«РУССКИЙ ВЗГЛЯД» – СЕМЕЙНЫЕ ЦЕННОСТИ

Предлагаем вашему вниманию текст программы "Русский взгляд", посвященной семейным ценностям.

Над программой работали:

Ведущая – Елена Писарева

Шеф-редактор – Ольга Любимова

Режиссер-постановщик – Александр Замыслов

Редакторы – Александра Колтунова и Ксения Лученко

В программе принимали участие:

Людмила Савочкина, помощник депутата Государственной Думы РФ

Александр Синельников, кандидат экономических наук, доцент кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ

Анна Андрианова, имидж-технолог

Протоиерей Виталий Головатенко

Евгения Кайдалова, писатель

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: По социологическим опросам, 99 % россиян считают семейные ценности важнейшими в жизни. При этом из этих 99 % мало кто смог внятно объяснить, что же такое «семейные ценности». О том, что такое семья, семейные ценности и что нам так дорого, мы и поговорим сегодня.

Вы смотрите «Русский взгляд». Я – Лена Писарева. Здравствуйте!

А сейчас – гости нашей программы.

В студии «Русского взгляда» – помощник депутата Государственной Думы Российской Федерации Людмила Савочкина. Людмила Николаевна, здравствуйте!

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Здравствуйте!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Скажите, пожалуйста, зачем нам нужна семья?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Я считаю, что семья просто необходима каждому человеку, независимо от возраста. Это небольшой коллектив родных, близких людей, которые помогают и поддерживают в трудную минуту. И именно в семье рождается чувства добра, которого сейчас так мало, любви и, конечно, ответственности.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Следующий гость в студии нашей программы – кандидат экономических наук, доцент кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ Александр Синельников.

Александр Борисович, здравствуйте! Ваше мнение, зачем нужна семья?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Здравствуйте! Вопрос, который вы задали, показался бы очень странным в 50-е годы, после войны. В то время было огромное количество незамужних женщин, потому что очень много мужчин погибло. Но уцелевшие мужчины в возрасте от 30 до 60 почти все состояли в браке – от 92 до 96 %.

Что с тех пор произошло? Дело не в том, что люди вообще не хотят семьи, а в том, что у них повышаются претензии. Эти люди доходят до того возраста, когда уже понимают, что лучше иметь семью, чем ее не иметь, но выясняется, что круг выбора для них состоит из таких же разборчивых, как и они сами. Браки с большой разницей в возрасте встречаются не так часто, обычная разница – где-то два-три года. И этот круг выбора состоит из тех, кто очень долго выбирал, или из тех, кто прошел через неудачный брак и оказался в разводе. Ну, тут, конечно, тоже бывают разные случаи, но очень часто люди попадают в ситуацию развода из-за своих высоких претензий к супругу.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. В студии программы «Русский взгляд» – имидж-технолог Анна Андрианова.

Анна, здравствуйте! Как вам кажется, зачем человеку семья?

АННА АНДРИАНОВА: Знаете, я послушала, что отвечали другие гости, и мне вспомнился анекдот о том, как двое мужчин встретились на старости лет. И один говорит: «Представляешь, я всю жизнь прожил с этой стервой, чтобы перед смертью было кому водички принести. И, знаешь, что самое обидное? Пить-то совсем не хочется!»

То же самое и сейчас. Яя считаю, что есть родственники по духу, а есть родственники по крови. И родственники по крови очень редко общаются между собой. Мы наблюдаем это на примерах сестер, братьев, матерей, дочерей и так далее. И если кому-то повезет встретить человека, который является именно родственной душой, то такая семья будет вечной. А если этого родства душ нет, не надо делать брака своей целью, потому что это будет просто разбитая мечта, разбитая иллюзия. Невозможно всю жизнь подстраиваться под человека, и невозможно, чтобы человек всю жизнь подстраивался под тебя.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо! В студии программы «Русский взгляд» наш следующий гость – протоиерей Виталий Головатенко. Здравствуйте, отец Виталий!

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Здравствуйте!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Зачем человеку нужна семья?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Для полноты жизни.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. В нашей студии – писательница Евгения Кайдалова.

