Разлука с близкими: как дети ее переживают

Архивный материал

Мама вернулась домой с работы, приехала на дачу после недели в городе. Но ребенок ведет себя странно — капризничает и хулиганит. Что это — просто «приступ вредности» или попытка привлечь к себе родительское внимание? А главное — как реагировать в подобной ситуации: наказывать или, напротив, уделить больше любви? Как не навредить? Легче всего найти ответ, взглянув на проблему с разных сторон.

История первая

Мамы всегда возвращаются!

Незаменимых людей нет? Лично я знаю двоих, и один из них — моя собственная сестра. В своей фирме она человек незаменимый. Только круглые дураки (иначе говоря, ценные кадры), будучи в декретном отпуске, соглашаются пахать по субботам, тратить нервы и силы за дополнительную горстку сребреников и сомнительные корпоративные идеалы. В такие субботние дни ее место в семье занимает второй незаменимый человек — я. Мы с племяшками втроем замечательно живем — варим суп, гуляем, играем, а потом наступает вечер…

Сестра приходит домой, усталая, замотанная, с пачкой документов на проверку — дня ей не хватило. И все домашние, включая меня, кошек и рыбок, жмутся к стенкам, чтобы пропустить жертву рабочего дня к тапочкам, ванной и чаю. Все, да не все. Ее младший сын несется к маме с душераздирающим воплем малютки-привидения, забирается на ручки и горько выплакивает обиду. «Ничего не понимаем, — говорят домашние, — только что сидел, смотрел телевизор, сплошное счастье было у ребенка!» А мелкий, уютно угнездившись, добывает Светкину грудь и взахлеб утешается. Раньше чем через полчаса им из кресла не вылезти — Федор не допустит. И я его очень понимаю — он не видел законной матери весь день, он имеет право проверить, не подменили ли родного человека, не скисло ли молоко. После ритуального кормления Федора с нами снова наш общий любимец, жизнерадостный ласковый мальчик. Федьке уже полтора года, он кормится грудью только перед сном, но тут никто не возражает. Светкин рабочий «загул»- это для него самая настоящая разлука, даже если рядом родной брат и любимая тетка.

В детстве нас с сестрой отправляли к бабушке на дачу, и мама приезжала вечером в пятницу. Я изо всех сил старалась не заснуть до ее приезда. А воскресенье — был мой черный день. Мама уезжала на работу, и нельзя было плакать, чтоб ее не расстраивать, а не плакать с самого утра никак не получалось. Светка шипела «ты что, маму не любишь?!» От этих слов я вообще рыдала навзрыд. Бабушка только вздыхала, мама нервничала, сердилась, все шло наперекосяк. Светка была уже большая, осенью — в первый класс, значит, мне было года три. Когда мама приезжала, у меня начиналось счастье, только мамы было всегда мало. Хотелось ее трогать, прижиматься к ней, утащить ее сумочку, примерить ее городские туфли, а бабушка и Светка говорили потом, что я была жутко избалованная и требовала себе все внимание. И только и делала, что плакала, особенно когда мама приезжала. Мне было очень жалко себя без мамы, это я отлично помню, и делиться ею не хотелось ни с кем. Пусть бы они забрали себе и черешню, и карамельки, только бы оставили мне мою маму.

Предыдущее лето Светка провела со своим старшим сыном Игорьком и Федькой на даче безвылазно, а этим летом начальник слезно просил ее полторы недели поработать, пока не пройдет аврал. Светка поохала, но, конечно, согласилась. На семейном совете решили, что эти полторы недели город без меня обойдется, а я за это время отдохну от своих бесконечных статей, и Федьку заодно окончательно отлучат от груди.

На даче, среди клубники, любящей бабушки и сверстников в песочнице Федька проявлял чудеса покладистости. Он ходил за бабушкой хвостиком, играл в ладушки, лепил куличики и о маме, казалось, почти не вспоминал. Ночная бутылочка с молоком отлично заменила материнскую грудь, мальчик, по настоянию бабушки, даже вылез из памперсов, по вечерам, конечно, скисал и куксился, но в целом все было нормально. Мы с Игорьком развлекались на речке и копали огород, пока бабушка пестовала младшенького внучка, и эта идиллия продолжалась целую неделю. А потом из города вернулась уставшая, но заметно похорошевшая и соскучившаяся мать-трудоголик. Накануне ее приезда Игорь весь день объяснял Федору, что завтра приедет мама. Федька радовался слову «мама», вместе с братом рисовал плакат «Добро пожаловать» (мазюкал кисточкой в указанных местах), собирал ягоды для компота и пирога, хохотал и гонялся за бабушкиным котом. Завтрашняя встреча должна была пройти на высшем уровне. Бабушка готовилась предъявить обоих внуков, румяных, загорелых и умненьких. Младший при этом уже умел ходить на горшок и безболезненно отлучился от груди, а старший читал целыми предложениями и считал до ста.

