Татьяна Томпакова: Человек человеку может быть и бревном и ангелом

Архивный материал

 

О себе

Крещена в младенчестве бабушкою в г. Владикавказе. Потом детство в русской Прибалтике, Москва с двенадцати лет.

С четырнадцати лет пишу стихи.

Классе в девятом, когда стихов стало много, моя мама напечатала их на пишущей машинке и отвела меня в Литературное объединение при Государственной детской центральной библиотеке на Преображенке. Руководил объединением Вячеслав Куприянов. От него я впервые услышала о Райнере Марии Рильке, В. Буриче и поняла, что кроме рифмованного стиха существует верлибр. Считаю Вячеслава Глебовича своим учителем.

Потом в 21 год ГИТИС им. Луначарского (театроведческий факультет), где училась у людей скорее им самим, чем профессии, а учиться было у кого — Инна Натановна Соловьева, Алексей Владимирович Бартошевич.

Потом работа в театре реквизитором, ужас перед театральной жизнью. Уход из театра, института.

Разные работы на «культурном фронте».

Неожиданно для себя и других поступила и закончила юридический факультет. Вот уже четвертый год работаю юристом в разных организациях.

Ева

Каждый свой день начинаю с молитвы:

«Не ешь, Ева, яблоко,

в яблоке бритва».

Самолет

Самолет —

сбывшаяся мечта о полете

с помощью протеза.

15 лет

В задаче повышенной трудности

В учебнике для старших классов

Стоял вопрос

Любит — не любит?

Сон

Улыбнулся Бог

В полынью,

И грозное слово «люблю»

Воспаленным

Клинком в воде.

Кто? Когда? Где же ты?

Где?

Прогресс? (по убыванию)

У моей прабабушки было

двенадцать человек детей,

Шестеро из них выжили.

У бабушки было четверо,

Выжили — трое.

У моей мамы — я одна

и неизданная книга стихов.

У меня стихи на Стихире*.

Детей у меня нет.

* «Стихира» — поэтический сайт в сети Интернет www.stihi.ru

Объятье

Лошади, тигры, собаки,

Драконы — чудный орнамент браслета.

Пахнут ладони горящей листвою.

Пахнет ключица рассветом.

Складка рубахи, как птица ночная,

Чуткая спящая птица.

Сердце горячее, сердце живое

Близко от сердца стучится.

Только движение — встречи.

И рухну в белое облако света.

Больно. Как больно.

Любить очень больно.

Предупреждали ж поэты.

Гроза

Еще и радостью не названо,

А страшно поднимать глаза.

Мы видим, как с небес спускается

На вспышках молнии гроза.

Гроза на рокоте гороховом,

на левом повороте сна.

Еще и радостью не меряна

Любви поющая блесна.

Родина

Под небом этим невысоким

До горизонта — всё поля.

Земля буграми и цветами

Сырая, серая, своя.

И не охватишь, чтоб запомнить.

Родные голые холмы.

Под небом этим невысоким

Холодной, ветреной весны.

Как же

Лествица в небо

Как же я

На небо понесу

Свой ад.

 

Игра в прятки

Если я спрячусь в себя,

Уйду

И буду тихо сидеть там

В себе.

Ты найдешь меня? Скоро?

Грубость

Грубая я?

Это — иссохшей земле от дождя — больно.

Мама

Мама! Снег так устал,

Таять в твоих волосах…

Плодоношенья и тепла…

Плодоношенья и тепла центростремительная сила

Сливала с небом купола

И души в небо возносила.

Судьбою кто-то называл ту силу,

кто-то — Листопадом.

Смотрели птицы на дома,

На стаи листьев винограда.

Тянулись птичьи косяки

над рамами теней и окон.

А ветер — сумасшедший трогал

колючей озими ростки.

Счастье

посв П.А.С

Больница

Травматология.

Белые потолки в трещинах.

Диагноз — двойной перелом голени.

Боль. Каталка рентген опять боль.

Твоя рука в моей руке.

Ты рядом. Ты целуешь меня.

Моя голова в крови.

Наложено двенадцать швов.

Почему я так счастлива?

О творчестве

На самом деле пишу я потому, что писать стихи не могу. Это состояние такое — входишь в него, и для других людей на некоторое время тебя не существует, но потом оказывается, что именно в стихах-то ты и существуешь для других. Для женщины еще есть вариант — существовать, воспитывая детей, что не меньшее духовное творчество, но у меня детей нет. А вообще жизнь любой женщины – это собственная интерпретация японской сказки «Журавлиные перья». Только в ковер жизни вплетается наша жизнь, внимание, любовь, радость, чтобы потом кому-то по этим коврам в кованных сапогах мягче ходить было.

В этом мире все так перепутано, человек человеку может быть и бревном и ангелом, у кого на что души хватит.

Все-таки главное в жизни — это явленность, какой-то момент, когда то, что переживаешь лично ты, явлено и в другом человеке (другой вопрос — доброе ли ты являешь или злое и как это сопряжено с Богом).

Это главные вопросы, на которые пытаешься ответить самою собою всю жизнь. Пишется все затем.

51 № 1 (18) 2004
рубрика: Архив » 2004 »

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.