Евгения, зачем же нужна семья, как вы думаете?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Я думаю, что семья нужна человеку как элементарное средство выживания. Давайте вспомним, в каких условиях семья формировалась. Это был абсолютно враждебный человеку первобытный лес или первобытная степь с саблезубыми тиграми, с мамонтами и прочими «приятными» товарищами. Человек просто не имел возможности выжить в одиночку, нужен был кто-то второй, чтобы в трудную минуту поддержать, перевязать рану, дотащить до пещеры и так далее. И хотя современная среда несколько менее агрессивна, тем не менее, нужен кто-то, кто бы нас выслушал, когда мы плачемся ему в жилетку, дал совет, элементарно поддержал, не дал бы нам сломаться в нашем движении к вершинам карьеры.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Понятно. Но, наверное, это не обязательно должен быть брак. Это может быть дружба или родственные отношения. Но человек, тем не менее, почему-то стремится создать семью и еще очень хочет, чтобы она была счастливой.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: На самом деле, ни друг, ни родственники, никто так не заинтересован в человеке, как его супруг. Есть совершенно избитая старая легенда о двух половинках. Да, подруга с подругой поговорит, поддержит, выслушает. Но есть вторая половина, к которой мы прирастаем и которая просто дает нам силы восстановиться. Это, собственно, сращение двух, которое невозможно при любых других видах общения. Этим брак отличается и от родственных отношений, и от дружбы, и от всего остального.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Но парадокс заключается в том, что количество людей, которые желают, чтобы такой брак у них получился, гораздо больше, чем число реально благополучных браков. И мы замечаем, что в последнее время счастливых семей становится всё меньше и меньше. Отец Виталий, много вы видели на своем веку счастливых семей?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Знаете, мне, пожалуй, повезло: я насчитал пять пар. Это много для одной моей жизни. И я считаю, что это исключение из общего правила.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Что является залогом семейного счастья?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Я бы на первое место, конечно, поставил любовь. Если раскрыть это понятие, то это и терпение, и умение прощать, и умение уступать. Вот три кита, три составляющих семейного счастья.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Кем должны эти семейные ценности быть сформированы? Откуда они должны браться?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Кстати, одна из представительниц упомянутых мной счастливых супружеских пар говорила мне, что еще ее бабушка Вера Георгиевна Успенская, которая родилась в 1914 году, говорила: «В чем родилась, такой и будешь». Какое воспитание человек получил в семье с самого раннего детства, так все и сложится. Там истоки формирования всего, в том числе и семейных идеалов, семейных ценностей.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Практически все герои нашей программы, за исключением, наверное, Ани, сказали, что семья необходима любому человеку. Для чего она ему?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Я так не считаю. Я считаю, что это тоже талант, искусство – создать семью. Ну, пусть не к такое редкое, как, допустим, искусство рисовать, или сочинять стихи, или писать музыку. Но, тем не менее, это талант. Он есть у очень многих, но, безусловно, не у всех. Есть люди, лишенные этого дара, как бывают лишенные слуха или чувства ритма. Такое тоже бывает.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Людмила Николаевна, как вы относитесь к утверждению, что люди часто живут вместе, потому что так диктует им социум: им удобнее жить в одной квартире, содержать общее хозяйство?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Я сейчас хотела бы высказаться по предыдущему вопросу, насчет того, что нужна семья любому. Это на самом деле так. Мы – общественно-политическая организация «Лучик надежды», лидером которой является депутат Государственной Думы Кира Александровна Лукьянова, – изучаем вопросы проживания детей в детских домах, создания детских приютов. В основном мы видим искалеченные детские души и даже приходим к выводу, что иногда лучше отдать ребенка в детский дом, как бы странно это ни звучало. Потому что директор детского дома, получая ребенка, несет ответственность за него с самого начала и до выпуска. Семья необходима любому человеку.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Маленькому ребенку семья, конечно же, нужна. А вот каждый ли взрослый нуждается в семье?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Каждому взрослому я считаю, она тоже нужна. В конце концов, даже взрослому человеку очень сложно ориентироваться в нашей бурлящей, не всегда справедливой жизни. И когда он приходит в свою гавань, в свой тыл, который обеспечивают ему дети, жена, когда он видит родные глаза, улыбки, ему намного проще и легче перенести то, что он увидел за день, и приготовиться к следующему дню.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А любой человек способен создать семью?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Это дано каждому. Просто это нужно воспитывать с самого детства. И возвращаясь к вопросу о том, что у нас сейчас очень много брошенных, искалеченных детей, замечу: это же растут будущие папы и мамы! Нужно уделять большое внимание родным детям, чтобы они не стали чужими, «казенными» детьми. И от этого у нас будет больше людей, способных создать семью. Именно ту семью, которая необходима государству.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Александр Борисович, вы тоже считаете, что каждому человеку нужна семья? Но есть же примеры – я беру творческую и научную интеллигенцию, – когда человек говорит: «Вот я сижу один дома, что-то придумываю или сочиняю… Не нужна мне никакая семья!»

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Вы знаете, из любого правила можно найти исключение. Есть какой-то процент населения, который остается вне брака, но это маленький процент. Есть люди, которые в данный момент не состоят в браке, но они обычно или состояли в нем раньше, или вступят в брак потом. А одиночество на всю жизнь – это не часто бывает…

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А может быть, причина в том, что человек боится остаться один на один с собой? Ведь, как правило, в браках люди пытаются решать и свои психологические проблемы.

