«РУССКИЙ ВЗГЛЯД» – ИНВАЛИДЫ

Предлагаем вашему вниманию текст программы «Русский взгляд», посвященный инвалидам.

В программе принимали участие:



Вагиф Байрамов, ректор Московского государственного социально-гуманитарного института



Юрий Баусов, инвалид, председатель Ассоциации молодежных инвалидных организаций



Елена Мардасова, студентка Московского государственного социально-гуманитарного института



Вера Оськина, депутат Госдумы РФ, член Комитета по труду и социальной политике



Матвей Шпаро, клуб «Приключение»



Иеромонах Мелитон



Над программой работали:



Ведущая – Елена Писарева



Шеф-редактор – Ольга Любимова



Режиссёр-постановщик – Александр Замыслов



Редакторы – Александра Колтунова и Ксения Лученко.





ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: «Русский взгляд на проблемы инвалидов в России» – тема нашей программы. Мы поговорим о тех, кому сложно получить образование и устроиться на работу, трудно просто выйти из дома и добраться до поликлиники на городском транспорте, и о том, как им помочь. Вы смотрите «Русский взгляд», я – Лена Писарева. Здравствуйте!



В студии нашей программы – наш первый гость, председатель Ассоциации молодежных инвалидных организаций Юрий Баусов.



Юрий Николаевич, какие, с вашей точки зрения, самые главные проблемы людей с ограниченными возможностями у нас в стране?



ЮРИЙ БАУСОВ: Я бы сказал, в разное время проблемы разные. На сегодняшнем этапе, мне кажется, одной из главных проблем является малая вера в себя самих инвалидов и недостаток требовательности к себе, в первую очередь. Сейчас довольно много говорится и делается для них. Конечно, можно сказать, что этого не достаточно, но, тем не менее, кое-что уже делается. И в большей степени сейчас нужна активность самих инвалидов.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. В студии программы «Русский взгляд» наш следующий гость – член Комитета Государственной Думы по труду и социальной политике Вера Оськина.



ВЕРА ОСЬКИНА: Здравствуйте!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вера Егоровна, с вашей точки зрения, какая самая главная проблема у людей с ограниченными возможностями?



ВЕРА ОСЬКИНА: Самая главная проблема – изменить ментальность в обществе, отношение общества к инвалидам. Всё остальное преодолимо.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. В студии «Русского взгляда» путешественник Матвей Шпаро. Матвей, здравствуйте!



МАТВЕЙ ШПАРО: Добрый день!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Хочу узнать вашу точку зрения.



МАТВЕЙ ШПАРО: Я думаю, что основная проблема заключается в отношении общества к инвалидам. Мы все говорим об интеграции, но она должна быть взаимной. Инвалиды должны входить в общество, но и общество тоже должно поворачиваться лицом к инвалидам.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Должно быть какое-то взаимодействие?



МАТВЕЙ ШПАРО: Конечно.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. А в студии «Русского взгляда» – иеромонах Мелитон.



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Здравствуйте!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Мелитон, ваше мнение, пожалуйста.



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Самое главное – это способность любить, умение верить, надеяться. Важно не терять способность видеть в человеке образ и подобие Божие, каким бы этот человек не казался внешне. Это главное.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо.



Мы сегодня попытаемся ответить на многие вопросы, волнующие инвалидов. Как получить образование? Где можно найти работу? Куда обращаться за помощью? Как выйти из дома, если дома не оборудованы пандусами?



В студии программы «Русский взгляд» – ректор Московского государственного социально-гуманитарного института Вагиф Байрамов. Вагиф, здравствуйте!



БАГИР БАЙРАМОВ: Здравствуйте!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вы можете коротко сказать, какая на сегодняшний день самая главная проблема людей с ограниченными возможностями?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Основной проблемой я считаю адаптацию инвалидов и интеграцию их в общество. То, чем занимается наш вуз, наверное, является одним из самых важных моментов.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Как получилось, что вы начали этим заниматься?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Лично я был приглашен работать в институт в 2004 году. Так сложилось, что в течение этих трех лет из декана факультета я «вырос» в проректоры, а потом меня избрали ректором института.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вашим ребятам-выпускникам потом трудно устроиться на работу?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Если сравнивать обычные вузы и наш в количественном отношении, то, конечно, число наших ребят, которые устраиваются на работу, мизерное. Но если знать, что 95% наших выпускников трудоустраиваются, то это, наверное, большой показатель по сравнению с обычными вузами.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вы им помогаете, или они устраиваются сами?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: С 3-го курса они проходят производственную практику на разных предприятиях Москвы. И радует то, что, где бы они ни проходили практику, чаще всего потом приходит запрос, что организация берёт на работу именно этого выпускника. Поэтому с этим, я могу смело заверить, у нас нет проблем. Все ребята трудоустроены.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Какую у вас можно получить специальность? Кем можно стать после окончания вашего вуза?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: У нас пять факультетов: юридический, экономический, факультет книгоиздания и редактирования, факультет прикладной математики и информатики, а также переводчики с английского и немецкого. Вуз расширяется, в этом году мы лицензируемся. Ближайшая перспектива – открытие сети филиалов по России.