Светка приехала с утренней электричкой, мы с Игорьком, взяв велосипеды, встретили ее на станции. Гордо везя тяжелые сумки на багажнике, подошли к дому, а там бабушка и Федор должны были выйти навстречу, чтобы Федька вручил маме букет полевых цветов. И тут началось. Федька бросил букет и… спрятался за бабушку. Торжественная встреча пошла насмарку. Весь этот день у нас на руках было чудовище. Федор ныл, плакал, отказывался есть суп, орал и капризничал. Попробовали уложить спать — нет, и спать тоже не хочет. Маму то хватал за руки, то отталкивал и сам отворачивался, так что бабушка, в конце концов, замахала на нее руками и выгнала из спальни. Игорь предлагал убить свинского братца, а Светка чувствовала себя предателем и нервно курила на веранде. Я уверяла ее, что малыш всю неделю был просто паинькой и только сейчас на него что-то нашло. Впрочем, через какое-то время Федор все-таки уснул и, конечно, написал в постель. Проснулся он теплым, мягким и хнычущим. И первое, что сделал, увидев маму, просиял, залез к ней на ручки и достал грудь. Молоко у Светки еще не кончилось, а теперь, похоже, не кончится до зимы.

На следующий вечер, уложив Федьку и поцеловав Игорька, Светка уехала в город. Утром мой младший племяш пошел искать маму, похныкал немножко, нарвался на старшего брата, и Игорь устроил Федьке настоящее промывание мозгов. Последний аргумент «ты что, маму не любишь?» напомнил мне мое далекое детство и сразу все расставил на места. Конечно, он любит маму. Очень любит, настолько, что его крохотное сердце не в силах справиться со своей слишком большой любовью. Я взяла Федьку в охапку и прошептала ему: «Она вернется, маленький! Вот увидишь, мамы всегда возвращаются!»

Марина БОГДАНОВА

История вторая

Я так скучала по тебе!

Ура! Мама приехала! Все ее целуют, обнимают. Потом она, уставшая, забирается с ногами в кресло или на диван, и в обнимку с кружкой чая начинает рассказывать, что с ней произошло за это время. И все готовы оставить свои дела и слушать ее рассказ. Все, кроме самого младшего. Он не хочет ничего слушать, всех дергает, задирает, впадает в истерику из-за пустяков. Одним словом, ведет себя дико и странно. Никакие разговоры и уговоры не помогают. И продолжается этот кошмар долго — до тех пор, пока, приехавший член семьи перестает быть «приехавшим».

Когда я впервые столкнулась с такой ситуацией, хотелось просто перетерпеть и забыть, как плохой сон. Но это стало повторяться с завидным постоянством и превратилось, можно сказать, в непременный атрибут встречи любого родного человека. Начались «воспитательные меры» с уговорами (будь умницей, веди себя хорошо) и родительские самокопания. Бабушка заявила, что у ребенка тяжелый характер и склонность к ревности. Папа решил, что мы его совершенно распустили. А я загрустила. Почему такой взрыв отрицательных эмоций? Ведь мы все его так любим. И он нас любит, может быть, даже еще больше.

Но каждый раз, когда кто-то из домашних возвращался после долгой командировки, повторялось одно и то же — дикие выходки и капризы.