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Если человек боится, то правильно делает. Не каждый человек может создать хорошую семью, это правда. Таких людей не очень много. Так же, как не очень много тех, которые создают очень плохую семью. Основная масса находится где-то посередине: у них семьи не очень плохие и не очень хорошие. Средние. Часто люди недовольны тем, что у них не очень хорошая семья. Они ставят себе какие-то недостижимые идеалы, из-за чего их семья рушится. А потом на ее месте не удается создать никакой другой. У нас, кстати, многие после развода не вступают не только в законный, но даже, в так называемый «гражданский» брак. Очень много людей остаются одни. Не только женщины, мужчины тоже.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Может быть, такой человек изначально и не был предрасположен к семейной жизни?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Что значит «не был предрасположен»? У него была семья, и, как потом выясняется, не самая плохая. Эта семья распалась, потому что он или она хотели что-то получше. А дальше– два варианта: или вообще не удастся создать другой семьи, или, если удастся, то далеко не факт, что она будет лучше предыдущей.

Люди смотрят на эти вещи нереалистично. Они ставят себе слишком высокую планку, до которой не могут дотянуться, и не понимают, что альтернатива семье – одиночество. Так, может быть, лучше та семья, которая есть, чем никакой?

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Давайте определимся с понятием. Что такое семья?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Я всегда представляю себе картинку: двух альпинистов в связке. Один оступился – второй его подтаскивает. Второй упал – первый ему помогает выбраться из пропасти.

Сейчас много говорилось о том, что кому-то не дано создать семью, что это талант, что это трудно. Я думаю, на самом деле, это не так трудно, как кажется, но при одном условии. Как совершенно справедливо сказал отец Виталий, нужна любовь. Но в каком понимании? У людей очень много определений этого понятия. А в моем понимании любовь должна быть следующей: один человек должен помогать другому самореализовываться.

Возьмем элементарную ситуацию. Муж говорит жене: «Не смей ходить на любимую работу! Сиди дома, вари борщи!» Это не любовь и не отстаивание традиционных ценностей, это деспотизм человека, которому нужна служанка. А если муж говорит: «Хорошо, дорогая, иди на свою любимую работу! Я возьму на себя часть дел по дому, плюс уход за детьми», – то это и есть любовь.

И, соответственно, то же – со стороны жены. Если жена стучит кулаком по столу и кричит: «Не смей ходить с друзьями в баню или ездить на рыбалку!» – это тоже не любовь. Это опять собственнический инстинкт. А если жена говорит: «Хорошо, я потерплю. Мне, конечно, тяжело с новорожденным ребенком, но ты сходи, немножко развейся», – это любовь.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Скажите, а много вы видели таких семей, где муж и жена идут навстречу друг другу?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Вы знаете, не так мало. Я видела семьи, где, допустим, муж и жена оба горнолыжники. Они едут на горнолыжный курорт. Муж съезжает с горы, жена с годовалым ребенком на руках. Потом жена передает ему ребенка, взбирается наверх и съезжает сама. Это реальный пример из жизни. И в моем кругу считается нормой, когда муж и жена во всем друг друга поддерживают.

Сойти с этого пути очень легко, буквально нечего делать. Достаточно подумать: «Моя жена симпатичная, привлекательная. Если жена выйдет на работу, то сразу станет объектом внимания, и ее могу увести… Лучше ей остаться дома». Или, наоборот, муж играл в самодеятельном театре, ему это доставляло колоссальное удовольствие, он самореализовывался. А жена приходила и за руку уводила его с репетиции, потому что считала, что, раз у него есть семья, он должен сидеть в семье.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы сейчас затронули очень важный аспект – вопрос любви. Отец Виталий, как вам кажется, каждый ли человек способен любить?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Каждый человек призван любить и быть любимым. Но, к сожалению, не каждый человек способен до конца пойти по этому пути и возлюбить, потому что это усилие и немалый труд. У нас очень часто путают любовь с влюбленностью или с чем-то подобным. А любовь – это труд по выращиванию, когда двое выращивают плод из чего угодно: из влюбленности, из страсти, из дружбы, неважно из чего. Главное здесь – усилие двоих для того, чтобы вырастить любовь.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Аня, как вам кажется, возможно ли, что два человека любят друг друга, хотят быть вместе, но при этом не заключают брака?

АННА АНДРИАНОВА: Безусловно.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: И это тоже семья? Это нормально?

АННА АНДРИАНОВА: Безусловно. На самом деле, если брак заключается ради взаимоподдержки, то, я считаю, это психология слабого человека. Если тебе плохо наедине с собой, рядом с тобой будет плохо всем, пока ты не договоришься с собой. Пока ты не полюбишь себя, тебя никто не полюбит. И ты всё время будешь использовать отношения как костыли вместо того, чтобы свободно ходить.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: К сожалению, мы, как правило, видим именно такую модель отношений.

