В чем разница между Санта Клаусом, Святителем Николаем и Дедом Морозом?

Александр Ткаченко о Новом годе, святых и Кока -Коле

Накануне Нового года и Рождества  предлагаем читателям журнала «Фома» запись  радиобеседы Александра Ткаченко и Аллы Митрофановой на радио «Говорит Москва». Она была записана в самом конце 2010 года, но  обсуждаемые темы остаются крайне интересаными до сих пор: в чем Разница между святителем Николаем, Санта Клаусом и дедом Морозом; как  в России появилась ёлка; как читать жития святых. На эти и другие вопросы  можно получить ответы, прочитав беседу или послушав ее аудиозапись 

 

Митрофанова А.: Добрый вечер уважаемые слушатели, в эфире программа «Фома» — передача для тех, кто хочет верить. В студии я – Алла Митрофанова, и в гостях у нас Александр Ткаченко, обозреватель журнала «Фома», с которым мы говорим про Деда  Мороза, Санта Клауса и святителя Николая. Каким-то образом три этих фигуры, одна из которых реальная, остальные уже имеют или не имеют к ней отношения, все связаны между собой, символизируют зимние праздники и соответственно, давайте мы с ними разберемся. Приближается Новый год. Саша, вообще праздник чувствуете?

Ткаченко А.: Это праздник, который всегда со мной.

Митрофанова А.: То есть у Вас каждый день – Новый год.

Ткаченко А.: Ну а как, Вы сами посудите, наступает Новый год.

Митрофанова А.: Так, и что?

Ткаченко А.: И что потом продолжается весь год? Вот этот наступивший новый год и продолжается до следующего нового года.

Митрофанова А.: Ну да, я не буду спрашивать, верят ли Ваши дети в Деда Мороза.

Ткаченко А.: Верят.

Митрофанова А.: Как, серьезно?

Ткаченко А.: Одна серьезно.

Митрофанова А.: А ей сколько?

Ткаченко А.: 10.

Митрофанова А.: Остальные, наверное уже выросли?

Ткаченко А.: Остальные ну так, с улыбкой уже, да.

Как святитель Николай превратился в Санта Клауса

Митрофанова А.: Счастливые люди, вот я, например, в Деда Мороза перестала верить в три года, кошмар, правда? Я просто все про него поняла, я его узнала…  Ну ладно, давайте для начала разберемся все-таки с Санта Клаусом, потому что, как я понимаю, к святителю Николаю он имеет более прямое отношение, а потом возможно, дойдем уже до Деда Мороза. Объясните, пожалуйста, вот святитель Николай и Санта Клаус, какое-то время назад все  стали говорить на тему того, что между двумя этими фигурами есть какая-то связь, подчеркиваю, что одна из них вымышленная, другая реальная. Объясните, что за связь, пожалуйста!

Ткаченко А.: Это довольно долгая история, которая парадоксальным образом началась с эпохи реформации в Европе, а закончилась рекламной компанией Кока-колы в 30-х годах ХХ века.

Митрофанова А.: То есть Кока-кола таки приложила к этому руку?

Ткаченко А.: Она не просто приложила, в сущности тот образ Санта Клауса, который мы сегодня знаем – это целиком и полностью продукт имиджмейкеров Кока-Колы.

Митрофанова А.: Так, а что же было после Реформации? Давайте  все-таки по порядку.

Ткаченко А.: Когда в эпоху реформации протестантские страны начали отказываться от почитания святых, постепенно культ святых здесь полностью прекратился, за исключением одной страны – Голландии, где почитали одного святого.

Митрофанова А.: Святителя Николая, как нетрудно догадаться из контекста нашего разговора.

Ткаченко А.: Причина очень простая – голландцы – это в значительной степени нация моряков, а святитель Николай, исходя из его жития, из легенд, которые о нем складывались, из народных поверий, всегда почитался именно как покровителя моряков. И такого ценного заступника, даже новая религиозная традиция не смогла отнять у людей, которые чувствовали, что им это покровительство необходимо. И этот культ сохранился, пускай не совсем официально, но на уровне народного почитания. Потом, потихонечку, вместе с переселенцами в Новый свет, этот культ перекочевал в Америку, в Нью-Амстердам, так он сперва назывался, сейчас этот город называется Нью-Йорк. Изначально этот город был голландской колонией. И там обычай встречать Санта Клауса, хотя у голландцев он назывался немножечко иначе, он назывался Ситер Клаас, не ручаюсь за точность произношения… потом постепенно на американской почве от трансформировался в Санта Клаус. Таким образом в Америке появился такой полумифический уже герой, от религиозной традиции эта история была оторвана и существовала уже исключительно в поле народного почитания.

Митрофанова А.: То, что вы сейчас рассказываете – это история переезда Святителя Николая из Голландии в Новую Голландию, то бишь в Нью-Йорк…

Ткаченко А.: От Реформации к Кока-Коле.

Митрофанова А.: Или так, к Рождеству какое это все имеет отношение?

Ткаченко А.: А здесь уже нужно вспоминать о Деде Морозе.

Санта Клаус и Дед Мороз

Митрофанова А.: Давайте вспомним, меня, например, всегда волновал вопрос Санта Клаус и святитель Николай – все более или менее понятно. Дед Мороз откуда взялся.

Ткаченко А.: Дед Мороз – это совершенно отдельная традиция, тоже фольклорная, тоже народная. Причем довольно устойчивая. Так сложилось, что практически во всех народах мира, которые сформировали какую-то более или менее внятную культуру, которую можно исследовать, фольклорную я имею в виду, можно найти в той или иной форме прототип такого новогоднего деда. Я не беру какую-нибудь юго-восточную Азию, хотя…

Митрофанова А.: Я Вас уверяю, что в юго-восточной Азии одни Санта Клаусы в это время, честно, видела сама.

