Виннипухов мед

ЗДОРОВЬЕ - КАК ВИННИПУХОВ МЕД Здоровье — как виннипухов мёд: если оно есть, то его сразу нет. Начиная с роддома: прививки, а затем зубки, а затем глазки, а потом уже что-то более серьезное. И так до старости. На каждую хворобу — своя лечёба, каждый шаг по жизни — с профилактикой возможных осложнений.Иеромонах Димитрий (Першин), руководитель информационно-издательского управления Синодального отдела по делам молодежи Московского Патриархата, директор центра библейско-патрологических исследований:

Здоровье — как виннипухов мёд: если оно есть, то его сразу нет. Начиная с роддома: прививки, а затем зубки, а затем глазки, а потом уже что-то более серьезное. И так до старости. На каждую хворобу — своя лечёба, каждый шаг по жизни — с профилактикой возможных осложнений.
И всё это на фоне навязчивой и вездесущей рекламы: наслаждайся, бери от жизни всё, почувствуй себя богом, останови мгновение…

В итоге разлад между прописанными недомоганиями и пожизненными удовольствиями выплескивается в каждодневную заботу о здоровье. Ради здоровья не постятся, не создают семьи, не рожают детей, не…, не…, не… И напротив, ради того же здоровья посещают фитнес-центры, устанавливают тренажеры, устраивают корпоративные матчи и выезды на природу. Не всякий аскет ограничивает себя так, как современные модницы и модники.

Реагировать на культ здоровья можно по-разному. Некоторые призывают вообще отказаться от всякого искусственного вмешательства — от родов в роддоме, от прививок, от диспансеризации, от очков и даже от квасного хлеба. Надо, дескать, ориентироваться на природу и не посягать на Божий замысел. Другие выбирают себе одну какую-то систему оздоравливания. И став адептами своей методы, активно пользуют окружающих, ставят диагнозы, делают прогнозы, всегда готовы объяснить всем все их проблемы, одним словом, вовлекают в истинное учение и наставляют на путь. Третьи сдаются, плывут по течению, заплывают жирком, наживают болячки и к сорока годам становятся ходячими энциклопедиями на тему: «как я довел себя до…».

Во всех этих случаях стружка завивается вокруг пустоты.

В истории человечества проблема здоровья обозначилась не так уж давно — несколько тысячелетий назад. Забота о поддержании тонуса, гимнастика и профилактика не были свойственны аграрным культурам, но стали присущи цивилизациям городского типа; упоминания о специальных упражнениях встречаются в медицинских трактатах египетского, вавилонского, древнегреческого и древнеримского происхождения.

Физкультура — это плата за комфорт, за переселение в города. А еще постоянные тренировки входили в круг обязанностей воинского сословия. И никакая цена не казалась слишком высокой, если речь шла о победах империи. Собственно, Олимпийские игры* были первой попыткой греков перевести боевые состязания в мирное русло. А гладиаторские бои, напротив, культивировали бесстрашие, решимость и жестокость — те качества, без коих римляне не мыслили свою армию, разменивая на них жизни рабов.

Тем не менее, забота о здоровье не порицается ни в Ветхом Завете, ни в Новом, однако меняются интонация и тональность разговора о нем.

Во-первых, четко очерчиваются границы допустимого. Здоровье, равно как и воинская доблесть, — это благо, но оно не стоит того, чтобы переступать заповеди. Гладиаторские бои попали под запрет в 404 году после того, как в Риме на арену выбежал греческий монах Телемах и стал разнимать сражающихся. Толпа растерзала монаха, но император Гонорий окончательно упразднил гладиаторские игры. За очеловечивание античной культуры христиане отдавали свои жизни, и не стоит об этом забывать.

Во-вторых, в библейской традиции наличие либо отсутствие здоровья возводится, с одной стороны, к внутреннему состоянию человека, а с другой — к воле Божией об этом человеке. Причем вовсе не обязательно болезнь есть наказание за грех. Страдание может иметь свою цель, и даже более высокую, чем участь страдальца. Бог попускает сатане поразить тело Иова проказой для того, чтобы отучить ветхозаветный Израиль от привычки объяснять скорби кого-либо его же грехами и, кроме того, приоткрыть тайну и меру Своей любви, которая будет явлена на Голгофе. Страдания, которые обрушились на Иова, перевернули его душу. Утратив детей, имущество и здоровье, этот ветхозаветный страстотерпец вдруг как-то иначе начал постигать Самого Бога: Я слышал о Тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя, — говорит потрясенный Иов Творцу (Иов 42:5). В Новом Завете ответом Иову на его вопрошания был Крест, на котором в муках умирал безгрешный и неповинный Господь.