АННА АНДРИАНОВА: У человека есть большой выбора, и это исключительно его дело – какую модель выбрать. Но я считаю, что если человек самодостаточен, если он способен любить, отдавать и принимать любовь, заботу, просто внимание, или просто присутствие, или просто чувство, то для этого не нужен никакой штамп в паспорте. Для этого достаточно, может быть, встречаться один раз в неделю. И тогда точно никакая бытовая рутина не испортит хорошие романтические отношения, которые могут длиться очень долго.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Но семья ли это? Получается что люди выбирают просто какую-то удобную форму существования, где остается немного места труду, о котором говорил отец Виталий.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Я хотела спросить, а если в остальные шесть дней недели, не дай Бог, с вами что-то случится? Элементарно, вы подвернули ногу и не можете добраться от метро до дома. Вы заболели, и некому подать вам пресловутый стакан воды…

АННА АНДРИАНОВА: Твой человек появится, безусловно! Потому что ты этого человека чувствуешь всегда рядом с тобой, он здесь, ты знаешь, что он есть. Где бы он ни был в этом мире, ты знаешь, что он здесь, и он рядом с тобой.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Нет, подождите! А если он встанет на ту же позицию: «Мне тебя достаточно видеть раз в неделю, для душевного комфорта. А если с тобой что-то случилось в оставшиеся шесть дней, ты как-нибудь разберешься, поскольку ты самодостаточная»?

АННА АНДРИАНОВА: Вы немножко неправильно меня поняли.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Я поняла именно так.

АННА АНДРИАНОВА Я имею в виду отношения душевные, а не какую-то границу, один день в неделю мы живем вместе или семь дней. Неважно, сколько дней мы живем, важно, как мы это делаем.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: А я считаю, это важно. Наступает миг, когда человек безумно нужен рядом.

АННА АНДРИАНОВА: Ты берешь телефон и звонишь.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: А телефон заблокирован.

АННА АНДРИАНОВА: А нужно за ручку везде ходить вместе, привязанными к друг другу?

ЕВГЕНИЙ КАЙДАЛОВА: Нет, но понимаете, еще лет двадцать назад мобильной связи не существовало.

АННА АНДРИАНОВА: Но сейчас же она существует.

ЕВГЕНИЙ КАЙДАЛОВА: Двадцать лет назад модель брака, которую вы пропагандируете, была невозможной.

АННА АНДРИАНОВА: Я ничего не пропагандирую. Я просто сама хочу быть счастливой и хочу, чтобы другие люди были счастливы. Это нормальное, здоровое желание, наверное, есть у каждого из нас, здесь сидящих. Какую модель выбирает человек, это, еще раз повторюсь, исключительно его дело. Но жить вместе, как в коммунальной квартире, когда двое пришли с работы, оба уставшие и злые, но они должны разговаривать с друг другом, я считаю неправильным. У вас не бывало такого?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Нет, у меня такого не бывало. У меня бывало желание растерзать людей, которые мне чем-то досадили на работе. Но дома у меня желание, чтобы кто-то меня погладил по головке.

Кстати, по поводу самодостаточных людей. В Японии – стране нервных и преуспевающих менеджеров – существует такая современная услуга. Если менеджер, я сейчас имею в виду мужчин, одинок, ему предлагается «семья на вечер». Что это такое? Это ни в коем случае не проституция.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Да, еще бабушки предлагаются на день.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Некая женщина, как правило, имеющая двух детей, в этот вечер играет роль его жены. Он приходит к ней, якобы домой, она ему наливает чай, расспрашивает о делах. Эти женщины более-менее постоянные. Как с дальнейшим, я не знаю, но вечером он спокойно с ней разговаривает, изливает ей душу, к нему подбегают дети, просят помочь решить задачки. И таким образом человек – вполне успешный и достигший всего, чего только можно, – реально отдыхает.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А потом оплачивает эти услуги – и долой из сердца вон?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Нет.

АННА АНДРИАНОВА: Мы же говорим не об отдыхе.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Я думаю, мы не должны отрицать того, что огромное количество людей в нашей стране живут семьей по какой-то непонятной совокупности причин. Они иногда сами не могут объяснить, почему они вместе. И это очень болезненный вопрос. Сейчас все говорят: «Год семьи, мы за крепкую дружную семью!» Но мы даже не можем до конца определиться, что же это такое! Александр Борисович, с вашей точки зрения, что такое большая дружная семья?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Что такое «большая дружная семья»? Это гораздо легче определить, чем то, что такое семья вообще. Большая дружная семья – это что-то конкретное. Для меня это супружеская пара с несколькими детьми, и не только с детьми, но и с родителями. Это не значит, что они обязательно живут все в одном доме. Но они принимают участие в жизни семьи, они воспитывают внуков, сидят с внуками, когда родители этих внуков уходят на работу. И, наоборот, среднее поколение заботится о старшем, которому свойственно болеть.

«Большая семья» для меня – это не два поколения, а минимум три. Это не семья с одним ребенком, это семья с двумя, тремя, с четырьмя большим числом детей.