Ткаченко А.: Да, но это уже привнесенный такой фольклор, а я сейчас говорю о традициях народных. Так вот, свой Дед Мороз есть даже в Монголии.

Митрофанова А.: А как он выглядит?

Ткаченко А.: Это тоже старик, который на Новый год приходит к детям и хорошим дарит подарки, а плохих наказывает. У японцев есть свой зимний дед. На мой взгляд – это какая-то фольклорная фигура, общая для всех.

Митрофанова А.: Просто на европейской почве это все трансформировалось в Санта Клауса?

Ткаченко А.: Совершенно верно.

Митрофанова А.: Произошло слияние двух образов.

Ткаченко А.: На европейской почве в силу того, что Рождество праздновалось зимой, этот зимний дед потихонечку перекочевал поближе к Рождеству. А потом, когда появился Санта Клаус, где Дед Мороз, а где Санта Клаус, отличить стало уже невозможно. Потом постепенно в той Голландии, а потом и в Америке Санта Клаус всех прочих дедов…

Митрофанова А.: Вытеснил.

Ткаченко А.: Естественным образом, да, вытеснил….

Митрофанова А.: Своей харизмой.

Ткаченко А.: Но Дед Мороз, на мой взгляд, это никак не производное от святителя Николая, или от Санта Клауса – это уже совершенно другая история.

Загадки жития святителя Николая

Митрофанова А.: Скажите, пожалуйста, по поводу реальной истории святителя Николая. Мы знаем, что на Рождество есть такая традиция на Западе, я думаю, что многие в фильмах это видели, когда в трубу от камина пролетает тот самый Санта Клаус, влетает в квартиру и оставляет подарочки в чулках. Я даже представить себе не могу, что эта традиция каким-то образом может быть связана с реальным святителем Николаем по одной простой причине. Вот святой, который таким образом попадает в дом, через дымоход, как-то не в это верится с большим трудом. Что там было в реальности, можете сказать?

Ткаченко А.: Вы знаете, что там было в реальности, сказать сегодня не может никто, потому что это было очень давно, и строго документированных каких-то фактов к сожалению с тех пор не сохранилось. Но могу с полной определенностью сказать, что в житиях некоторых святых встречаются такие эпизоды, по сравнению с которыми залезание на крышу и бросание подарков через дымовую трубу покажется просто невинными детскими шалостями.

Митрофанова А.: А Вы этому верите, когда в житиях такие эпизоды описаны, вообще не совместимые с силой притяжения, например, и с другими законами, которые действуют в нашем мире?

Ткаченко А.: Я говорю сейчас не о чудесных проявлениях каких-то, а о степени юродства. Вы же сказали  невозможно, чтобы православный епископ, то есть  глава церкви какой-нибудь обширной местности по ночам лазил по крышам и бросал что-то в дымовые трубы. А я вам говорю: почему бы и нет. Я вам могу привести такие примеры из житий святых, что это как раз бы полностью соответствовало епископскому достоинству. Что было на самом деле – судить трудно, но в житиях сохранилась такая история: в городе, где святитель Николай был епископом.

Митрофанова А.: В Мирах Ликийских.

Ткаченко А.: Да, в провинции Лики в городе Мира жил бедняк, у которого выросло трое дочерей и он попал в какую-то очень затруднительную финансовую ситуацию. Времена были суровые, всей семье грозили какие-то очень серьезные репрессии, и он от отчаяния уже собрался своих дочерей отдать в публичный дом на вот такой заработок, потому что ничего другого не видел для себя.

Митрофанова А.: И об этом узнал, соответственно епископ.

Ткаченко А.: И об этом стало известно епископу Николаю и он, уж не знаю каким образом – через трубу, или как-то еще, тайком ночью стал подбрасывать этой семье деньги. И вот так вот за несколько приемов он…

Митрофанова А.: Выдал замуж всех дочерей.

Ткаченко А.: Да, выдал приданое каждой дочке и позволил этой семье  решать свои финансовые трудности, которые чуть не толкнули этого несчастного отца на такой жуткий шаг. Это такой достаточно известный житийный факт, который во всех житийных списках присутствует и никем никогда не оспаривалась. Я думаю, что история с Санта Клаусом, который в трубу кладет подарки, она именно на этом базируется. И ничего здесь нет такого сверхъестественного, здесь как раз все вполне исторично.

Почему житий святителя Николая несколько?

Митрофанова А.: А откуда вообще мы узнаем о жизни святителя Николая, раз уж мы сейчас о нем стали говорить. Я знаю, что есть житие, какова степень исторической достоверности этого документа .

Ткаченко А.: Тут смотря о каком житии речь идет.

Митрофанова А.: В смысле?

Ткаченко А.: Их несколько, конечно.

Митрофанова А.: А можно с этого момента, пожалуйста поподробнее.

Ткаченко А.: Есть древнее житие, несколько даже, по-моему, есть списков древнего жития. Самое известное было составлено в Х веке святым Симеоном Метафрастом. Есть какие-то церковные песнопения – тропари, каноны, в которых прославляется святитель Николай, они тоже древние, они даже еще раньше IX века есть канон. В Октоихе, вот в IX веке святой Иосиф Песнопевец посвящал епископу Николаю отдельные строчки. А есть поздние жития, которые появились уже после XVI столетия. Они, по мнению достаточно серьезных исследований, являются поврежденными в каких-то эпизодах, описывающих…

Митрофанова А.: В каком смысле поврежденные?

Ткаченко А.: Ну какие-то эпизоды в этих новых житиях выпали, а какие-то, которых не было в житиях древних, появились.

