Свыше закона не значит без закона

Марина Журинская о 14 главе Евангелия от Луки

Совершенно неправомочно представление Спасителя этаким бунтарем, опрокидывающим барьеры. Сам Он говорил, что не отменяет закон, но исполняет (см., например, Мф 5:17). Исполнение же закона Христом основано на глубоком и истинном, а не формально-поверхностном понимании этого закона. Скорее уж отступниками от закона были духовные вожди общины, – и именно понимание этого преисполняло их особой яростью.

Вот за субботней трапезой в доме фарисейского начальника Христос исцеляет больного водянкой, но перед этим спрашивает законников и фарисеев: «Позволительно ли врачевать в субботу?». А они молчат, потому что прекрасно знают, что по духу закона можно, но они же на всякий случай не учили «глупый» народ разумению, а вводили сплошное и громкое «низзя!». Исцелив больного прикосновением, Господь, так сказать, усугубил дискомфорт фарисеев, сказав: «Если у кого из вас осёл или вол упадет в колодец, не тотчас же вытащит его и в субботу?». И опять ответа нет, потому что вытаскивают, и отрицать это бесполезно (тогда еще факты отрицать не научились)! Вот такая «религиозность», когда человек хуже скотины. И когда это так вот выявляется светом истины, то растет злоба…

А в доме происходит шевеление: гости стараются занять местечки попочетнее. И говорит им Христос великую притчу, прекрасно нам известную и практически не соблюдаемую: «Когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых им почетнее тебя, и знавший тебя и его, подойдя, не сказал бы тебе: уступи ему место; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, придя, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится». В том, что этот принцип не соблюдается, виноваты отнюдь не одни бессовестные выскочки, а и неясность правил, а точнее – их беззаконность. Чтобы не вдаваться в подробности, достаточно намека: в шварцевской «Тени» на балу раздают лакомые булочки, и служители получают распоряжение: герцогам – по шесть, графам – по четыре, баронам – по две, а другим – сколько останется. А новым королевским секретарям – по шесть с половиной…

Но вот главное правило для хозяина пира, которое дает ему Христос: «Когда делаешь обед или ужин, не зови друзей твоих, ни братьев твоих, ни родственников твоих, ни соседей богатых, чтобы и они тебя когда не позвали, и не получил ты воздаяния. Но, когда делаешь пир, зови нищих, увечных, хромых, слепых, и блажен будешь, что они не могут воздать тебе, ибо воздастся тебе в воскресение праведных». Снова звучит идея воздаяния не за соблюдение обрядовости, а за помощь тем, кто в этой помощи нуждается. Важно увидеть, что и в таком, казалось бы, совершенно земном деле, как званый обед (да, конечно, это символ, но и у символа есть прямой вещественный смысл), внимание должно быть направлено не на устройство выгодных взаимоотношений, а на высшие интересы. А интересы эти кроются в мире нищих, которых сейчас принято называть лузерами и презирать за то, что «не вписались». Да, можно понять тех, кто против чтения Евангелия: здесь такое можно прочесть…

А вот притча, которую Спаситель рассказал в ответ на радостное предвкушение Царствия Божия: «Один человек сделал большой ужин и звал многих, и когда наступило время ужина, послал раба своего сказать званым: идите, ибо уже всё готово. И начали все, как бы сговорившись, извиняться. Первый сказал ему: я купил землю и мне нужно пойти посмотреть ее; прошу тебя, извини меня. Другой сказал: я купил пару волов и иду испытать их; прошу тебя, извини меня. Третий сказал: я женился и потому не могу придти. И, возвратившись, раб тот донес о сем господину своему. Тогда, разгневавшись, хозяин дома сказал рабу своему: пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых. И сказал раб: господин! исполнено, как приказал ты, и еще есть место. Господин сказал рабу: пойди по дорогам и изгородям и убеди придти, чтобы наполнился дом мой. Ибо сказываю вам, что никто из тех званых не вкусит моего ужина, ибо много званых, но мало избранных».

Не стоит поспешно видеть здесь осуждение веры Ветхого Завета. Будто мы не видим, как люди, живущие в эпоху Нового Завета, действуют и рассуждают: вот еще кое-что устрою… еще фирму раскручу… сына выгодно женю… машину сменю… а там и о душе подумать можно. И среди паникующих по поводу конца света достаточно было как тех, кто просто боялся Второго пришествия Христова в силу внутренного отторжения любви и света, так и тех, кто полагал, что уж очень это как-то не вовремя, тут дел столько… А мало ли среди тех, на кого Господь возложил пастырское душепопечение, полагающих, что строительная программа важнее?

А теперь посмотрим, кого призывают на пир, символизирующий Царство Небесное: вначале почтенных религиозных людей, но среди них желающих (то есть готовых предаться Богу) не находится. Затем – хромых и убогих, то есть малопросвещенных в Божественной истине. Эти идут. На свободные же места приглашаются просто те, кто к ветхому Израилю не относится, – и это при том, что в те времена существовали правила приема внешних, и были они суровы, и сопровождались поражениями в правах для неофитов… А здесь просто – пригласили, и все тут. И это – к тезису, что Господь хочет, чтобы спаслись все.