Что такое «дружная семья»? Это не та семья, где между людьми не бывает никаких противоречий, ссор, конфликтных ситуаций, а такая семья, где ссоры заканчиваются примирением, где люди не копят обиды друг на друга. И при всех разногласиях, которые между ними есть, видят в друг друге больше хорошего, чем плохого. Вот что такое «большая дружная семья»!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Очень часто нам в пример ставят наше прошлое, наши традиции. Корректно ли говорить, что раньше таких семей было больше, а сейчас с нами что-то произошло – и их стало меньше? Как вы думаете, отец Виталий?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Вы знаете, мне кажется, это заблуждение – считать, что раньше сахар был слаще, вода мокрее и так далее. Я, может быть, не смогу сейчас этого объяснить и доказать, но по мне, так всегда всё одинаково. Во все времена всё одинаково, иначе бы это было несправедливо. И не думаю, чтобы количество счастливых семей резко снизилось. Другое дело, что мы не можем забывать печальное пророчество Христа о том, что по мере умножения беззакония любовь многих охладеет. И действительно, наблюдается это охладевание любви. Но уверяю вас, даже в этих чрезвычайных условиях всё настоящее сохраняется – и себя сохраняет, и вокруг себя сохраняет! Поэтому я бы не стал так ставить вопрос.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А как вы относитесь к утверждению, что сейчас на нас очень сильно влияет Запад, отсюда и некая модель «гостевых браков», и отношений, когда люди предпочитают не расписываться? Пожили немножко вместе, и если не понравилось, разбежались. Соответственно, если родители в разводе, дети живут две недели с мамой, две недели с папой. И эта тенденция сейчас очень заметна.

Какие нужно принимать меры, чтобы с этим бороться? Вопрос ко всем гостям студии.

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Если говорить о западных влияниях, то, действительно, им подвержена какая-то часть нашего населения. Особенно, что называется, «продвинутая» часть – те, кто живет в больших городах, у кого высшее образование. Но это влияние во многих случаях переносится на нашу почву механически, совершенно не учитывая наши реалии.

Что такое Запад? На самом деле, это очень многоплановое понятие. Скажем, страны Южной Европы, может быть, больше отличаются от Англии и Америки, чем от России. Но если говорить конкретно, то на нас, конечно, оказывается американское влияние.

Что такое американская семья? В американском, точнее английском, языке нет таких слов, как «дедушка» и «бабушка», там есть «старший отец», «старшая мать». То есть в нем нет слов, образованных от отдельного корня. Так же, как там нет слов «теща» и «свекровь». Там испокон веков семья была другой: только муж, жена и дети, без родителей и прочих родственников. Это семья, где дедушка и бабушка являются дальними родственниками, которых видят только по большим праздникам и которые не занимаются воспитанием внуков, а вместо этого предпочитают путешествовать по миру.

Но у нас-то другие традиции, гораздо более сильные родственные связи! Для нас и «бабушка», и «дедушка», и «теща», и «свекровь» – очень значимые понятия. Мне кажется, перенос к нам западной модели семьи во многих случаях просто бесперспективен, потому что он механистичен, он не учитывает особенностей нашей жизни. Но, тем не менее, есть какая-то часть населения, которая этим влияниям подвержена.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Видимо, этому больше подвержены люди в мегаполисах?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Совершенно верно. Как я уже говорил, гораздо легче определить, что такое «большая дружная семья», чем что такое «семья» вообще.

Когда я слушал спор между Анной и Евгенией, то подумал, что, на самом деле, не очень корректно делить людей на семейных и одиноких. Существуют разные степени семейности и разные степени одиночества. Граница между одной и другим в наше время в достаточной степени размыта. Есть люди, которые живут одни, но у которых есть какие-то более менее постоянные связи. Есть люди, которые живут в довольно большой семье, но она не относится к числу дружных, и отношения там довольно холодные. Примеры можно привести всякие.

Дело в том, что есть какой-то нормативный тип семьи, а есть уже отходящие от этого норматива варианты. Ну, например, неполная семья, где нет одного из родителей. Чаще всего эти семьи образуются в результате разводов или рождения внебрачных детей.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Но бывают и несчастные случаи.

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Бывают, конечно. Есть бездетная семья, причем, я имею в виду не тех, кто не может иметь детей из-за какой-то болезни, а добровольно бездетных. Просто эти люди детей не хотят. Это всё промежуточные ступени между семьей и одиночеством. Например, распадается бездетная семья – образуется двое одиноких людей. Если у матери, которая вырастила ребенка без мужа, портятся отношения с этим ребенком, когда он вырос, и они расстаются, опять же образуются двое одиноких людей. Это ступеньки между семейным и одиночным образом жизни.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Но вопрос одиночества, мне кажется, очень важен. Человек может быть одиноким, даже если у него есть семья.

АННА АНДРИАНОВА: Начнем с того, что есть люди, одинокие всегда. Все мы, кто здесь сидит, на данный момент находимся сами с собой. Человеку жизненно необходимо и очень важно общаться с собой, слушать себя, быть наедине с собой, понимать себя и чувствовать себя. И здесь очень важную роль играет то, чем человек занимается в жизни, экстраверт он или интроверт, какая у него работа, со сколькими людьми в день он общается. Это очень важно. Мы сейчас говорим о формате семьи, а нужно говорить об ощущении. Семья считается благополучной тогда, когда оба партнера счастливы. Какой у нее при этом формат, неважно.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Виталий, так ли уж неважно, какой формат?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Если речь идет о счастье, именно о счастье, то совершенно неважно, тут я не могу не согласиться. Каждый понимает счастье по-своему и отстаивает его и зубами, и когтями, и чем угодно.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Самоцель ли вообще счастье в жизни?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Для кого-то – да. Другое дело, что, если говорить о церковной точке зрения, то Церковь гораздо выше ценит человека и считает, что ему недостаточно только земного счастья. Христос призывает нас к блаженству, к чему-то несоизмеримо более высокому, включающему в себя все понятия счастья. Но всем ли это нужно, вот вопрос.