Митрофанова А.: А откуда они там могли появиться? Кто-то придумал, это вот такие исторические анекдоты, которых насочиняли, или что?

Ткаченко А.: Ну, тут трудно сказать одним словом, потому что таких нестыковок между древними и новыми житиями несколько. Одна из них, связана с тем, что при переписи в XVI веке вот этих вот древних житийных списков разрозненных, их же много было, не было же единого какого-то кодекса священного святителя Николая. Просто сидел монах, или кардинал и разбирал древние рукописи в библиотеке. Что-то просто видимо напутали. Но, совершенно определенный есть случай, когда история с паломничеством святителя Николая на Святую землю, была включена в его нынешнюю, в Четях Минеях, которое составлено житие по ошибке, просто из-за того, что был еще один святой Николай, в той же Ликии, нет он жил чуть-чуть позже.

Митрофанова А.: Тоже ликийский?

Ткаченко А.: Да, тоже святой, тоже епископ и житие у него было очень насыщенное в плане благочестивых подвигов, но при составлении жития святителя Николая… он просто выпал из исторического пространства исследователей на тот период. И когда его житие было обнаружено… Николай Пинарский, святой Николай Пинарский его звали. Когда его житие было обнаружено, очевидно, человек, который этим занимался, посчитал, что это какие-то эпизоды из жизни святителя Николая Мирликийского. Ну просто имя одно и то же, должность та же самая, местность, где проживает та же самая, ну я думаю, не сложно было ошибиться при тех уровнях обработки информации, которые в XVI [a1] веке существовали, действительно так. И так получилось, что в нынешнем изводе жития, наиболее распространенном, святитель Николай сначала едет поклоняться в Святую Землю в церковь Воскресения, они перед ним открываются сами собой врата, для того, чтобы он смог поклониться честному древу Христа Господня, а потом подвергается гонениям со стороны Диоклетиана, хотя на самом деле, Диоклетиановы гонения и строительство храма Воскресения на Святой земле разделены 30-ю годами, это просто физически было невозможно совместить. А вот с Николаем Пинарским да, вполне это сходится.

Митрофанова А.: То есть можно предположить, что святитель Николай подвергся Диоклетиановым гонениям, а…

Ткаченко А.: Не можно предположить, а это так и было, потому что в житие Симеона Метафраста об этом упоминается, он действительно исповедник.

Митрофанова А.: И соответственно путешествие в Святую землю предпринял другой святитель Николай Пинарский. Хорошо, так будем его называть, чтобы не путаться. Есть еще один известный эпизод в житии святителя Николая, о котором я теперь тоже хочу у Вас спросить в связи с теми путаницами в житиях, о которых Вы упомянули. Считается, что святитель Николай Мирликийский был участником Первого вселенского собора и там защищал православие от арианской ереси, причем в пылу своего праведного гнева, он даже влепил пощечину этому самому Арию, потому что не мог слышать тех ужасных вещей, которые он говорит в адрес православия, это правда, скажите?

Ткаченко А.: Я немножечко отвлекусь сейчас, можно я не впрямую на этот вопрос отвечу…

Митрофанова А.: Как всегда издалека.

Как читать жития святых

Ткаченко А.: Знаете, я уже упомянул о технологиях обработки информации, мы же живем в эпоху информационных технологий, так она называется та эпоха, в которой мы живем. И естественно тот уровень осмысления, освоения тех источников, на основании которых еще 100 лет назад выносили какие-то суждения историки, сегодня зачастую вполне оправданно подвергается критике. Не избежала этого процесса и церковная агиография, тоже любой церковный человек сегодня знает, что многие жития сейчас…

Митрофанова А.: Что такое агиография?

Ткаченко А.: Это такая богословская дисциплина, которая занимается изучением житий святых, их жизнеописанием. Но здесь, на мой взгляд, таится очень серьезная опасность, которая подстерегает исследователей, ставящих во главу угла научную достоверность.

Митрофанова А.: Почему?

Ткаченко А.: Если мы говорим о святых и о том, какой след они оставили в истории, ну в виде списков каких-то, памятников литургических, или литературных, или устных, то мы не должны забывать, что здесь идет речь о как минимум трех пластах восприятия того или иного святого. Первый пласт – это исторические события, в которых участвовал святой.

Митрофанова А.: То есть реальная история?

Ткаченко А.: Да, реальная история о которой очень трудно судить, потому что слишком давно происходили события  — это всегда реконструкция, это всегда в большей или меньшей степени, но все-таки натяжка и интерпретация. Второй пласт – это то, за что прославила святого Церковь, или его житие.

Митрофанова А.: То есть те фрагменты его жизни, которые возвели его на несколько иной уровень.

Ткаченко А.: Которые характеризуют его именно как исполнителя евангельских заповедей – это то, что для Церкви наиболее важно. И третий пласт – это мифологемы, это то, что уже потом в народном сознании так или иначе преломлялось, и иногда в совершенно причудливых формах, ну вот как мы видим в истории с Санта Клаусом, это ведь тоже реальность культурного пространства нашего современного.

Митрофанова А.: Это как анекдоты про Чапаева?

Ткаченко А.: Ну да, или про дедушку Ленина. Были же в советское время целые сборники житийные. Так вот, возвращаясь к современным технологиям обработки информации, что я имел в виду, когда сказал, что здесь со святыми нужно очень осторожно эти технологии применять. Дело в том, что эти технологии, они оперируют историческими фактами и, увлекаясь разоблачением житий, неточно составленных в историческом смысле, ну вот, например, как с Николаем Пинарским я сейчас сказал, можно легко уклониться в сторону чисто исторической науки и оставить на периферии нашего восприятия святого его святость.