Я внимательно следила за развитием ситуации. Но ничего странного в поведении взрослых не находила. А ведь ребенок явно реагирует на какую-то нашу ошибку. И я попыталась взглянуть на все немного со стороны. Ну, вот, я приехала. Меня встречают, я всех целую и обнимаю. Но моя встреча с родными начинается гораздо раньше: еще в дороге я думаю о них, представляю себе, как они меня встретят, переживаю. И вот, переполненная любовью, я попадаю в их объятья. Первые мои слова, жесты и действия, конечно — для всех сразу. А потом… Потом я много-много говорю. Со всеми, но главное — с мужем. И в результате получается, что до мужа я доношу то самое сокровенное, что накопила для них в разлуке. И разлука наша заканчивается встречей. А малыш? Ему повезло меньше. Ведь «здравствуй, мамуля» и поцелуй на виду у всех — это не встреча двух горячо любящих людей. Мне показалось, что я нашла наше слабое место…

И вот я опять в отъезде. У меня много работы, встречи, люди, эмоции.

Но вечерами я размышляю о своих родных. И теперь уже думаю о том, как я по-новому встречусь с сыном и как буду учить его встречаться. Да, я потрачу гораздо больше времени, но я обязательно расскажу ему, сначала ему одному, о том, как я по нему скучала, как вспоминала его лицо, его движения и голос. Расскажу, что я делала, где была, кто передавал ему привет. Мы крепко обнимемся, и я повторю еще раз, как я рада, что мы опять все вместе. Я буду учить его любить — в любви ведь так важно уметь не только чувствовать, но и передавать свои чувства.

Опять выходной. Я опять еду домой, думаю о предстоящей встрече и радуюсь, что уже не буду зависеть от ситуации. Теперь я буду ее менять. Расстояние между нами все сокращается, я уже вижу встречающих. Вот они машут мне. Я иду. Я пришла. Здравствуйте, мои хорошие! Каждому — приветственное слово и поцелуй. Ну а теперь, ты, малыш. Нет, я не отвожу его в сторонку. Мы стоим здесь же в толпе народа. Но я присаживаюсь на корточки и обнимаю его неспешно и нежно. Как будто никого вокруг нет. Только мы вдвоем.

— Я очень по тебе скучала, родной. Я так рада тебя видеть. Я все время думала о тебе, вспоминала твое личико, твой голосок… Мне тебя так не хватало! И чай приходилось наливать самой, и «ягодки» никто не приносил, — я перевожу дыхание и вижу, что все правильно, что найдены правильные слова, те самые, которые обязательно надо было услышать моему маленькому мужчине, чтобы понять, что я вернулась домой. И он меня встретил.

— Мамуля, я тоже очень скучал, мы целый день собирались тебя встречать, мы с папой всегда разговаривали, думали, как ты там без нас. Я тебе так много нового покажу! Я так рад, что ты приехала, мама. Я так рад, что мы опять вместе! А что ты без нас делала?

И я рассказываю ему (и всем) о своей поездке. Мой мальчишка счастлив и спокоен. Куда подевался тяжелый характер и склонность к ревности? От распущенности и избалованности не осталось и следа. Осталась только наша любовь. Это была моя победа, наша победа. А все решили, что малыш просто вырос.

Катарина ПРОХОРОВА

Священник Иаков Амбарцумов, настоятель церкви Святого апостола Павла при Мариинской больнице, клирик церкви во имя Коневской иконы Божией Матери на подворье Коневского Рождество-Богородичного мужского монастыря (Санкт-Петербург)

Ребенка нужно привести к самому себе

Разложить по полочкам, почему ребенок капризничает, невозможно. Очень часто причина капризов кроется в недостатке родительского внимания. Детей нельзя полностью предоставлять самим себе. Даже если они ходят в садик, родителям все равно надо с ними заниматься, уделять им время и внимание. И чем больше родители будут выделять на это сил и времени, тем больше любви они получат в ответ.

Труднее всего находить контакт с детьми, когда дети просто брошены. Не обязательно брошены в буквальном смысле: мама и папа работают, ребенок целыми днями в детском саду, в школе… Таких детей понять очень тяжело. Бывает, что мама, появляясь изредка в жизни ребенка, требует от него проявления любви, или папа, не видя детей сутками, приходит и начинает их воспитывать и наказывать.