Пример нашего вуза говорит о том, что количество инвалидов в стране, к сожалению, не уменьшается, а увеличивается. Такие вузы и их филиалы в России необходимы.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А сегодня ваш вуз единственный?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Единственный, и не только в России, а вообще в природе. Это единственный вуз, где более 350 студентов, имеющих инвалидность, ограниченные физические возможности, обучаются и проживают в одной среде. И самое примечательное – вполне комфортно себя чувствуют и совместно учатся!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А конкурс у вас большой, сложно поступить?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: В этом году конкурс на некоторые специальности составил 4 человека на место. Поэтому мы и вышли с просьбой к вышестоящему руководству, чтобы нам разрешили открыть сеть филиалов. Буквально сегодня я приехал из Липецка. С руководством администрации города Липецка уже есть предварительная договоренность об открытии там филиала нашего учебного заведения. Это будет наш первый филиал.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Юрий Николаевич, скажите, пожалуйста, вообще человеку с ограниченными возможностями сложно поступить в университет, в институт? Какие московские институты и университеты принимают инвалидов?



ЮРИЙ БАУСОВ: Принимает их достаточно большое количество. Дело в другом: насколько человек подготовлен, насколько он хорошо окончил школу. У него есть степень ограничения, и она может быть достаточно тяжёлой: например, человек с большим трудом передвигается, или у него большие проблемы со зрением, со слухом. Такому человеку, конечно, труднее поступить в обычный вуз.



Тем не менее, такие прецеденты есть. Московский городской психолого-педагогический университет тоже принимает инвалидов. Там даже создали в своей структуре Институт гуманитарных технологий, который будет помогать адаптироваться ребятам с инвалидностью. Я его возглавляю.



Но при всем том, к сожалению, сейчас недостаточно хороши условия для того, чтобы человек нормально, комфортно себя чувствовал, когда он уже поступил. В этом отношении институт, который возглавляет господин Байрамов, более удобен. Но человеку нужно предоставить выбор. Кто-то будет пользоваться такой возможностью, а кто-то должен иметь возможность поступить в обычный вуз.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Юрий Николаевич, а какие сложности возникают потом с устройством на работу?



ЮРИЙ БАУСОВ: Здесь две особенности. Вот Вагиф говорит, что если человек хорошо подготовлен профессионально, то его везде принимают. Но у них всё-таки небольшой выпуск. Если выпускается большое количество людей, то уже возникают вопросы к работодателям. Насколько работодатели способны ментально понять этого человека? Готовы ли они потратить какие-то средства, чтобы адаптировать человека с ограниченными возможностями на рабочем месте? Ведь инвалиду необходимо преодолеть ступеньки, лестницу, как-то подняться на лифте и пр. Есть ряд сложностей, которые ещё предстоит решать.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы начали наш разговор с образования, но есть огромное количество проблем, с которыми сталкиваются инвалиды в обычной жизни. Что-то делается для них в Москве сейчас?



ЮРИЙ БАУСОВ: В Москве – делается. Москва опережает на шаг, а может быть, даже на два все остальные регионы России. Тем не менее, и по регионам есть достаточно удачные эксперименты: в Новосибирске, Омске, Красноярске, Челябинске. К сожалению, это пока не система. Кое-где хорошие руководители могут себе позволить что-то предпринять в этой области. В Москве в этом отношении, конечно, делается гораздо больше.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вера Егоровна, что делается нашими властями для людей с ограниченными возможностями?



ВЕРА ОСЬКИНА: Многое делается. Но, к сожалению, этого всё равно не достаточно. Необходимо изменение отношения общества к инвалидам. Мы уже поднялись над тем уровнем, когда люди вообще боялись смотреть на инвалида. Хотя культуры отношения к инвалидам в нашем обществе по-прежнему нет. Например, в зарубежных странах с детства воспитывают совершенно такое же отношение к человеку с ограниченными возможностями, как и к остальным.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Это такая внутренняя культура. до которой нам еще далеко. Вера Егоровна, очень часто говорят: «В законах всё прописано, в законах у нас всё хорошо». Как происходит реализация этих законов?