АННА АНДРИАНОВА: И всем ли это дано?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Да, конечно.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Если говорить о гражданском и церковном браке, то какова позиция Церкви?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Господь создал только одного мужчину и только одну женщину. И настоящий полноценный брак – это брак между одним мужчиной и одной женщиной на всю жизнь. Это идеал.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А если у человека, допустим, не получается… Есть все-таки где-то его вторая половина или нет?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Вы имеете в иду, безнадежен ли он?

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Да.

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Конечно, все мы ошибаемся. И действительно, бывает так, что первый, а, может быть, даже второй опыт оказывается неудачным. Не нужно ставить на себе крест, нужно искать дальше. Но, опять-таки, каждый решает по-своему. Искать не запретишь, и если человек очень хочет найти, то обязательно найдет.

Нам часто говорят про некую «несовместимость». Но я в это не верю! Такая несовместимость, о которой идет речь, наверное, бывает, но все-таки большинство людей подходят друг другу, чисто на генетическом уровне. Несовместимость – это такая редкость, что ни в коем случае нельзя о ней думать и этим заранее себя программировать. В создании семьи каждому из нас необходимы умение терпеть, прощать и идти на уступки для того, чтобы произошла сцепка. Надо, чтобы двое стали единым.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А в чем причина несчастливого брака? Что у людей не получается?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Вы знаете, у каждого причина своя. Может быть, большую роль в распаде семьи играет нежелание возлюбить. Не загореться страстью или испытать приязнь, а пожертвовать собой ради другого. Что такое любовь? Христос нам явил до конца, что это такое: самоотдача, добровольное самопожертвование, вплоть до смерти. Так и нам необходимо немножко от себя оторвать и уступить, пожертвовать.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Александр Борисович, почему у людей не получается быть счастливыми в семье?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Очень маленькое добавление к тому, что сказал отец Виталий. Для счастливого брака необходимы всегда терпение и уступчивость с обеих сторон. Для несчастливого брака абсолютно достаточно, чтобы нетерпимым и неуступчивым оказался кто-то один.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Людмила Николаевна, что вы считаете условием счастливого брака?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Я со всем вышесказанным полностью согласна, но мы в основном затрагиваем чисто психологическую сторону в создании семьи. В тоже время, нельзя забывать и о материальной стороне этого вопроса. Если до революции семья считалась зажиточной, то там было семь детей, в среднем трое сыновей, четыре дочки. Этого как раз хватало для нормального ведения хозяйства, для защиты Родины и т.д. Если было пять детей, то семья считалась уязвимее в случае войны или какой-то болезни. Двое детей – это была нищая семья. А если в семье был один ребенок, то это считалось вымиранием рода. Посмотрите: сегодня у нас всё изменилось с точностью до наоборот!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Сейчас ситуация меняется, уже появилась мода на детей…

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Если семья многодетная, то эта семья нищая. Поэтому для того, чтобы у нас семьи были побольше, нужно соответствующее отношение к ним. Конечно, необходимо менять политику государства по этому вопросу! Необходимо поддерживать родных детей в семье. Когда берут ребенка под опеку, то это благое дело. Но за этого ребенка платят ежемесячное пособие от 4 до 6 тысяч в месяц. А когда ты рожаешь своего ребенка, никто тебе ничего не платит, государство в этой ситуации самоустраняется. Я не хочу говорить о тех мизерных пособиях, которые имеют место быть, про них просто стыдно говорить! Поэтому, я считаю, что в первую очередь, семью должно поддерживать государство.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Евгения, вы согласны, что семью надо материально поддерживать, и это ее укрепит?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Как раз хочу заметить про детей и материальное положение. Мне кажется, одним из очень существенных факторов, из-за которого распадаются семьи, является рождение ребенка. У меня на эту тему есть целая книга. Для современной женщины мир переворачивается с рождением ребенка. Раньше, как мне кажется, все было не так. После рождения ребенка в христианской семье женщина продолжала вести совершенно привычный образ жизни. Она работала в поле, брала младенца с собой, судачила с соседками и так далее. Современная женщина после рождения ребенка оказывается практически заперта в четырех стенах. Все ее общение – с подругами по телефону, телевизор, ну, может быть, иногда гости приходят. И если оба супруга не прилагают серьезных усилий, чтобы продолжать вести нормальный образ жизни, то семья разваливается.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: В противном случае у людей будет всё для того, чтобы отдаляться друг от друга.