Случается, что своими капризами ребенок испытывает терпение родителей. В любых капризах важно не терять спокойствие духа: родители никогда не должны забываться, а совесть всегда подскажет, как себя вести. Никаких шаблонных решений предложить невозможно. Важно не впадать в крайности и всегда держать себя в руках. Можно и ремнем ребенка шлепнуть, когда он себя действительно плохо ведет. Но важно помнить, что при наказании должна страдать не плоть, а совесть. Дети очень чувствуют, когда взрослый впадает в ярость, и их это даже подзадоривает. Наказывать ребенка надо в спокойном состоянии духа. Но современный человек не может спокойно наказывать детей, люди сейчас нервные, они сразу впадают в крайности…

Очень важно внимание к детям и духовное христианское воспитание. Начиная с двух лет, когда дети уже понимают, о чем с ними говорят, они очень любят слушать о Боге. Если о  Нем с ними понемногу говорят мама или папа — это дает хороший результат. Любовь к Богу и понимание веры заложено в ребенке изначально, и это надо развивать. Дошкольников следует обязательно водить в Церковь, а в школьном возрасте, учитывая то, что дети учатся, да еще посещают всякие спортивные секции, хорошо бы водить их в храм раз в две недели. А если ребенка не водить в Церковь, то он никогда так и не привыкнет к ней, никогда ее не полюбит. То, что закладывается в младшем школьном возрасте, уже не заложишь в юношеском. Конечно, водить в Церковь детей — это подвиг для мамы. Помню, нас мама водила в Церковь целой гурьбой: кто-то шел сам, кто-то в коляске, а прохожие показывали на нас и говорили: «Вон, поповские в храм идут». И когда мы стали подрастать, то стеснялись этого и просили маму идти одной, а сами шли отдельно. После десяти лет (иногда позже) начинается переходный возраст, и выясняется, что ребенок исчерпал свои прежние взгляды о Боге и ему необходимо что-то новое. В этом возрасте нельзя давить на ребенка в вопросах веры.

Не существует двух одинаковых семей и двух одинаковых детей. Кому-то достаточно просто строгого слова, а кого-то надо и шлепнуть. У меня трое детей, и все они разные. К старшей, Лизе, надо обязательно пробиться, как-то достучаться до нее, случается, что и наказать. Средняя – Саша — очень тонкая натура, все очень быстро схватывает, ей достаточно один раз сказать, а резкими методами можно нанести ей психическую травму. У младшего, Коли, свои особенности… Каждая мать знает своего ребенка, чувствует, на кого из родни он похож и может предположить, какие к нему лучше применять способы воспитания. Чтобы правильно воспитывать ребенка, нужно постараться посмотреть на него со стороны, отрешиться от своего «Я» и увидеть в нем существо в какой-то мере не похожее на взрослых. Это очень важно.

Нельзя стараться привести ребенка к тому, чего мы хотим. Ребенка надо приводить к самому себе. И задача родителей — увидеть его уникальность, а потом методом проб и ошибок помочь ему найти такой жизненный путь, который бы максимально соответствовал его способностям. Родители, так же как и священник в пастырском руководстве, не должны принуждать ребенка быть таким, как они. Важно смотреть на человека, по словам митрополита Антония Сурожского, как на очень нежное растение, бояться повредить ему, и создавать ему условия для развития. Это большое искусство, и современные родители едва ли им владеют, потому что заняты либо собой, либо работой. Редко встретишь женщину, которая все свои силы отдает воспитанию ребенка. Но тут как раз все просто: будет внимание и любовь — будет и контакт с ребенком, не будет — ничего не поможет, никакие воспитательные меры не спасут. И чем старше будет он становиться, тем больше будет возникать сложностей. Нужно самим научиться правильно выражать свои чувства, тогда и ребенок этому научится — это единственный способ.

Ирина ЛЕВИНА, психолог

Любви слишком много не бывает

Любые капризы и «дикие выходки» — это всегда сигнал для родителей. Поведение детей часто обескураживает, просто не знаешь, что делать, руки опускаются… Или наоборот, в руках появляется ремень. Но если выходки повторяются часто, стоит задуматься о причине происходящего.

Возможно, ребенку не хватает родительского внимания и любви, и он таким способом пытается его привлечь. Внимание не всегда можно измерить объемом проведенного вместе времени, скорее — степенью интереса к жизни ребенка, его проблемам и делам. Иногда родители боятся, что избалуют ребенка вниманием. Но может ли быть слишком много любви? Думаю, нет. Другое дело, что часто, когда ребенок просит любви, ему дают конфету или игрушку. А когда он своим вызывающим поведением кричит о том, что ему не хватает любви, что он не уверен, любят ли его, в ответ его наказывают. Тогда у ребенка может сформироваться странная форма получения «любви и внимания» родителей — хотя бы в виде наказания, и он будет использовать этот способ общения за неимением другого: ведь родители не взаимодействуют с ним только по поводу его безобразного поведения. И выходки будут повторяться, провоцируя их. Есть индонезийская пословица: «человек любит то, что ценит, ценит то, что понимает, а понимает то, чему научился». Ребенку действительно важно научиться открыто выражать свои чувства и получать любовь и внимание в обычных ситуациях взаимодействия, а не окольными путями.