ВЕРА ОСЬКИНА: Не могу сказать, что всё прописано и всё хорошо. Мы коснулись темы трудоустройства инвалидов. Очень часто и здоровые люди без физических ограничений могут сказать, что они трудоустраиваются с трудом. И работодателю выгодней взять на работу здорового человека.



Но мы опять упираемся в сознательное отношение к инвалиду. Я знакома с очень большим количеством инвалидов и могу вам сказать, что эти люди духовно богаче, чем многие обычные люди.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Такой человек преодолевает проблему, которая у него возникает, и, конечно, его внутренний мир становится богаче.



ВЕРА ОСЬКИНА: Сегодня на государственном уровне мы должны сделать любое место доступным для посещения инвалидом. Ни одно новое здание, которое сегодня строится, не должно строиться без пандусов и соответствующих лифтов, туалетов!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А что в этом направлении уже сделано?



ВЕРА ОСЬКИНА: 16 февраля этого года принят в первом чтении Закон по трудоустройству – о квотировании мест для трудоустройства инвалидов. Его представила Пензенская областная Дума. Но сегодня правительство возражает по этому законопроекту.



По этому закону, если работодатель не устраивает на работу инвалида, он платит штраф в бюджет субъекта Федерации. Штраф не имеет целевого назначения, он попадает в общий бюджет. И в связи с этим, естественно, деньги тратятся так, как они прописаны в бюджете. Если бы они шли, например, на создание рабочих мест для инвалидов, это был бы другой разговор. И вот здесь правительство возражает, потому что это будет просто новый налог для работодателя. Это не решает проблему в общем.



Сейчас наш Комитет ведет консультации и с правительством, и с администрацией Президента для того, чтобы, в конце концов, решить эту проблему, чтобы люди с ограниченными возможностями могли устраиваться на работу и чувствовать себя полноценными членами общества.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Мы затронули тему образования и работы для инвалидов. У меня вопрос к Матвею. Люди с ограниченными возможностями хотят жить нормальной жизнью, как-то проводить свой досуг, чувствовать себя нормальными. У вас есть уникальный опыт: вы ходили в экспедиции с людьми с ограниченными возможностями. Как возникла такая идея?



МАТВЕЙ ШПАРО: Этой идее довольно-таки много лет. Мы устраиваем путешествия совместных команд инвалидов и здоровых ребят на протяжении последних 10-15 лет. Я, например, руководил экспедицией, когда три здоровых человека и один парень в инвалидной коляске, Игорь Ушаков, пересекли вместе со мной Гренландию. Такое мировое достижение.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Кому пришла в голову эта идея?



МАТВЕЙ ШПАРО: Идея была наша. Они родились, кажется, в 1988 году, когда мой отец, Дмитрий Шпаро, познакомился с канадским парнем Риком Хансеном, который проехал вокруг мира на инвалидной коляске. Этот парень, который передвигается на инвалидной коляске, стал национальным героем Канады. Я тогда подумал, что когда у нас национальным героем станет парень в коляске, тогда, может быть, у нас и общество немножечко изменится.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Матвей, у вас не было страха накануне этой экспедиции? Ведь вы на себя возложили такую ответственность! Не было беспокойства, как всё пройдет, что получится?



МАТВЕЙ ШПАРО: Нет. Не надо бояться, надо делать. Я думаю, что если в обществе люди будут меньше бояться и больше делать, то у нас, может быть, и законы станут получше, и инвалидов будут трудоустраивать, и так далее!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Батюшка, у вас есть уникальный опыт: в Сергиевом Посаде есть школа для деток, у которых возможности сильно ограничены. Расскажите, пожалуйста, про вашу работу с ними.



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Опыт у нас действительно уникальный, потому что это школа-интернат для слепо-глухих детей. Так же в этом детском учреждении сочетаются все виды возможных нарушений: опорно-двигательного аппарата, психических нарушений, нарушений зрения, слуха… Уникальность, наверное, заключается в том, что в этом детском доме я видел самых счастливых детей из всех, которых я мог видеть в разных городах, в разной обстановке, разных обстоятельствах!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Они, наверное, умеют радоваться.