Митрофанова А.: То есть второй пласт как раз восприятия.

Был ли святитель Николай на Первом вселенском соборе?

 

Ткаченко А.: Самые главный, который для нас, как для христиан, должен быть на первом месте, На самом деле. У многих современных исследователей возникает перекос больший или меньший именно в эту сторону. Мне бы не хотелось в эту сторону перекашивать, поэтому я на вопрос о заушении так называемом ария на Первом вселенском соборе что могу сказать…

Митрофанова А.: Заушение – это пощечина, да?

Ткаченко А.: Да, удар. Я не верю в то, что такое событие имело место. И не верю не потому, что мне это не нравится, хотя мне это действительно не нравится, есть достаточно серьезные претензии к описанию этого факта в житие святителя Николая, причем со стороны серьезных исследователей, например,  протоиерей Ливерий Воронов еще в 1961 году в Журнале Московской Патриархии писал о том, что вряд ли это возможно, хотя бы в силу 27 апостольского правила, которое действовало ранее Никейского собора.

Митрофанова А.: А что это за правило?

Ткаченко А.: Давайте я зачитаю: «Повелеваем епископа, или пресвитера, или диакона, бьющего верных согрешающих, или неверных обидящих и через устрашати хотящего, извергати от священного чина». Почему, очень важный момент: «Ибо Господь отнюдь нас всему не учил, напротив того, сам был ударяем, не наносил ударов».

Митрофанова А.: Да, интересно.

Ткаченко А.: И вот, отец Ливерий Воронов на основании этого апостольского правила считает, что не могло просто иметь место такое событие, потому что, если в других апостольских правилах, говорящих об извержении, там есть условное наклонение: «да будет извержен», ну предполагающее…

Митрофанова А.: Лишение сана Вы имеете в виду?

Ткаченко А.: Да, да будет, или там, не да будет, то здесь совершенно категоричная форма употреблена: «извергати от священного чина», все.

Митрофанова А.: То есть в предписании «извергати», если священник поднял руку на кого-то… понятно.

Ткаченко А.: Причем почему? Потому что Христос так не поступал. Потому Христос никого не был, прямо написано, ну как это оспаривать. Появился этот эпизод в житии тоже в XVII[a2]  веке, когда новые составлялись списки житийные. До этого времени в списках…

Митрофанова А.: А вот интересно, как он мог туда попасть, это ведь получается, кому-то очень захотелось этот фрагмент.

Ткаченко А.: В тексте, составленным Симеоном Метафрастом, кстати, нет этого, а В октоихе, написаном в IX веке святым  Иосифом Песнопевцем, говорится, ну тут на славянском, не знаю, будет ли слушателям понятно, но прочитаю как есть: «Губящаго древле Господни люди безумнаго Ария удавил еси жилами словес своих…» и далее в другом каноне «Уставил еси премудре, твоего святаго языка струями струи Ариевы хульныя».  Если не вдаваться в подробности.

Митрофанова А.: Речь идет о том, что «удавил словесно»… «жилами словес своих», да. До рукоприкладства не дошло.

Ткаченко А.: Очевидно, что у Иосифа Песнопевца в IX веке речь идет совсем не о рукоприкладстве, там речь идет о полемике, у Симеона Метафраста тоже этого нет, можно посмотреть и убедиться, в интернете это житие выложено тоже. Поэтому, ну если Вас интересует мое мнение, я считаю, что это тоже какое-то позднее включение и я уже не знаю с какой целью, кем и когда сделанное.

Митрофанова А.: Но как же тогда верить тому, что написано, вот читаешь уже теперь будешь сомневаться каждый раз, вот это правда или нет, что там про него написано, и как понять, что правда, что неправда.

Кто такие святые, и как найти в правду в житиях

Ткаченко А.: Понять очень просто, на мой взгляд очень просто, вот я почему говорю, что эти научные методы, применительно к житиям святых, они нас уводят от главного. А что главное то? За что прославили святых? Вот мы говорили…

Митрофанова А.: За то, что Богу уподобились, наверное.

Ткаченко А.: Совершенно верно. Так вот нужно смотреть, в чем святой уподобился Богу, а какие его действия в евангельское описание земной жизни Христа не вписываются никаким боком, и все сразу становится ясно. Ну посмотрите, апостольское правило, оно же прямо говорит: извергнуть из сана священника, поднявшего руку на другого человека, потому что Господь наш Иисус Христос так не делал, сам ударяем быв, ни на кого руку не поднимал. По-моему, критерий предельно ясный.

Митрофанова А.:  То есть хорошему верить, плохому не верить?

Ткаченко А.: Смотреть, за что был прославлен святой, если этот эпизод соответствует духу и букве Евангелия, то можно доверять ему беспредельно. Если нет, то оставить вопрос открытым, как мне кажется.

Почему святителя Николая так почитают на Руси

Митрофанова А.: Я знаю, какой факт жития святителя Николая ни коим образом не может подвергаться сомнению, он таков: святитель Николай никогда не был в России, не родился здесь, не был русским человеком и к Русской Православной Церкви по географическому принципу, если угодно, отношения не имел, жил он вообще в другой стране. Почему в таком случае  именно этого святого так почитают у нас в России, почитали на Руси, и вообще он считается чуть ли не первым помощником во всех делах?

Ткаченко А.: Здесь опять нужно прежде всего сказать о двух подходах, как мне думается.

Митрофанова А.: Опять, хорошо, времени правда у нас уже до перерыва на новости остается немного, но давайте начнем.