Да, хочет, но это не значит, что справедлив тезис о том, что спасутся все. Снова нужно сказать: свыше закона – это не беззаконие. Даже для бродяг без роду без племени существует «правило входа»: их следует убедить –и они должны убедиться. Осознанность и свобода воли – вот те «костыли», опираясь на которые, входят в Царство даже немощные. А без этого – простите, нет. И, конечно, про недостойных званых забывать нельзя: они предпочли употребить свою свободу вышеописанным образом – и они ее будут иметь. Да, они освободились от необходимости следовать Божьему призыву. Но никто не в силах освободить их от вечной богооставленности, потому что они сами ее избрали.

Глава завершается также своего рода сводом правил, очень глубоких, можно сказать, основополагающих. Это не только правила вхождения в круг учеников Христовых, то есть христиан, но и правила взаимодействия веры и рассудка в сознании христианина. Как раз сейчас «право» христианина мыслить довольно ожесточенно оспаривается; вспомним в связи с этим мысль современного апологета о том, что враг рода человеческого умело организует неприятие в общественном сознании именно того, что в данный момент человечеству особенно необходимо. Итак, читаем:

«Если кто приходит ко мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть моим учеником». Вот-те раз. И как же прикажете это понимать? – Разумно. Для этого нужно разобрать весь ряд, начиная с конца – с жизни. Что значит для христианина возненавидеть свою жизнь? – да не трястись над своим телесным и материальным благополучием, заниматься ими ровно настолько, насколько это необходимо для дела спасения и жизни вечной с Богом. Не стремиться к смерти (это пренебрежение великим даром жизни и отказ от дела, возлагаемого Господом), но и не сосредотачивать все усилия и средства на простом выживании ради выживания. И ровно то же – о ненависти к родным: не распаляться злобой, не мучить их и не гнать, а не прикрывать заботой о них нерадение о высшем уровне бытия. К сожалению, никто не помогает священникам в их трудах по обеспечению семьи, хотя это представляется не вполне правильным. Если же он пытается обеспечить семье достаточно высокий уровень благополучия, то не всегда это получается без ущерба для его основной деятельности. Тут велика роль матушки, ее уровень запросов и многие другие ее качества. Но чего уж тут скрывать, очень и очень нелегка жизнь нашего духовенства. И по этому поводу без лицемерия, а с глубоким сочувствием хочется вспомнить: претерпевший же до конца спасется (Мф 10:22; Мф 24:13; Мк 13:13).

«… и кто не несет креста своего и идёт за Мною, не может быть Моим учеником». А что, мало мы видим такого устроения христианами своей жизни? Нелегко найти царский путь между милостивым оправданием своих мелких слабостей (да и чужих, если они похожи на твои) под предлогом сохранения личностных свойств – и безжалостным ломанием через колено себя и всех, кто под горячую руку попадется. И как один у нас Учитель –Христос (см. Мф 23:8), так и одно должно быть устремление – к Нему. Без самодеятельной аскетики и столь же самодеятельных программ «спасения», ведущих в никуда, в какую-то стерилизованную «правильность», неизвестно кем определяемую, вместо того чтобы следовать за Ним и попадать в Его любящую руку.

А далее – редко упоминаемое рассуждение о пользе рассуждения: «Ибо кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее, дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним, говоря: этот человек начал строить и не мог окончить? Или какой царь, идя на войну против другого царя, не сядет и не посоветуется прежде, силен ли он с десятью тысячами противостать идущему на него с двадцатью тысячами? Иначе, пока тот еще далеко, он пошлет к нему посольство просить о мире».

Теперь приходит пора удивиться. Казалось бы, после таких слов должен последовать часто слышимый нами «духовный» вывод: «А коли так – сиди тихо, смиряйся, наше дело маленькое, выше головы не прыгнешь и т. п.». И вот ничего подобного: «Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником». Получается, что балласт, хлам, барахло, гнет ненужного мешают строить башни и двигать в поход войско, а вовсе не недостаток каких-то средств, которые в сущности тоже хлам и барахло! Высшая наука, высшее искусство – богатеть в Бога (см. Лк 12:21). К ней и обращается тот, кто строит свою верность и преданность Христу не на бурных порывах, а на строго соразмеренной направленности всего своего существа.

Нужно сказать что такие «промашки» случаются по большей части с людьми, решившими преобразить мир, создать новую религию, на худой конец путем подчинения себе старой сделать ее более совершенной – по своему образу и подобию. С частными лицами, разумеется, тоже случается (бывает, что кто-то совсем замолился-запостился-по-старцам-заездился, и все ему мало, и никаких рекордов Гиннеса), но это не столь фатально. А тут: «Соль – добрая вещь; но если соль потеряет силу, чем исправить ее? ни в землю, ни в навоз не годится; вон выбрасывают ее». И чувствуете, как грозно звучит предостережение: «Кто имеет уши слышать, да слышит!». Слушая – услышьте, смотря – увидьте, внимая – примите вглубь себя для обдумывания. Для того и дан нам этот мир и наши способности его постигать.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.