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Дети умеют радоваться жизни, они любят жизнь! И, наверное, самая главная задача Церкви как социального института – уметь дарить опыт любви к жизни, любви к ближнему.



Этот опыт любви к жизни у детей, которые не могут этот мир видеть, не могут его слышать, уникален! Все дети, которые находятся в интернате, взаимодополняют друг друга. Они умеют дарить друг другу помощь, умеют эту помощь оказывать. Они учатся это делать и учат этому других, взрослых, полноценных людей, которые туда приезжают посмотреть на них.



Некоторые люди приезжают туда с опасением, что у них там появится некая брезгливость, отвращение, непонимание, отчуждение…



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Страх, может быть…



ОТЕЦ МЕЛИТОН: …страх. Они приезжают – и просто тонут в море любви!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: С какими проблемами вы столкнулись во время общения с этими детьми?



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Наверное, самая главная проблема – это человеческий фактор. Трудно найти родную душу и руку ближнего. Самая главная проблема заключается в том, чтобы тебя понимали, чтобы у тебя было ради чего жить, было с кем делить тяготы, чтобы стремление жить не иссякало, а умножалось. Эти дети ищут общения, это самое главное. Ты не видишь мир, не слышишь его, не можешь полноценно передвигаться в этом мире, но ты хочешь общаться! И самая главная проблема – создать ту атмосферу, собрать вокруг этих детей то окружение, которое могло бы быть для них этой рукой, опорой, ухом, глазом. Сотрудники, воспитатели должны помогать этим детям полноценно познавать мир.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А какую помощь вы ждёте от государства?



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Помощь от государства мы видим в том, чтобы те дети, которые проходят полный курс оздоровительной помощи и обучения в этом учреждении – а там в данный момент находится 230 человек на полном пансионе и на стационарном лечении, – по окончании такого курса могли возвращаться обратно в свои семьи. Эти дети, находясь в этом детском учреждении, потом не могут нигде реализовать полученные там навыки. Многие родители разочаровываются в медикаментозном лечении и какой-то помощи, они не имеют опыта психолого-педагогической деятельности и не работают со своими собственными детьми. Это немаловажная проблема. Не в каждой семье родитель может продолжить работу, которую уже сделали педагоги в этом учреждении.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Юрий Николаевич, скажите, а люди, чьи возможности не ограничены, чем-то помогают инвалидам?



ЮРИЙ БАУСОВ: В нашей стране это достаточно обычное явление. Люди часто стесняются или действительно боятся внедриться в мир инвалидов. Я согласен, что нужно менять общее понимание того, что такое инвалид. Ведь это обычный человек, у него есть свой внутренний мир. На протяжении многих лет работы нашей организации мы сталкиваемся с огромным количеством людей, которые с удовольствием идут на помощь, на понимание, на контакт.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Юрий Николаевич, если говорить о вашем личном опыте, были ли у вас в жизни минуты отчаяния?



ЮРИЙ БАУСОВ: Отчаяния как такового не было, у меня просто в какие-то периоды времени было какое-то неудовольствие, неуверенность, недовольство собой. Но я переживал эти периоды и снова шел, пытаясь чего-то достичь.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вагиф, как у вас в институте решается вопрос с передвижением? Как ребята добираются до института, передвигаются по институту?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Сам фонд института довольно-таки старый, 1958 года постройки. Но все условия на сегодняшний день имеются. Общежитие оборудовано двумя довольно большими лифтами, в которые можно заезжать даже не по одному, а двоим на коляске. В институте имеются пандусы и пр. Сейчас мы проводим ремонт, переоборудуем все санитарные комнаты, туалеты, улучшаем условия. Я думаю, ребята вполне комфортно чувствуют себя у нас в институте.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А бывают психологические проблемы? Вы сталкиваетесь с проблемами психологического характера, которые ребятам нужно помочь решить?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Конечно. У нас обучаются ребята с детским церебральным параличом. Это заболевание имеет какие-то сопутствующие моменты. Поэтому у нас работает проблемная лаборатория, медико-реабилитационное отделение. Ведётся научно-исследовательская работа в этом направлении. Те, кто в состоянии проходить оздоровительную физкультуру, ходят, как обычные студенты, на уроки. А инвалиды I и II группы, которым тяжело, посещают специалистов – ортопедов, хирургов, массажистов. С ними проводятся специальные персональные занятия.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А есть у них проблемы с общением между собой? Например, когда они стесняются сами себя, не могут общаться?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Бывают, конечно, стеснительные ребята. Но их не больше, чем среди обычных студентов.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Матвей, как складывались ваши отношения в экстремальных ситуациях? Вы чувствовали, что ребятам нужна какая-то психологическая помощь, поддержка, что они, может быть, стесняются и боятся быть обузой для вас?



