СВЕТСКОЕ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ СИНОНИМОМ АТЕИСТИЧЕСКОГО

Каким в нынешних  условиях видится механизм сотрудничества государства и Церкви? Какой прок для государства в преподавании в школах уроков духовно-нравственной культуры? Возможен ли компромисс в споре вокруг законопроекта «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения…»? Об этом наш разговор с Сергеем Мироновым, председателем Совета Федерации Федерального собрания Российской Федерации.

— Сергей Михайлович, Вам нравятся сложившиеся сегодня отношения между Россией как светским государством и Русской Православной Церковью?

— Мне нравится соблюдение Конституции Российской Федерации! Так я бы начал свой ответ на этот вопрос. Потому что наш Основной закон предоставляет широчайшие возможности как отдельному человеку, так и обществу в целом жить согласно своим религиозным убеждениям. То, что Россия — светское государство, не препятствует, а, напротив, способствует развитию отношений Церкви и государства. Просто государственным чиновникам периодически полезно напоминать, что светское не является синонимом атеистического. Необходимо стабильное партнерство, а не маятниковое шараханье от полного слияния до жесточайших гонений.

— Вы сторонник отделения Церкви от государства?

— Таков закон, и его нужно соблюдать, понимая, что отделение не означает запрета на свободу совести, как это сделали коммунисты в восемнадцатом году. Церковь стремится к самостоятельности и в этой самостоятельности может принести своей пастве, то есть гражданам России, много пользы. Государство в этом заинтересовано и должно способствовать развитию этой самостоятельности. Правда, нужно признать, что действующее законодательство не всегда соответствует потребностям верующих, например, в осуществлении их социальной и благотворительной работы. Но если помнить, что члены Церкви также и граждане страны, то многое можно решать на местном уровне, не дожидаясь совершенствования федерального законодательства. Я предлагаю региональным законодательным собраниям разрабатывать и подписывать специальные соглашения о сотрудничестве с религиозными организациями. В результате совместной работы будет накапливаться практический опыт, который позже может быть конвертирован в серьезные законопроекты. Мне как главе Совета Федерации этот путь кажется одним из возможных. Так что в наших условиях отделение — это механизм сотрудничества.

— Что Вы думаете о введении в школах уроков духовно-нравственной культуры?

— Школа должна не только давать знания, но учить ребенка различать Добро и Зло. Не просто понимать, что такое хорошо, а что такое плохо, а именно разбираться в фундаментальных основах отношений человека с человеком и человека с Богом. А эти отношения построены именно на различении Добра и Зла. Ребенок должен знать, что есть ложь, а что — истина, что есть верность, а что — предательство, где место кротости, а где — возмездию. Без ясной, с детства привитой шкалы ценностей он станет не гражданином, а манкуртом. Посмотрите, что делают наши юмористы на телевидении — они изображают в нелепых ситуациях калек, стариков и призывают смеяться над ними: вот как они смешно хромают, как смешно у них дрожат руки. Так вот — наши дети должны твердо знать, что смеяться над старостью непозволительно. Но для того, чтобы это знать, нужно, чтобы их кто-то этому научил. С этой точки зрения преподавание духовно-нравственной культуры, которая, безусловно, целиком зиждется на фундаментальном религиозном опыте народов, населяющих Россию, необходимо.

Результаты эксперимента, проводимого в 19 регионах, покажут неизбежные огрехи в методиках, подборе кадров и учебников. Но это все можно будет поправить, а нравственно загубленных детей уже не поправишь. Главное — не нарушить свободу выбора. Если родители и дети свободно выбирают близкое им по традиции направление, то все в этом эксперименте получится. Нравственность и вера не терпят насилия.

— …а о введении института военного духовенства?

— Офицеры имеют возможность ходить в храм так часто, как им это требуется. А вот рядовой солдат — нет. Как обеспечить его конституционное право на свободу совести? Единственный способ — привести священника в воинскую часть. С этой точки зрения я считаю, что государство поступает верно, вводя институт капелланов. При этом как человек, прошедший жесткую десантную школу, скажу прямо: только тот священник заслужит уважение в войсках, который будет делить с солдатами все тяготы их жизни.

— В настоящее время между верующими и музейщиками идут горячие споры вокруг законопроекта «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности». Можно ли в этом вопросе найти решение, удовлетворяющее обе стороны?

— Можно и нужно. Верующие не должны быть лишены доступа к святыням, хранящимся в запасниках со времен «изъятия церковных ценностей». Но в то же время передача их Церкви должна осуществляться деликатно, с осознанием обеими сторонами ответственности за их сохранение. И важно, что здесь уже есть положительный опыт. Достаточно сказать о храме, действующем ныне при Третьяковской галерее, где созданы все условия для хранения древних икон. Действует церковный музей в костромском Ипатьевском монастыре. Так что говорить о конфликте Церкви и государства в данном вопросе нельзя. Здесь скорее взаимонепонимание между верующими и реставраторами.

Хотелось бы отметить, что очень радует понимание этого со стороны Церкви. Патриарх Кирилл сам заявил о необходимости учитывать интересы тех, кто всю свою жизнь посвятил работе в музеях и сохранению музейных фондов. Прекрасно, что Церковь сама подняла этот вопрос. Создание при Патриархе Совета по культуре — мудрый шаг, который будет способствовать развитию конструктивного диалога.

Обеспокоенность некоторых представителей музейного сообщества основана, на мой взгляд, на отсутствии реального представления о возможностях сотрудничества Церкви и музеев — сотрудничества, положительных примеров которого у нас действительно немало. Важно сказать, что одной из главных основ такого сотрудничества всегда становился уважительный, спокойный и разумный диалог. Я абсолютно уверен, что отдельные эмоциональные высказывания никак на этом диалоге не скажутся и что решение о возвращении Церкви имущества из музеев удовлетворит все стороны. Любой законопроект проходит через сито общественного, а затем профессионального обсуждения. Это нормально.

— Сергей Михайлович, позвольте задать Вам личный вопрос: где и как Вы планируете встретить Пасху?

— В этом году, если служебные обязанности не внесут изменений в мой график, четвертого апреля я буду в одном из московских храмов. Пользуясь возможностью, хотел бы поздравить всех ваших читателей с радостной Пасхой. Христос воскресе!

Беседовал Алексей Щукин


Фото предоставлено пресс-службой Совета Федерации РФ

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.