Ткаченко А.: А тут мне кажется очень коротко все и ясно. Можно пытаться найти какое-то историческое объяснение этому факту, исследовать, когда на Руси впервые были переведены и опубликованы списки жития святителя Николая, как они распространялись, а мне здесь видится гораздо более простое объяснение. Такое почитание выросло из молитвенного опыта.

Митрофанова А.: То есть?

Ткаченко А.: Вы посмотрите, вот сейчас, где больше всего свечек стоит в православных храмах во время богослужения?

Митрофанова А.: Ну да, и кстати говоря, был анекдот: если спросить у какой-нибудь не очень образованной гражданки в церкви, что такое Святая Троица, она скажет, что это Господь Иисус Христос, Богородица и святитель Николай. Это тоже показатель такого почитания

Ткаченко А.: Мне думается, что в силу понятности, в силу какой-то близости к простому народу, к домашности, если можно так выразиться жития святителя Николая. Он стал особо близок к людям простым, не книжным, коих тогда было подавляющее большинство. Ну, посмотрите, он же не был философом, он не был богословом по большому счету. Его богословие заключалось в его жизни, в его поступках. Он богословствовал поступками и делами, и этот язык во все времена был понятен именно людям простым, которых и в церкви, и в обществе всегда было большинство. Поэтому люди и обращались к нему чаще, чем к Василию Великому, или Григорию Богослову.

Митрофанова А.: Понятно, давайте сейчас на новости прервемся. Буквально через три минуты продолжим наш интересный разговор о святителе Николае, Санта Клаусе, ну и возможно о каких-то других символах приближающегося Нового года и Рождества.

Зачем нужны святые

Митрофанова А.: Уважаемые слушатели, в эфире по-прежнему программа «Фома» — передача для тех, кто хочет верить. И сегодня мы с Александром Ткаченко, обозревателем одноименного журнала, то есть журнала «Фома» говорим о святителе Николае, Санта Клаусе и, возможно, поговорим еще о каких-то символах Рождества, если у нас на это останется время. А в первой части программы мы прервали наш разговор на том, что разобрались, почему же святитель Николай, который не имеет никакого отношения к русской земле прославился и в наших краях, , и действительно, как Саша справедливо отмечал, пожалуй, самый популярный святой даже по количеству свечей . В связи с чем я Вас хочу спросить. А вообще почитание святых – это… ведь иногда бывает так, что люди какому-то святому молятся горячее, чем Господу Богу, нет в этом какого-то язычества с Вашей точки зрения?

Ткаченко А.: Вы знаете, именно с этих позиций реформация почитание святых отвергло, естественно…

Митрофанов А.: А православие отвергло реформацию.

Ткаченко А.: Поскольку я православный, а не протестант, то я придерживаюсь другой точки зрения, но должен сказать, что вот эта вот связь между почитанием святых и язычеством, она действительно присутствует, только в другом качестве. Если говорить о почитании святых, то впервые церковная история упоминает о нем в эпоху гонений. Что это было? Представьте себе, христианская община, живут люди, причем живут люди, которые официально объявлены вне закона, которых в любой момент по первому же доносу могут схватить, кинуть в тюрьму и если они не отрекутся от своей веры – подвергнут их пыткам, а потом мучительной смерти. Вот что такое христианские общины первых веков христианства. И почитанием святых в тот период являлось почитание останков своих собратьев во Христе, которые за исповедание веры были казнены. После казни община эти останки собирала, хоронила, и к этим мученикам, убиенным языческой властью, обращалась в своих молитвах, не как к каким-то абстрактным небожителям, а как к людям, которые еще вчера жили рядом с ними, которые вместе с ними причащались от одной чаши, которые для них родные. Не было тогда такой централизованной системы церковного почитания того или иного святого. Каждая община имела своих мучеников, каждая община в молитвенном своем обращении обращалась именно к тем христианам, которые пострадали за Христа…

Ткаченко А.:  Еще вчера он был здесь, то бишь почитание святых в древней церкви не носило характер какого-то отвлеченного спиритуализма, в котором может быть протестантские теологи упрекали католическую церковь, а это было общение со своими собратьями, которых древняя церковь не воспринимала как мертвых, потому что обращаться к человеку даже в молитве можно только тогда, когда веришь, что он жив.

Митрофанова А.: Вот молитва – это получается разговор такой, между человеком и святым. Или как?

Ткаченко А.: Ну, разговор, это когда общение носит обоюдный характер. Молитва – это скорее обращение людей, которые пребывают еще здесь на земле, к святым, которые окончили путь на Земле и находятся уже где-то не здесь, находятся с Богом.

Митрофанова А.: Ну понятно, что гонения прекратились,  при императоре Константине Великом (начало IV века) христианство уже было легализовано, а дальше оно вообще стало официальной религией Римской империи, объясните мне, пожалуйста, что там потом происходило? Вот христианство выходит из катакомб, христиане там сидели, молились. Потом все, стало можно говорить открыто о своей вере. Культ почитания святых сохраняется. Каким образом? Что –то может быть там меняется, трансформируется?

Ткаченко А.: Когда гонения прекратились, почитание святых начало носить не то, чтобы несколько другой характер, оно стало более широким по интенциям, так скажем…

Митрофанова А.: Это как?

Ткаченко А.: Почитание мучеников в церкви осталось. Мученики семя церкви – это непреложный закон на все времена, но в связи с распространением христианства по пространству империи, которая объявила христианство имперской религией, церковь столкнулась с необходимости посвящения огромного количества язычников, причем язычников по большей части с очень низкой культурой, книжной культурой, людей простых, не способных к осмыслению каких-то богословских тонкостей и вероучительных истин христианства. А чем характеризовалось язычество во все времена? Многобожием. Если говорить очень упрощенно, то там за каждой нуждой человек обращался к отдельному божеству, которое персонально специализировалось именно на этом роде услуг, то есть для того, чтобы…

Митрофанова А.: Как разные департаменты – разные бумажки.