МАТВЕЙ ШПАРО: Постоянно вставал вопрос о том, как правильно распределить обязанности и дела. Кто-то может нести большие сани, а кто-то может делать что-то другое. И перед тем, как организовывать любое путешествие, ты всегда должен продумать, чем ты займёшь человека, который не может ходить. Ведь как только ты оставишь его без дела, то сделаешь шаги назад, и он сразу это почувствует. Когда эти люди чувствуют, что ты к ним относишься как к равным, то всё нормально.



Любопытный факт. Мы путешествовали через Гренландию, и Игорь Кузнецов, который был с нами, первые пять дней не мог сам застегнуть «молнию» на своем спальнике когда ложился в него, настолько сильно он уставал. Если человек выкладывается на сто процентов, то дальше уже неважно, инвалид он или не инвалид.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Батюшка, как вам кажется, почему у нас в обществе такое странное отношение к инвалидам? Это наследие советского прошлого или такая национальная черта?



ОТЕЦ МЕЛИТОН: У нас светское и духовное образование разделены. Когда это произошло, то выпал один из компонентов воспитания правильного взгляда на человека. Он просто исчез, он пропал. Точно так же в образовании у нас пропал правильный взгляд на человека как на образ и подобие Божие.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Вера Егоровна, а почему же мы, которые должны, казалось бы, заботиться о людях с ограниченными возможностями, живем так, как будто их нет? Как так получилось в нашей стране? Ведь на Западе всё совершенно по-другому.



ВЕРА ОСЬКИНА: А как мы относимся к людям пожилого возраста?



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы хотим сделать вид, как будто их нет!



ВЕРА ОСЬКИНА: Да. А как мужчина относится к женщине? Эти несколько лет, которые мы переживали каждый один на один со своими проблемами, нас разобщили. Сейчас начался обратный процесс.



К инвалидам, и я очень этому рада, отношение в обществе меняется. В моём родном Красноярске, или Красноярском крае, который я представляю в Государственной Думе, уже десять лет в торгово-экономическом институте обучаются сколиозники. Дети, которые проходят через специальную школу и поступают в институт, потом трудоустраиваются на работу. В закрытом территориальном образовании в Железногорске есть детский сад, который занимается коррекцией тяжело больных детей, освобождая тем самым родителей от этой заботы. Родители имеют возможность работать целый трудовой день. Кроме того, в некоторых районах создались секции, где добровольцы учат детей, восстанавливают их здоровье: Курагинский, Ермаковский районы.



Примеров очень много, но этого не достаточно. Цифры, которые мы получаем, говорят сами за себя: 13 200 000 инвалидов, а детей среди них – 574 000! У нас в Красноярске 9000 детей-инвалидов, это очень много. И если мы себя называем людьми, то должны обратить внимание и на все категории людей с ограниченными возможностями, и на людей пожилого возраста – на всех, кто обездолен, кому нужна помощь. Потому что русский человек всегда славился своим добрым отношением к окружающему миру, душой, которую иностранцы понять не могут. Она у нас есть, эта душа!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Поэтому-то и обидно, что мы живем так, как будто нет людей, которые нуждаются в нашей заботе!



Вера Егоровна, а правда ли, что человек, который имеет инвалидность, должен раз в несколько лет её подтверждать?



ВЕРА ОСЬКИНА: Это ужасная ситуация! Человек должен её подтверждать каждый год. Я уже забросала Минсоцздравразвитие письмами по поводу того, чтобы освободили детей, инвалидов с детства, от этой обязанности. Ну не вырастет у него за год нога!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: И инвалидность никуда не исчезнет!



ВЕРА ОСЬКИНА: Ему не надо её подтверждать, но он должен это делать ежегодно. С людей, больных эпилепсией, вдруг снимается инвалидность!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Положа руку на сердце, скажите, а почему это происходит?



ВЕРА ОСЬКИНА: Мне трудно объяснить позицию чиновников. Помогите мне в этом.



ЮРИЙ БАУСОВ: Политика государства формировалась таким образом, что законы и некоторые стратегии развития законов были рассчитаны на какого-то абстрактного человека. Работало правило: «Закон ради закона». Если мы обращаемся к человеку, а не к некоторому символу, тогда складывается совершенно иное положение. Мы видим и любим человека, а не относимся к нему, как к некоторому законодательному принципу. У нас есть «Закон об инвалидах», он не работает. Есть 122-й закон, он интереснее, но в его основу положены такие принципы, что они всё перевернули с ног на голову.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Почему не работает закон?