Из ряда вон выходящие поступки могут быть и стремлением ребенка испытать мир вокруг себя на прочность, понять, что можно, а чего нельзя делать. В этом случае родителям важно быть постоянными в своих реакциях на его поведение, чтобы не получалось, что за одно и то же в одном случае (когда у папы хорошее настроение) — ничего не будет, а в другом (когда папа пришел усталый с работы, а тут еще и ребенок, в который раз ходит без тапок чистыми носками по полу!) — его накажут. Ребенку очень сложно выстроить свою внутреннюю картину мира, понять, что правильно, а что нет. И если мир вокруг противоречив, если реакция на его поведение часто зависит от настроения родителей, нет постоянства и последовательности в воспитании, он может вырасти достаточно тревожным, или научиться манипулировать сначала домочадцами, а потом и другими близкими людьми.

Если капризы и «дикие выходки» повторяются очень часто, происходят спонтанно, и родители чувствуют, что сами уже не справляются, стоит обратиться к специалисту — детскому или семейному психологу, психотерапевту.

Есть один интересный тест: родителей просят перечислить качества, которыми им бы хотелось, чтобы обладал их ребенок, и они старательно исписывают листки бумаги — хочется-то ведь вырастить по меньшей мере Эйнштейна с сердцем матери Терезы! А потом их просят выбрать из списка те качества, которыми они сами обладают… Список стремительно сокращается. Но родители могут научить ребенка только тому, что умеют сами. Ровно настолько, насколько они умеют любить, заботиться друг о друге, настолько они смогут воспитать в ребенке эти качества и научить его выражать свои чувства. Никакие воспитательные меры и нравоучения в отрыве от реального опыта жизни в любви — не помогут. Таким способом можно лишь социализировать ребенка: научить его, как следует вести себя в той или иной ситуации: когда приезжает мама, приходит в гости бабушка и т.п. — но это будет лишь внешне усвоенное поведение, никакого отношения к реально переживаемым чувствам не имеющее.

Дети копируют поведение родителей, подражают им, причем улавливают не только внешнюю сторону, но и внутренние нюансы поведения взрослых, и копируют их отношение к миру, другим людям, самим себе, Богу. Они впитывают все это и усваивают безоценочно. Потом, уже в более взрослом возрасте, они будут переосмысливать свои жизненные устои, а пока они малы — они творят свой мир с мира своих родителей, самых значимых для них взрослых. С одной стороны, ребенок всегда является отражением всего происходящего в семье, с другой — все семейные нестроения, неурядицы отражаются на нем.

Дети часто бывают не похожи на своих родителей. Например, у очень эмоциональной мамы может родиться ребенок с менее ярким темпераментом, которому не свойственно внешне сильно выражать свои чувства. И маме будет казаться трагедией, что сын не бросается ей на шею при встрече. Но значит ли это, что он менее глубоко переживает происходящее? Ребенок, каким бы он ни был маленьким, — отдельная самостоятельная личность, которую Бог от рождения наделил многим: это и особенности функционирования нервной системы, и физические, интеллектуальные и прочие задатки, необходимые для реализации единственного и неповторимого замысла Творца об этом человеке. Случается, что родители воспринимают ребенка, как свою собственность, и желают, чтобы он вел себя и чувствовал так, как они хотят. Но когда к ребенку относятся как к личности, имеющей право на свое мнение, желания, чувства, когда его любят и готовы дарить ему (а не тратить на него) свое время, когда родители стараются угадать его способности (а не навязать то, чего хотелось бы им) и направить его, когда в семье доверяют друг другу и открыто обсуждают сложности, тогда создается атмосфера, которая помогает ребенку вырасти в человека, способного максимально реализовать Божий замысел о себе.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (3 votes, average: 4,67 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.