Однако бывает, что телесные болезни действительно обусловлены нездоровьем души. Вот почему Христос возвращает расслабленному здоровье со словами: прощаются тебе грехи твои (Мф 9:2, Лк 5:20). А когда Христос встретил в храме человека, которого исцелил от болезни, мучившей его 38 лет, а тот в ответ пошел и предал Его иудеям, то сказал ему: вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже (Ин 5:14).

В-третьих, раннехристианские апологеты обращаются к язычникам, сопоставляя реалии христианской веры с теми явлениями, что были у тех на слуху — в том числе и со спортивным азартом. Так, апостол Павел призывает всех христиан последовать примеру античных атлетов: Не знаете ли, что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду? Так бегите, чтобы получить. Все подвижники воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы — нетленного. И потому я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным (1 Кор 9:24-27).

Вопрос в том, можно ли сочетать стяжание венца тленного и венца нетленного? Совместимы ли спорт, забота о здоровье и те усилия, которые требуются для вхождения в Царствие Небесное? Или же это взаимоисключающие векторы человеческой жизни?

В моей жизни был случай, когда эти векторы совпали. В 2005 году в большом лагере Братства Православных Следопытов в Крыму на правах гостя участвовал каратистский клуб. Было их вместе с тренером человек двадцать, со своей программой, тренировками и беседами о Православии. Возраст — от восьми до четырнадцати — именно столько было самому старшему Тимуру, который к тому же был мусульманином. И все бы ничего, но уж больно они задавались перед моими следопытами: умеют, дескать, пятками по груше… А мы вроде как какие-то ханурики православные. И тогда я как начальник лагеря стал по ночам, уложив детей, навещать спортплощадку. А через три дня поутру, как бы случайно, иду мимо, каратисты подтягиваются — кто четыре раза, кто семь — и спрашиваю: «Можно попробовать?» — «Ну, давайте, батюшка», и уступили мне турник. После десяти считали уже хором. На восемнадцати я сломался, спрыгнул и спрашиваю Тимура: «Ну, а ты сколько?» Тот — «Одиннадцать». «Нет, — говорю, — это что-то маловато, давай-ка пятнадцать, тогда буду тебя как спортсмена уважать!» После этого наши каратисты стали шелковыми. Первыми здоровались, перестали задирать носы, начали православных уважать, а перед самым отъездом Тимур мне отрапортовал, что теперь может уже все четырнадцать. Так что, перефразируя апостола Павла, для каратистов мне пришлось вскарабкаться на турник, чтобы приобрести и их (ср. 1 Кор 9:19-23).

Но не только миссионерские соображения могут стать мотивацией к спорту. Андрей Аршавин, например, сделал футбол своей профессией, но это не помешало ему прийти к вере и стараться почаще бывать в храме, молиться.

Не найдя высшего смысла своей жизни, многие в России не усматривают его и в том, чтобы беречь себя: а зачем, если жизнь пуста? Напротив, понимание того, что здоровье не собственность, а средство, становится поводом заботиться о нем и быть в форме. А как иначе ты сможешь делать дело своей жизни и отдавать себя тем, кто нуждается в тебе?

Надо ли вводить в школах специальный предмет? Мне кажется, нет. Вполне достаточно было бы откорректировать существующие курсы физкультуры и основ безопасности жизнедеятельности. Гораздо важнее раскрыть те смыслы, ради которых стоит жить и стоит умирать. Если дети поймут, зачем им быть сильными и смелыми, зачем им вообще жить на этой земле, все остальное они уже сделают сами — запишутся в клубы и секции, пойдут в походы, найдут, чем занять свои руки и головы. Но эта смысловая профилактика здоровья — задача уже не науки о здоровье, а науки о культуре мысли и веры.

Спорт может быть профессией, способом поддержания здоровья, формой миссионерского служения, главное при этом, чтобы он не превратился в идола. То же самое можно сказать и о здоровье: оно очень важно для человека, но оно не важнее души. Поэтому если приходится выбирать между первым и вторым, не стоит забывать о том, что душа вечна, а тело воскреснет в том мире, в котором нет ни печали, ни воздыхания, но бесконечная жизнь. В наши дни перед подобным выбором нас могут поставить медицинские услуги: препараты, приготовленные из эмбрионов, различные экстрасенсорные и сексуальные практики, аборты — все это иной раз предлагается пациенту для и ради его здоровья. В такой ситуации отказ, быть может, сократит дни земной жизни человека, но станет его исповедническим подвигом ради Христа.

*Помимо Олимпийских, в античности были популярны и Дельфийские (Пифийские) игры. На время их проведения также объявлялся общий мир. — Ред.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.