ВЕРА ОСЬКИНА: Я возражаю. О социальной защите инвалидов закон был принят в 1995 году. И финансовая составляющая страны тогда была всем известна.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А сейчас говорят, что у нас с финансами всё в порядке.



ВЕРА ОСЬКИНА: Да. Но, вместе с тем, Юрий Николаевич затронул 122-й Закон, который, кстати, выхолостил «Закон о социальной защите инвалидов». И мы всем Комитетом стараемся внести в этот закон поправки, чтобы он заработал. Но пункт, что инвалидность нужно ежегодно подтверждать тем категориям людей, которым на самом деле не нужно этого делать, появился как раз в 122-м законе.



ЮРИЙ БАУСОВ: Я и говорю: закон ради закона.



ВЕРА ОСЬКИНА: Мы сейчас занимаемся этой проблемой, но, к сожалению, государственная машина очень нерасторопна. Но я надеюсь, что нам удастся сдвинуть это дело с мертвой точки.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мне хочется позвать в студию нашей программы ещё одного гостя. Вагиф, мы хотим пригласить вашу студентку. В студии программы «Русский взгляд» – студентка Московского государственного социально-гуманитарного института Елена Мардасова.



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Здравствуйте!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вы слышали наш разговор. Как вы думаете, что для вас могло бы сделать государство? Какие ваши проблемы можно решить на государственном уровне?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Я думаю, что государство, в первую очередь, должно нас как-то поддерживать. Я совершенно согласна, что переосвидетельствование, подтверждение инвалидности для некоторых людей с ограниченными возможностями бессмысленно.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Лена, а как вы решили поступать в институт?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Я была рада, когда прочитала в интернете про этот вуз. Мне очень хотелось туда поступить. Это было довольно сложно, потому что там был конкурс 4 человека на место. Если сравнивать с другими вузами, то это небольшой конкурс, но всё равно было очень сложно.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: На какой факультет вы решили поступать?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: На юридический. Я очень хотела именно на эту специальность и очень рада, что у меня получилось поступить. В нашем вузе очень хорошие преподаватели и всё очень хорошо сделано именно для людей с нарушениями.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А как вы учились в школе? Были у вас какие-то проблемы?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Я училась дома. Было очень тяжело. Я приехала из Астраханской области, а в регионах очень тяжело с этим. Школа находилась далеко, я не могла в неё ходить, поэтому училась на дому.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А проблемы в общении со сверстниками у вас были?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Были. Я сидела дома и не общалась со своими одноклассниками. И меня очень радует, что у нас в институте в этом плане всё очень хорошо. Мы все общаемся, и нам очень весело!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Много у вас друзей в институте?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Да, очень много!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Скажите, чем вы занимаетесь помимо занятий, как вы проводите досуг?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: У нас есть дополнительные занятия спортом. Я решила заниматься фехтованием, хожу на тренировки, и мне это нравится. Я очень рада, что есть такая возможность.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Елена, представьте, что на вас сейчас смотрит человек, который относится к жизни не так позитивно, как вы. Я смотрю на вас – у вас глаза горят, у вас есть интерес к жизни! А если человек находится в похожей ситуации, но ему кажется, что его жизнь не состоялась? Что вы могли бы ему сказать?



ЕЛЕНА МАРДАСОВА: Чтобы он не отчаивался, ставил перед собой цель и всегда её добивался, веря, что у него всё получится. И всё будет хорошо!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Матвей, вопрос к вам. Если нас сегодня смотрят люди, которые захотят отправиться с вами в какую-нибудь экспедицию, куда им обратиться?



МАТВЕЙ ШПАРО: Сейчас есть очень большое информационное поле в виде интернета. Туда и нужно обращаться. Помимо всяких профессиональных экспедиций, у нас существуют некие технологии, которые позволяют ребятам с ограниченными возможностями от 14 до 20 лет начать путешествовать.



Я очень хорошо помню, как два года назад, когда мы только этим занялись, в наш молодежный лагерь в Карелии приехала группа из коррекционной школы слабовидящих. И ребят, у которых всего 20-30% процентов зрения, научили пилить и рубить дрова, ставить палатки, жить в лесу! Они на неделю сходили в поход на катамаранах по реке, прошли пороги, и всё у них было отлично. Я потом спрашиваю у воспитателей коррекционной школы: «Почему у нас всё так здорово получилось?» И женщина-педагог сказала: «Мои дети за эти две недели повзрослели на два года!»