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: У людей будет всё, чтобы отдаляться. Муж на работе, ему там хорошо. Жена дома воет в четырех стенах, плюс, естественно, она не зарабатывает денег и чувствует какую-то ущемленность из-за этого. Я знаю колоссальное количество примеров, когда после рождения ребенка людей разводило в совершенно разные стороны. Особенно в тех случаях, где жена до рождения ребенка вела социально-активную жизнь.

Что касается количества детей… Если рубеж преодолен и в семье уже есть один ребенок, то все последующие дети, скорее всего, будут только укреплять семью. Это как дубление кожи: поначалу какой-то кошмар, а потом кожа становится всё мягче и мяче.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. У темы, которую мы обсуждаем сегодня, очень много аспектов. Мне кажется, очень важный момент, который мы упускаем, это ответственность мужчины и ответственность женщины. Давайте об этом поговорим! Как зависит семейное счастье от мужчины, и как – от женщины?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: К сожалению, получается так, что от женщины зависит всё, от начала и до конца. Я не хочу сказать, что это правильно…

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Несправедливо?

ЕВГЕНИЯ КАЙДАЛОВА: Это несправедливо, но это так. На самом деле, от мужчины в деле создания и поддерживания семьи требуется очень мало. От мужчины требуется немножко облегчать жене жизнь. Женщина запрограммирована на семью, на материнство. Но если она будет видеть, что тянет воз одна, а мужчина просто идет рядом, то у нее, несмотря на программу, появляется обида. А если женщина будет видеть, что пусть неловко, пусть неумело, но мужчина как-то впрягается в этот воз и пытается его тоже тянуть, то всё, от него больше ничего не требуется. Будет нормальная хорошая семья!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Виталий, вы согласны, что роли распределяются несправедливо?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Да, я согласен. Меня так воспитывали, что для мужчины главное – дело, а для женщины главное – семья. И, в общем, я вижу, что так оно и есть. Если происходят сбои и супруги меняются ролями, начинается трагедия.

Мне кажется, Евгения права: нужно стремиться к тому, чтобы облегчить женщине, супруге, ее участь. Но оставаясь при этом главой семьи, то есть держа ситуацию в своих руках. Конечно, женщина – это глава семьи в домашнем отношении, в плане быта, в плане благоустройства. Это действительно ее роль, и мужчине не нужно сюда особенно вмешиваться. Но посильная помощь, я сейчас имею в виду только психологическую поддержку, конечно же, нужна. Без нее женщине не вытащить этот воз.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Аня, а как вам кажется?

АННА АНДРИАНОВА: Понятно, что все мужчины подкаблучники, но они не должны об этом знать. Они не должны этого видеть. И это на самом деле так, я это знаю от своих клиентов, которые со мной общаются не как с женщиной, а как со специалистом. Они серьезно мне признаются: да, мы хотим, чтобы женщины нами управляли, мы хотим быть пойманными в сети, но мы не хотим видеть эти сети и то, как они расставлялись. Мужчина работает, скажем так, на внешних рынках, а женщина – на внутренних. И, безусловно, ля нее очень важно всё нести на себе, но при этом оставаться хрупкой и слабой, насколько это возможно. Хотя бы внешне.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Интересная позиция! Александр Борисович, ваше мнение?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Я очень внимательно слушал, что говорила Евгения, и ужаснулся. В самом деле, есть очень много женщин, которые думают, что они в семье – всё, а их мужья – это бесплатное, не особенно полезное приложение. И когда женщины приходят к такому выводу, они либо выгоняют мужей, либо так их попрекают по всякому поводу и без повода, что те сами уходят. Потом жена выясняет, что от мужа толку в семье было гораздо больше, чем ей казалось. И еще – что найти другого, во-первых, очень трудно, во-вторых, если и найдешь, то он будет не лучше первого, а в-третьих, он ее детям не родной отец, а значит, будет любить их только до тех пор, пока любит их маму. Родным отцам, между прочим, свойственно любить дольше, даже если они маму уже не любят. Многие живут в семье из-за детей.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Как вы к этому относитесь? Нужно ли жертвовать собой ради детей?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Ради детей надо жертвовать очень многим, и об этом сейчас говорят все кому не лень. Но почему-то забывают об одном. Нет теперь у нас в обществе такой морали, согласно которой и дети многим должны жертвовать ради родителей. У нас такая мораль, что родители должны детям всё, а взрослые дети не должны родителям ничего. И современные родители не хотят держаться за брак ради детей, потому что дети всё равно вырастут и уйдут.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Стоит ли жить вместе ради детей, даже если любовь ушла?

АЛЕКСАНДР СИНЕЛЬНИКОВ: Стоит, безусловно.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Виталий, а ваша точка зрения?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Я не уверен, что любовь является главной среди семейных ценностей.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А что может быть главнее, чем любовь?

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: А у каждого своё. У кого-то привычка, у кого-то привязанность, у кого-то дружба, у кого-то долг, у кого-то – что-то еще… И это очень хорошо, на самом деле. Каждый выбирает своё.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Людмила Николаевна, а как вам кажется?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Я считаю, что для того, чтобы семья была счастлива, ответственно должны себя вести оба: и мужчина, и женщина.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Какая роль у женщины, какая – у мужчины?

