — сколько же нас здесь!

…Возвращаемся в храм. Я боюсь затеряться за спинами — росточка я небольшого. Но Господь милостив ко мне — вся служба прошла, будто у меня на ладони.

…Я помню только пение, пение, пение. И душа поет вместе со всеми. Это многократное восторженное: «Христос воскресе!» — «Воистину воскресе!». Наши священники: все такие светлые, радостные, родные.

…Причастие. Чаша особенная, другая, не такая как в обычные дни.

…Какой-то сдержанный восторг, торжественная волнующая собранность повсюду. Улыбки. Сияющие лица.

…После службы прихожане не отпускают батюшек. Каждый хочет лично поздравить еще раз. Я ничем от них не отличаюсь. Вручаю свои подарки — вышитые пасхальные миниатюры.

… Я стою у ворот и жду такси. В руках — корзинка с освященными крашенками, творожной пасхой и куличом.

…Несколькими месяцами позже, на одной из проповедей наш батюшка сказал: «Вспоминайте Пасху! Когда у вас неспокойно на душе. Когда одолевает уныние, отчаяние, опускаются руки — вспоминайте Пасху! Эту светлую радость. Пусть это воспоминание придает вам сил»…

Быть внутри ограды, а не рядом с ней

Яна Раскина, студентка Дипломатической академии

Пасха для меня — самый главный праздник в году. И самое торжественное богослужение в моем любимом храме святителя Филиппа в Мещанской слободе на проспекте Мира.

Конечно, каждый храм — дом Божий, но все же когда встречаешь Пасху в родном храме, куда ходил с детства, когда люди в крестном ходе — не случайные прохожие, а «родные лица», ощущение общей торжественности чувствуешь намного острее. Именно в этом храме я осознанно первый раз в жизни причастилась. В этом храме я встретила свою первую любовь: он был алтарником, и познакомил нас настоятель… Первые чувства любви, первое сознательное причащение, моя первая Пасха — все было в этом храме.

Мне особенно запомнилось одно пасхальное богослужение. Мне было семнадцать лет, и как раз тогда я впервые была влюблена. Какое счастье, когда есть с кем разделить радость великого праздника! И какое огорчение, когда вас просто некому поздравить, либо люди делают это формально, как, например, коллеги на работе. В тот день я чувствовала, как никогда, что Бог рядом, и было особенным ощущение «церковной ограды». И было чувство бесстрашия перед всеми скорбями и трудности в жизни, я как-то четко тогда осознала: что бы ни случилось в жизни, Он позаботится обо мне. Я ощущала себя любимой дочерью в доме любящего Отца, «своей» в храме. Шла с крестным ходом и думала, как же хочется, чтобы так было всегда в моей жизни. Чтобы всегда быть «внутри ограды», а не вне ее. Еще думалось тогда о том, какие мы счастливые, что мы сейчас здесь, а не где-то за столом, в ночном клубе или в гостях. Что мы не пропустили  этот великий, таинственный, благодатный праздник. И какие мы счастливые, что сейчас нет гонений, что храмы открыты…

Сейчас мне 28, много событий произошло с тех пор в моей жизни. Случалось совершать в пост мерзкие, отвратительные грехи. И когда этими грехами сам отдаляешь себя от Бога, на Пасху чувствуешь совсем другое… Ты здесь, ты причастна, но ты уже не «своя». Ты не внутри, а рядом. У меня была возможность сравнить и понять, как плохо быть вне Церкви, быть чужой. Бог — любящий отец для всех, но когда ты пришел к нему на праздник и не приготовил подарка, становится невыносимо стыдно. Пришел с пустыми руками. А самый лучший подарок — это покаяние и исправление своей жизни, чтобы достойно встретить Светлый праздник и наряд души иметь светлый, а не ободранный и грязный. Выбор всегда за нами.

Источник фото Максима Козлова — сайт taday.ru. Фото Михайловых — Владимир Ештокин.

111 Михайлова (Посашко) Валерия
рубрика: Авторы » Топ авторы »
обозреватель журнала "Фома"
Matsan МАЦАН Константин
рубрика: Авторы » М »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.