Путешествия дают испытания, сложности. Конечно, у этих людей сложностей и так хватает. Но путешествие даёт такому человеку возможность почувствовать себя маленьким героем. Таким образом он чему-то учится, учится жизни. Может быть, для человека с ограниченными возможностями это самое важное. Должны быть некие программы, направленные и на это тоже.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Юрий Николаевич, вы возглавляете Ассоциацию молодежных инвалидных объединений. Что это за объединения, чем они занимаются?



ЮРИЙ БАУСОВ: Это межрайонная организация. Мы ставим такие задачи, чтобы молодые ребята почувствовали, что они самостоятельные люди, учились брать на себя ответственность. Когда человек берёт на себя ответственность за другого человека, за какое-то дело, он забывает, здоровый он или нездоровый, инвалид – не инвалид. Он перестает быть инвалидом, он становится просто человеком. Он уже может отвечать не только за себя, но и за кого-то ещё. Значит, он может быть полезным обществу и кому-то из своих близких: пусть даже только своей маме или своему брату. Это тоже очень важно, потому что когда в семье есть ребенок с инвалидностью, всегда страдают и те, кто рядом.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Юрий Николаевич, говорят, что вас очень легко найти в интернете. А если у человека, который сегодня нас смотрит, нет интернета, то как ему найти вашу Ассоциацию?



ЮРИЙ БАУСОВ: Есть телефон: 624-33-15. Сейчас я работаю в Московском городском психолого-педагогическом университете, там меня тоже можно найти.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вера Егоровна, к вам тоже просьба. Не могли бы вы что-нибудь сказать людям с ограниченными возможностями? Как им действовать в ситуации, когда кажется, что государство против них? Есть какие-то универсальные советы?



ВЕРА ОСЬКИНА: Конечно, государство должно финансировать реабилитационные программы для инвалидов. Нашему Комитету удалось в бюджете на три года увеличить средства на приобретение инвалидных колясок.



Что такое инвалидная коляска? Это жизнь для инвалида! Или он лежит и не видит мир, или может передвигаться на коляске. Есть коляски с электроприводом. У нас в Красноярском крае губернатор и законодательное собрание пошли на беспрецедентный шаг: из краевого бюджета на сегодняшний день выделено 45 миллионов рублей, чтобы закрыть проблемы инвалидов. Я не говорю: «все проблемы», это невозможно. Но эти деньги пойдут на приобретение колясок, на сложное протезирование, ортопедическую обувь. Человек должен нормально жить каждый день, а он этого лишён, ведь государство не выделяет достаточное количество средств. И наша задача сегодня убедить правительство в том, чтобы оно выделило достаточно финансов.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вера Егоровна, есть какая-то связь с вами, какая-то приёмная, куда люди могут обратиться?



ВЕРА ОСЬКИНА: Конечно, есть. В моем Красноярском крае, в городе Красноярске: 8-(3912) 66-99-69, очень просто запоминается телефон.



В каждом районе, в каждом городе есть управление социальной защиты. К сожалению, недавно мне пришлось разбираться с ситуацией, когда человеку, написавшему заявку на шитьё обуви, было отказано в грубой форме. Я привлекла телевидение, средства массовой информации для того, чтобы поставить на место чиновника, который не страдает заболеваниями такого рода.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Юрий Николаевич, если говорить о помощи государства, то оно должно помогать или уже реально помогает?



ЮРИЙ БАУСОВ: Государство однозначно должно помогать, и государство помогает. Другое дело, что оно, может быть, порой неадекватно это делает. Может быть, пандус, который оно делает, в этом месте не нужен. Здесь государству хорошо было бы сотрудничать с общественной организацией, со специалистами, которые вплотную занимаются этой проблематикой. В результате нашего взаимодействия может воплотиться в жизнь то, что, к сожалению, ещё не сделано.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Мелитон, в завершение нашей программы мы бы хотели предоставить слово вам. Скажите, пожалуйста, как относиться к людям с ограниченными возможностями? Чем мы могжем помочь? Ваш пасторский совет.