ЛЮДМИЛА САВОЧКИНА: Роль женщины традиционная: она – хранительница домашнего очага. Получается, что на небольшую зарплату нужно прокормить всю семью, обуть, одеть и так далее, и это умеют только женщины. Только женщина может выкрутиться и свести концы с концами. И меня всегда поражает то, что в семье женщина должна обеспечить все, должна проконтролировать, чтобы у всех всего хватило, чтоб всё было хорошо, чтобы всё было по справедливости. А если, допустим, речь заходит о руководстве городом, областью, государством, то извините, здесь у нас правят мужчины. Они же больше знают, больше понимают! Но не всегда это так. В большинстве семей семейным бюджетом и порядком распоряжается женщина. Я считаю, что у женщины в нашей стране большое будущее.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мне кажется, что современная женщина, женщина XXI века, хочет работать, получать образование, заниматься научной работой. Наверное, неправильно говорить, что женщина так и должна остаться хранительницей очага в традиционном смысле. Думаю, что и в XIX веке в семьях было много проблем из-за того, что женщина не имела возможности социально состояться.

АННА АНДРИАНОВА: Мне вообще не нравятся понятие «жертвовать» и «страдать». Что это такое? Для примера можно взять выбор профессии. Я отдаю своё время, силы, энергию – всё, что у меня есть, любимому делу. И я ничем не жертвую, мне нравится отдавать! А что значит «жить ради детей», «страдать ради детей»? Где гарантия, что ребенок, у которого будет всё: и деньги, и любовь, и забота, – не станет наркоманом? Где эта гарантия? Ее нет!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы берем крайности… Мы всё равно испытываем в жизни какой-то дискомфорт. Невозможно жить так, чтобы с утра до вечера получать одни удовольствия. Проблема в том, что мы жили вместе, у нас появился ребенок и, соответственно, некая ответственность перед этим маленьким человеком. Но нужна ли ребенку эта ответственность, доведенная до абсурда? Вот этого я до конца не понимаю.

АННА АНДРИАНОВА: Я говорю о том, что само понятие «жертва» уже звучит страшно. Безусловно, человек должен быть ответственным, и к факту рождения детей нужно относиться очень ответственно. Но это не значит, что надо жертвовать через силу. Зачем насиловать себя?

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мне кажется, что вы включаете в понятие «жертвы» насилие. Но мы все равно очень многим жертвуем в жизни. И в этом, наверное, нет ничего страшного.

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Но бывает, мы себя приносим в жертву с радостью и пониманием. Ведь нельзя жить ради одного человека, понимаете! Сейчас всё к чему сводится? Кто-то живет ради одного человека. Но нельзя всю свою жизнь сложить на алтарь одной личности, это грех человекоугодия, в конце концов. Нельзя постоянно бросаться из крайности в крайность, нужно найти «золотую середину», «царский путь», как говорили в древности. Нельзя себя добровольно приносить в жертву только одному человеку. Это плохо, на самом деле. Мы не для того приходим в мир, чтобы отдать себя целиком и полностью одному человеку и ради него умереть.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Один мой друг говорит, что хочет жениться на женщине, которая будет любить Бога больше, чем его, но через него. Вот так он объясняет.

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Я понимаю, что он хотел сказать. Дай Бог, чтобы эта женщина тоже его поняла. По-настоящему мы можем любить только через Божью любовь. Но это надо внутренне понять. Нельзя эту мудрость просто взять, повесить, как лозунг, и жить с ней.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Это нужно осознать! Действительно, как бы сильно мы ни любили, мы не можем дать человеку всего того, что может дать ему Бог.

Отец Виталий, вот к чему мы подошли. Что же такое христианский брак? Я понимаю, что мы говорим сейчас об идеале, и не у всех этот идеал на деле получается, но тем не менее…

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Мне кажется, апостол Павел ответил на этот вопрос, когда говорил о том, как мы должны любить друг друга именно в браке. Он говорил: как человек заботится о себе, о своем теле, о своей душе, точно так же он должен заботиться о том, кто рядом с ним. И, соответственно, получать такую же заботу с этой стороны. Когда двое становятся одной плотью, и не только плотью, но и духом, и душой, – вот это и есть христианский брак, в котором рождается малая церковь. Не ради друг друга, а ради прославления Отца Небесного в наших делах и в нашей любви друг к другу.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Получается, для того, чтобы этой цели достичь, нужно приложить огромный труд.

ОТЕЦ ВИТАЛИЙ: Да, безусловно. И в ответ получить этот дар.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо.

Универсальной модели счастья, к счастью, нет. Мы сегодня говорили о семейных ценностях и поняли, что семейные ценности у каждого свои. Главное – чтобы они были.

Это был «Русский взгляд на семью и семейные ценности» и я, Лена Писарева. Подробнее об этой программе читайте у наших друзей на сайте журнала «Фома» и у нас, на сайте нашего канала. Увидимся в следующее воскресенье на Третьем канале.

"Русский взгляд" – это о России!

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.