Ткаченко А.: Чтобы получить хороший урожай –обращаются к одному божеству, чтобы исцелиться от болезни к другому, для того, чтобы бесплодная женщина получила потомство – к третьему и так далее. Этот языческий политизм в сознании людей сидел очень крепко и для того, чтобы сделать их переход к христианскому мировоззрению более мягким, для того, чтобы они не уходили в подполье и тайком не молились своим богам, официально приняв имперскую религию, церковь предложила им культ святых, которые бы могли им эту их нужду в каких-то бытовых нуждах житейских… вернее в этой нужде могли бы заменить им вот этих языческих божеств, которых они почитали до того.

Митрофанова А.: А что значит церковь предложила, это значит, что несколько людей собрались и решили – будет так?

Ткаченко А.: Это значит, что просто епископ сказал: братья и сестры, вот у нас есть, допустим, святой Антипа. Если у кого-то болят зубы – обращайтесь к нему, он поможет. И в этом не было лжи, не было лукавства, потому что действительно, если обращаться к святому с какой-то житейской нуждой – естественно ждать от него помощи, потому что святых то подбирали для этой замены языческих культов как раз по эпизодам их жития, то есть если святой в своей земной жизни нечто делал для людей, то уж тем паче он будет людям в этой области помогать и после того, как он преставился и теперь на небесах живет, и имеет перед Престолом Божьим гораздо больше возможностей, ходатайствовать за людей, которые к нему обращаются на земле. То есть тут логика…

Митрофанова А.: Я в этом смысле не могу не спросить у Вас опять же о святителе Николае, возвращаемся к нашему основному разговору. Дело в том, что о нем часто говорится в связи с   путешествующими. Человек едет куда-то, либо в плавание, либо летит куда-то, либо еще каким-то иным образом предпринимает путешествие, молятся обычно святителю Николаю, почему?

Ткаченко А.: Это очень трудно опять же с определенностью сказать, как именно вот эта форма почитания святителя Николая зародилась, и на чем она была основана, я читал несколько версий, одна из них то, что родители святителя Николая в свое время владели несколькими кораблями – это был их семейный бизнес такой, и он до того, как стал священником,  как-то в этом участвовал. Потом, есть версия более распространенная о том, что когда он учился в Александрии и предпринимал очередное путешествие через Средиземное море на Александрию, на корабле, где он плыл, упал с мачты матрос. По одной версии он упал на палубу и разбился, по другой в воду. И будущий святитель Николай молитвой его воскресил. Причем строго-настрого запретил ему об этом рассказывать, но матрос оказался словоохотливым, и эта история получила широкое распространение. Что здесь является правдой, что здесь является той мифологией, я судить сейчас не берусь. Но тут ведь значим другой факт, понимаете, не важно, откуда все это взялось, важно почему это столько столетий существует, поддерживается в разных культурах, в разных народах. Ну, представьте, где голландцы, а где мы. Но, тем не менее, что у голландцев Никола покровитель моряков, что у нас. Мне кажется, здесь ответ однозначный, во все времена во всех народах христианских моряки обращались к святителю Николаю за помощью в трудные времена, и он им помогал. И вот память об этой помощи как раз и является подлинной основой почитания моряками и путешествующими святителя Николая. А исторические корни этого события тут, наверное, не очень важны.

Кто такой Дед Мороз

Митрофанова А.: Вы знаете, я пытаюсь сейчас осмыслить наш с Вами разговор, понимаю, что все те данные, которые Вы приводите, факты, говорят о благих делах святителя Николая и вообще непонятно, были ли в его жизни такие эпизоды, когда он повел бы себя, наказывая кого-то. Вместе с тем, если мы возьмем того же Санта Клауса, Вы в начале программы сами сказали, что это такой персонаж, который детям, которые себя хорошо вели – дарит подарки, а тем, кто плохо себя вел, тех он наказывает. Откуда взялось в рождественской традиции такое отношение к Санта Клаусу? Что тех, кто плохо себя вел в течение года, он будет наказывать? У деда Мороза, кстати тоже такое есть. И сколько себя помню в детстве, хотя в деда Мороза уже не верила, но мне говорили: если будешь себя плохо вести, дед Мороз не придет, или накажет.

Ткаченко А.: Вы знаете, если со святителем Николаем еще можно пытаться как-то анализировать ситуацию, то с дедом Морозом, по-моему, это вовсе безнадежное занятие. Откуда что взялось в деде Морозе…

Митрофанова А.: Мифология…

Ткаченко А.: Ну я могу предположить, что в основе двойного действия деда Мороза лежит, обычное, присущее падшему человеческому естеству представление о справедливости. Как в ветхозаветном законе было определено – око за око, зуб за зуб. То есть делает человек что-то хорошее – получает воздаяние благое, делает человек что-то плохое – получает соответственно то, что получает. И когда Санта Клаусу, на том этапе, когда он еще как-то ассоциировался у людей со святителем Николаем, начали приписывать такое двойное воздаяние…. Мне думается, это как раз тоже были отголоски языческого понимания справедливости. Потому что евангельское понимание совсем в другом заключается.

Митрофанова А.: А в чем оно заключается? Вместо справедливости любовь?

Ткаченко А.: Святитель Игнатий Брянчанинов в своем объяснении евангельских блаженств в том месте, где речь идет о правде Божьей, прямо говорит, что правда Божья была явлена в его безграничном милосердии. То есть он не делает разницы между милосердием и правдой Божьей. И сам греческий термин, вернее греческое слово, которое в Евангелии употребляется для определения правды Божьей и праведности «dikaiosyne»…

Митрофанова А.: Смысл в том, что вместо справедливости милосердие в христианстве, да?