ОТЕЦ МЕЛИТОН: Относиться так, как к любому человеку. Есть такие способности и силы души, которые могут быть утрачены здоровыми людьми, если те не помогают ближнему. Простые люди, которые живут с не ограниченными, на первый взгляд, возможностями, должны испытывать благодарность Богу, что у них есть возможность видеть мир, слышать и передвигаться по этому миру. Эти люди должны сделать всё возможное, что зависит от них лично, для того ближнего, которого Бог послал им в данное время в данном месте. Если каждый в мире сделает этот шаг навстречу ближнему, я думаю, это будет самое лучшая государственная программа. Она просто реализуется без всяких других программ. Должно быть христианское отношение к другому человеку – с пониманием, с терпением, с любовью.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо! Матвей, когда мы готовили эту программу, мы думали о том, что люди, чьи возможности ограничены природой и Господом Богом, преодолевают больше сложностей, чем обычный человек. За счёт этого они становятся глубже, может быть, и интересней, чем здоровые от природы люди. Вы согласны с таким утверждением?



МАТВЕЙ ШПАРО: Если человек смог что-то преодолеть, то он, конечно, становится глубже. Но я думаю, что преодоления есть как у людей с ограниченными возможностями, так и у обычных людей. И те и другие преодолевают какие-то трудности.



ВЕРА ОСЬКИНА: Например, Паралимпийские игры.



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Мы забыли сказать самое главное, когда говорили о высшей школе. В советское время вся эта категория людей была обеспечена профессиональным образованием, они получали специальность. А сейчас эти люди не получают профессии, поэтому и оказываются ненужными обществу и самим себе. У них нет профессии, у них нет работы. Поэтому я призываю к тому, чтобы государство повернулось к ним лицом. Необходимо дать таким людям получать элементарное профессиональное образование. А те, у кого есть потенциал, должны получать высшее образование в дальнейшем.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Что для этого нужно? Нужен закон, деньги, чья-то добрая воля?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Надо открывать учебные заведения по примеру нашего вуза или его филиалы. Но все эти институты должны быть государственными, потому что только под эгидой государства они могут полноценно дать всё необходимое людям с ограниченными возможностями.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Есть люди, которые будут работать в этих вузах?



ВАГИФ БАЙРАМОВ: На базе нашего вуза мы занимаемся переподготовкой специалистов. Любой преподаватель может пройти это обучение. Бауманский университет готовит великолепных специалистов из слабослышащих студентов. У них занимается более 150 студентов с такой спецификой. Просто надо дать возможность реализовывать эту программу.



ВЕРА ОСЬКИНА: Я думаю, что здесь речь идёт не только о высшем, но и о профессионально-техническом образовании.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: И о начальном.



ВАГИФ БАЙРАМОВ: Изначально надо дать им профессию, потому что, имея профессию, человек с ограниченными способностями имеет право и на всё остальное.



ВЕРА ОСЬКИНА: Кстати, государству гораздо выгоднее иметь работающего человека с ограниченными возможностями, нежели выплачивать пенсии и пособия.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мне кажется, государству выгодно правильно относиться и к инвалидам, и к пенсионерам, и к учителям, и к врачам.



МАТВЕЙ ШПАРО: Я ещё хочу добавить. Должна быть некая пропаганда.



ЮРИЙ БАУСОВ: Я говорил, что должна быть ещё вторая составляющая. Сами инвалиды должны всячески проявлять активность, привлекать к участию в своих проблемах общество и государство.



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Я себя поймала на мысли о том, что когда в музеях и театрах Европы ты сталкиваешься с людьми на колясках, то, возвращаясь домой, ты тоже хочешь видеть их в общественных местах. Ты вдруг замечаешь, что их нет, они сидят по домам. Кто виноват в том, что мы их не видим?



ЮРИЙ БАУСОВ: В том числе и они сами, потому что они сами должны потрудиться выйти из дома. Если я не выйду, кто узнает о моих проблемах? Вот как Лена сегодня рассказывала: она вынуждена была сидеть дома, но всё-таки преодолела саму себя и вышла!



ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Только по официальным данным в России 16 миллионов людей с ограниченными возможностями. И, как правило, ограничивает их возможности само общество. Конечно, государство должно обеспечить инвалидам уровень жизни, одинаковый со всеми гражданами, в том числе и в сфере доходов, образования, занятости и здравоохранения. Ну, а мы не должны забывать, что у нас тоже есть возможность помочь.



Это был «Русский взгляд на проблемы инвалидов в России» и я, Лена Писарева. Подробнее об этой программе читайте у наших друзей на сайте журнала «Фома», и у нас, на сайте нашего канала.



Увидимся в следующее воскресенье на Третьем канале!

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.