Вологодские

Продолжение фотоблога о родине Николая Рубцова

Предлагаем Вашему вниманию продолжение фотоблога Екатерины Соловьевой о Вологодчине.  

На родине предков — Вологодчине — мне легко дышится и всегда везет. Вот и в Николе, куда я нагрянула неожиданно даже для самой себя, очень быстро нашелся ночлег, ужин и даже баня. Мне удалось поселиться у уважаемой жительницы деревни — Нины Михайловны Шестаковой, одноклассницы Николая Рубцова, и ее мужа, Валентина Ивановича.

Никола

Совсем незнакомые люди проявили столько радушия и гостеприимства, сколько я и не могла себе представить. Накормили картошкой с грибами, отрезали щедрый ломоть хлеба, испеченного в русской печи, а кровать, которую мне постелили, оказалась с пологом, вышитыми подзорами и пушистым котом.

Никола
Никола

Перед тем, как засесть за фотоархив семьи Шестаковых и послушать о жизни Николая Рубцова, я отправилась осмотреть село.

Как оказалось, в Николе больше нет школы и колхоза. Школу закрыли в этом году из-за отсутствия достаточного количества учеников. А колхоз несколько лет назад выкупили москвичи, наобещали золотых гор и разорились, порезали стадо на мясо. Теперь во всей большой пока еще деревне пять коров.  Держать скотину стало невыгодно — молоко всегда есть в магазине.

Никола

Меня поразил рассказ моего спутника — местного Алексея о холостяках. Только в одной Николе их двенадцать! А в соседней деревне Камешкурье и вовсе живут только четыре жителя и все — холостяки.  Мужики все «не запущенные», с крепким хозяйством, не старые, в возрасте 40-60 лет. «Если и пьющие, то не запойно,» — вещал Леша.

Никола

Некоторых потенциальных для кого-то женихов удалось увидеть и мне. Вот, Например, Иван Богданов. Никогда не был женат. Не пьяница. Живет с матерью в соседней деревне Воротишна.

С Ниной Шестаковой мы засиделись за полночь, листая ее архив. Она показала мне свидетельство об окончании средней Никольской школы. 1950-й год. Наливая в мой чай молоко, пожилая женщина смутилась и стала извиняться, что молоко не от коровы, а покупное.

Утром рано меня на машине администрации села отвезли в Тотьму. Очень жаль было прощаться с Николой и ее радушными жителями. Их северное оканье, такое родное, прочно засело в голове, и даже рвалось наружу — я сама заметила, что стала вполне аутентично «окать».

Тотемское райпо

Из Тотьмы мы отправились в поселок Гремячий. В автобусе заболтались с ягодницами. Женщины собирают чернику в промышленных масштабах — проводят в лесу полноценный рабочий день, и потом сдают ягоду за деньги в пунктах приема.

 
 

Из Гремячего мы планировали уехать в соседнюю Костромскую область на необычном виде транспорта — мотовозе. Через Гремячий проходит известная Монзенская железная дорога — одна из крупнейших «ведомственных» железных дорог широкой колеи.

Мотовоз был нами заказан заранее и оплачен банковским переводом. На восьмерых человек — 4000 рублей. Однако, когда мы прибыли на станцию, смотрительница удивленно пожала плечами и стала куда-то звонить.

Через полчаса из дождя выплыл мотовоз. Не описать наши чувства от осознания того, что и мы сейчас помчимся по железной дороге сквозь леса на этом драндулете.

Водитель же был хмур и не разделял наших восторгов. Оказалось, его никто не предупредил о нашей брони. Про него просто-напросто забыли там, наверху. В итоге, его выдернули из дома после тяжелого рабочего дня.

Целый час дикой тряски, скорости, лязга железа, и — полного счастья. Мы прибыли в костромской Солигалич, хотя еще ехали бы и ехали — мимо крошечных будок, мимо болот и мхов, мимо лесопунктов и работниц в оранжевых жилетах. 

мотовоз

И в Николу, и на Монзу я вернусь еще, и не раз, ведь я сама — вологодская.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Январь 22, 2013 22:09

    Не увидела я здесь счастливых женщин… Жаль… А края замечательные!

  • Январь 22, 2013 22:09

    Не увидела я здесь счастливых женщин… Жаль… А края замечательные!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.