Ткаченко А.: Да, в Новом завете же прямо написано, подражайте мне, как я подражаю Христу, будьте, как Отец Ваш небесный, который не делает различий между добрыми и злыми и на добрых и злых посылает дождь и солнце.

Когда Санта Клаус перестал быть похожим на святителя Николая

Митрофанова А.:Александр, хочу вернуться к одному разговору, Вы закинули интересную удочку в

первой части программы, упомянули Кока-Колу, от реформации до Кока-Колы, так мы как-то с Вами посмеялись и соскочили с этой темы. А мне все-таки интересно, причем здесь Кока-Кола то? Вот Санта Клаус, Кока-Кола, Рождество какая между всеми этими событиями связь? Явлениями точнее сказать.

Ткаченко А.: Связь я бы сказал так, опосредованная. Дело в том, что окончательный, на мой взгляд, отрыв образа Санта Клауса от образа святителя Николая имеет вполне конкретную дату. Точку отсчета, когда Санта Клаус перестал быть святителем Николаем в полной мере. Это был 1823 год, когда преподаватель семинарии Клемент Кларк Мур придумал для своих детей стихотворную сказку «Рождество на пороге». В ней он изобразил Санта Клауса таким добрым пузатым эльфом, который приезжает на восьми оленях, залезает через дымоход, как раз то о чем Вы спрашивали.

Митрофанова А.: Так вот кто залезает через дымоход.

Ткаченко А.: И кстати сам Мур не собирался свой опус публиковать. Текст  без его ведома отнес в газету один из его знакомых, и благодаря этому эта  история стала достоянием общественности. А первое художественное изображение Санта Клауса в 1862 году сделал карикатурист Томас Наст, 2,5 десятилетия он рисовал Санта Клауса для обложки одного популярного журнала.

Митрофанова А.: В смысле 2,5 десятилетия рисовал, он долго думал над этим образом?

Ткаченко А.: Нет, просто журнал…

Митрофанова А.: Каждый год заказывал ему по Санта Клаусу?

Ткаченко А.: Да, выходил на Рождество именно с этой картинкой. Но у этой картинки был существенный недостаток, она была черно-белая, то есть этот эльф на восьми оленях пузатый и красноносый, как мы его сейчас знаем, он был тогда в черно-белом изображении, в силу особенностей тогдашней полиграфии.

Митрофанова А.: Тут, я уже так понимаю, вмешалась Кока-Кола, да?

Ткаченко А.: Нет, еще нет. В 1885 году издатель Луис Пранх перенес в Америку викторианскую традицию рождественских поздравительных открыток, выполненных в технике цветной литографии. И здесь у Санты появилась роскошная красная шуба. Только красная.

Митрофанова А.: Только красная в каком смысле? Без белого, без синего, без других цветов?

Ткаченко А.: И лишь в 1930 году компания Кока-Кола придумала хитрый рекламный трюк, чтобы об их продукции не забывали ни летом, ни зимой. Художник из Чикаго Хедден Сандблом изобразил Санта Клауса в красно-белых цветах Кока-Колы. Так родился современный образ Санта Клауса.

Митрофанова А.: Понятно.

Ткаченко А.: Уж не знаю, поздравить нас всех с этим фактом, или посочувствовать, но это уже реальная история.

Как появилась елка

Митрофанова А.: Давайте мы вернемся к теме Рождества Христова, Нового года. Знаете, есть такой интересный символ Рождества, который в советское время стал соответственно символом Нового года,  я говорю о елке, о зеленом растении, которое водворяется в доме и которое у нас настолько уже этот запах, так же, как и запах мандаринов, наверное, неотделим от новогодних и рождественских праздников, что непонятно, как бы без них мы вообще жили. Откуда эта елка взялась?

Ткаченко А.: Здесь уже проще ответить, потому что это уже такой бесспорный, как мне думается, факт, с которым согласны все исследователи этого вопроса. Елка пришла в Россию из Германии.

Митрофанова А.: Рассказывайте, как пришла, с кем пришла?

Ткаченко А.: По одному из преданий, еще в VIII веке, когда святой Бонифаций на землях будущей Германии проповедовал друидам, рассказывая о Рождестве Христовом, он для того, что их культ поклонения деревьям на самом деле пустой и не имеет за собой никакой антологической основы, он на их глаза срубил священный дуб, которому они поклонялись. По их верованиям тот, кто это сделает, должен был просто на месте погибнуть какой-то страшной смертью. И для того, чтобы их убедить, что все это на самом деле выдумки и суеверия, он поступил так решительно и определенно. И когда этот дуб падал, ну я думаю, он был поменьше, чем священное дерево в фильме «Аватар», но по преданию он на своем пути сломал все деревья, которые на траектории его падения угодили, за исключением маленькой елочки, которая между веток там осталась зеленеть, и очевидно это как-то было очень показательно в той ситуации, потому что святой Бонифаций, указывая на эту елку сказал, что вот так новая вера во Христа должна прорасти в ваших сердцах на месте упавшего языческого суеверия. Насколько это правда, тоже судить трудно. Но очень красивая легенда такая, милая, мне она очень нравится.

Митрофанова А.: Опять легенда.

Ткаченко А.: Ну а кто же Вам… фотографии что ли с места событий предоставить, так Вы же тоже скажете, а вдруг это фотошоп.

В чем разница между Богом и дедом Морозом?

Митрофанова А.: У Вас четверо детей, и у меня к вам вопрос как к многодетному отцу, можно ребенку объяснить, кто такой Бог?  Многие дети, например, глядя на иконы думают, что Бог нарисованный, потому что детское сознание имеет свои тоже определенные особенности. Как в тот момент, когда ребенок уже перестает верить в деда Мороза, как бы так подкараулить этот момент, чтобы он заодно и в Бога верить не перестал?

Ткаченко А.: Я сначала скажу, почему вообще мы своим детям эту байку про деда Мороза рассказывали в детстве. Ну странно же, казалось бы в православной семье и вдруг дед Мороз и все такое.

Митрофанова А.: Кстати, действительно странно, да.

Ткаченко А.: Мы исходили из того, что дети же растут не в какой-то резервации, не в какой-то изолированной культурной среде, где есть православное представление, а есть неправославное, во всем спектре проявления. Понятно было, что дети у нас будут учиться не в гимназии, не в православном каком-то лицее, или заведении, которые, слава Богу, сейчас существуют, а в  обыкновенной районной школе со всеми остальными детьми, которые очень часто далеки и от религии, и от христианства в частности. Там будут елки, там будут деды Морозы, там будут вот эти все торжества новогодние, которые… ну я по себе помню, это одно и самых ярких впечатлений положительных, вот эти новогодние праздники, дед Мороз, Снегурочка, подарки, елки, палки…

Митрофанова А.: Палок лучше не надо.

Ткаченко А.: Мы подумали с женой, что было бы нечестно отнять у детей вот эту радость. Беды то здесь никакой нет, потому что для детей сказка и религия, как вы правильно сказали, это разные плоскости, они почти не пересекаются. Они существуют самостоятельно. Религиозные персонажи в сказке не действуют, и наоборот, сказочные персонажи в религиозное сознание не вплетаются, это я вижу очень четко и в своих детях, и в других с которыми знаком. И мы решили, пускай это будет, пускай это будет просто для того, чтобы у детей не возникал, выражаясь научно, когнитивный диссонанс. Чтобы не было вот этого конфликта мировоззренческого между тем, что празднуют их одноклассники, если говорить о школе, и то, как к этому празднованию относятся они. Поэтому мы ставили на Новый год елку, мы там ставили они у нас валеночки под эту елку, клали,  мы им подарки, рассказывали, что вот дед Мороз прдарки  принес и все такое.

Митрофанова А.: Так, а потом то как? Вот они перестали верить в деда Мороза, у них уже скепсис в голове образовался.

Ткаченко А.: Я не знаю, у нашей семьи скепсиса особого в голове не было.

Митрофанова А.: Вообще проблемы такой не стояло?

Ткаченко А.: Просто по мере взросления они поняли, что на самом деле эти подарки кладем мы, что у этих подарков есть определенный финансовый лимит, за который выходить бессмысленно в своих прошениях и так далее. Ребенок же, взрослея, все это анализирует и постепенно, по ироническим улыбкам нашим, где-то там… тут еще важный момент был, что мы не производили десакрализацию, мы не разоблачали деда Мороза, когда они подросли, мы просто потихонечку свели все это на шутку.

Митрофанова А.: Какие мудрые родители, не при Вас будет сказано, но…

Ткаченко А.: Я считаю, что здесь ничего плохого в религиозном смысле нет, постепенно просто дети понимают, что дед Мороз это миф, который раскрывал для них нашу с вами любовь в той форме, в которой их детскому восприятию было на тот момент наиболее доступно. И здесь никакого конфликта мировоззренческого у моих детей не произошло. Младшая девочка да, до сих пор, вот что бы попросить у деда Мороза, папа, я даже не знаю. Голубушка, ну кто же за тебя это может знать? Причем я не уверен, что она на сто процентов советуется со мной на предмет просьбы к деду Морозу, что здесь нет определенной доли детского такого хитрежа и лукавства, что папа, ну ты же понимаешь, да, а можно ли попросить у деда Мороза, скажем смартфон? Деточка, ну конечно можно, но я не думаю, что у деда Мороза смартфоны там в мешке штабелями лежат.

Митрофанова А.: Все понятно. Так Вы заговорили интересно про подарки, я уже поняла, что пора нам завершать программу, возвращаться домой и там доупаковывать то, что еще не было упаковано, довыбирать то, что еще не довыбрано для того, чтобы под елкой каждый в новогоднюю ночь нашел свой замечательный подарок. Спасибо Вам Саша, за этот разговор. Напомню дорогие слушатели, в гостях в программе «Фома» был редактор раздела «Вера» журнала «Фома» Александр Ткаченко. И мы говорили про Санта Клауса, святителя Николая, немножечко про деда Мороза, елки, Новый год и далее со всеми остановками. А мы с вами встретимся ровно через неделю, но уже в следующем году. Не бойтесь ваших сомнений, и пусть новый год будет очень радостным.

Ткаченко А.: До свидания.

Изображение 1 — Синтаклаас (Синтерклаас) -святой Николай,Санта-Клаус в Нидерландах и Бельгии. Фото Erik Bro.
Изображение 2 — Санта-Клаус, нарисованный Х. Сандбломом для рекламной кампании «Кока-Колы»
Изображение 3 — Святитель Николай Мирликийский
Изображение 4, 5 — Немецкие открытки ко дню святого Николая
Изображение 6 — Санта-Клаус на рисунке Томаса Наста. 1881
Изображение 7 — Русская дореволюционная новогодняя открытка

Смотрите также:

Новый год — праздник неблагодарности?

Новый год и Рождество

Подарки к Рождеству своими руками: трубящий ангел, pomme d’ambre, зеркальный шар

Mitrofanova МИТРОФАНОВА Алла
рубрика: Авторы » Топ авторы »
Обозреватель
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.