Пустые одежды

или С каким язычеством бороться?

Этим летом в России вдруг закипела борьба с нептунизмом. Началось все тихонько, с письма батюшки, служащего в  маленьком городе Россошь,  в районную администрацию:  зачем, мол, нам этот Нептун  на районном празднике, языческие это все затеи, прихожане выражают недовольство. Местные газеты  тут же об этом написали, центральная пресса подхватила, поднялся шум. Самое интересное, что Нептун на том самом районном празднике был в прошлом году, а в этом его даже не вписали в сценарий, так что все кипение вообще оказалось напрасным.

Но горшочек уже начал варить кашу, и некому было сказать «горшочек, не вари». СМИ стали задавать вопросы тяжеловесам среди православных спикеров — о. Андрею Кураеву и о. Всеволоду Чаплину, и оба ответили, что не следует заигрывать с темными сущностями. Неведомый источник в командовании ВМФ заявил агентству «Интерфакс-Религия», что никаких подозрительных нептунов на военно-морских праздниках больше не будет. Во Владивостоке тридцать человек вышли на пикет  в защиту традиционного Нептуна.  Представитель ВМФ официально опроверг заявление об изгнании Нептуна с флотских праздников. Нептуноборчество прочно закрепилась в главных новостях дня.

Интернет все это время стоял на ушах: еще бы Бабу-Ягу запретили. Список-то неисчерпаемый. «Одиссею» с «Илиадой». Домовенка Кузьку. Русалку, которая на ветвях сидит, и русалочку, которая «откуда ты, прекрасное дитя», и андерсеновскую, и диснеевскую. «Между прочим, в русском фольклоре русалки — представители мира нечисти, их культ связан с культом мертвых, он родственен культу зомби. Зачем нужна романтизация этого мира детям?» — пишет о. Андрей Кураев; в самом деле, давайте уже уберем из программы шестого класса «Майскую ночь, или Утопленницу»: «Левко посмотрел  на  берег:  в  тонком  серебряном  тумане мелькали  легкие,  как  будто  тени,  девушки в белых, как луг, убранный ландышами, рубашках; золотые ожерелья, монисты, дукаты блистали на их шеях; но они были бледны; тело их было как будто сваяно из прозрачных  облак  и  будто  светилось  насквозь  присеребряном  месяце»… В самом деле, зачем детям романтизация этого мира? На свалку Гоголя с его сомнительными чертями и колдунами. «Жизель» тоже хорошо бы снять со сцены, один соблазн.

Говорят, все эти русалии в нашем мире — признак усиления современного язычества. Но сам праздник Нептуна, сколько я его помню, вообще не меняется. Зимой Дед Мороз в тулупе, с привязанной бородой, с посохом, в сопровождении Снегурочки — летом Нептун в тельняшке и простыне, с привязанной бородой, в сопровождении русалок. Оба сомнительного языческого происхождения. И вроде никто не стал за последнее время серьезней относиться к Нептуну, чем во времена моего пионерского детства — или даже во времена Крузенштерна, на чьих кораблях ряженый Нептун поливал матросов водой аж в 1803 году.

Про Нептуна нам, несмышленышам, всякий раз поясняют: он — языческий бог, участие в празднике Нептуна есть участие в языческом ритуале.

Нептун на районном празднике в Москве. Фото — http://commons.wikimedia.org/wiki/

В «Деяниях» говорится, что Апостол Павел «возмутился духом при виде этого города, полного идолов». А ведь эти возмутительные идолы для нас сегодняшних — прекрасные античные статуи. Одно из самых первых и сильных впечатлений моего детства — безупречной красоты статуи Венеры и Аполлона в городском оперном театре. А в апостольские времена они были идолами, предметами живого поклонения, реального культа. Этот культ давно умер (ну кто из нас знает хоть одного человека, в самом деле поклоняющегося  Аполлону или Асклепию? кто видел хоть одно действующее святилище?). А от языческих ритуалов осталось символическое бросание монетки в море, «чтоб вернуться».

Когда сражаются с праздником Нептуна, как с настоящим языческим культом, неловко смотреть. Это как с перепугу сражаться с чучелом, кидаться с копьем на пустые рыцарские доспехи, приняв их за живого рыцаря.

Этот культ давно умер, от грозных богов остались пустые одежды. Осталась великая культура, которая лежит в фундаменте и европейской, и русской культуры — и смешно делать вид, что ее нет. И некоторые «языческие персонажи»— Фемида, к примеру, или Ника, или девять муз — в этой культуре символизируют не «темные духовные силы», по выражению о. Всеволода Чаплина, а совершенно другое, так уж вышло исторически. А если кто Эсхила ставит? А если  студенты на капустнике изображают олимпийских богов и произносят гекзаметром смешную чушь?  Это они «начинают играть в какую-то неведомую духовную силу»? Они «вступают с ней в контакт», и «это может отразиться на их жизни, сознании и судьбе», как предупреждает всех переодевающихся в языческих богов и нечистых духов отец Всеволод?

Когда с пустыми одеждами начинают бороться всерьез, когда вопросы нептуноборчества приходится поднимать на уровне командования военно-морским флотом страны, это уже не смешно.  И плакат «Нептун, спаси и сохрани» — тоже не смешно.

В нынешних праздниках Нептуна много дуракаваляния, но язычество из них давно выхолощено.

Современное язычество — оно другое. Оно не ходит с бородой из мочалки. Оно  обвешивает ленточками деревья вокруг монастырей — хоть православных, хоть дацанов, — вокруг бел-горюч-камней и пригорков. Современное язычество ест лепесточки от цветочков с иконочки, заедает песочком с могилушек, запивает нашептанной водичкой и мажется маслицем. Современное язычество верует в детей индиго, занимается йогой и сыроядением и проповедует естественное родительство: тут вам и Луиза Хей, и динамическая медитация, и целительные энергии.

Но воевать с мочальной бородой гораздо легче.

Но иногда и дуракаваляние ставит тебя перед неожиданным выбором. Меня однажды занесло на праздник, частью которого было явление Нептуна — глупое и вызывающее ужасную неловкость, как обычно бывает, когда сценарии праздников пишут плохими стихами пионервожатые на пенсии. Каждый гость мероприятия должен был встать на колени перед замотанным в штору Нептуном, русалки в цветных париках надевали гостю  на шею косынку  с фирменной символикой и давали выпить что-то тоже символическое. Вставать на колени никто особо не хотел независимо от вероисповедания — но, чтобы не портить праздник, люди с вымученной улыбкой преклоняли одно колено или хоть склоняли голову. Я по журналистскому статусу от участия в веселой затее была избавлена; кто-то из гостей, улыбнувшись, развел руками — мол, нет, ребята, не буду, религия не позволяет.

Был ли это языческий обряд? — нет. Но было предложение преклонить колени перед образом языческого бога, пусть даже с мочальной бородой. А этого вполне достаточно для христианина, чтобы сказать: я не играю.

Этого достаточно: не буду, не играю. Если соседские дети вырезают из тыквы фонарь на Хеллоуин, ставят  в окно и являются в костюмах привидений требовать у тебя конфет — можно дать, можно не давать, можно сказать, что считаешь этот праздник нехорошим, но не надо писать кляузы в органы опеки, что родители вовлекают детей в сатанинские практики. Если дети в школе после уроков празднуют Масленицу или после уроков на Светлой катают яйца, а у вас семья не празднует, — достаточно не участвовать самим; нет нужды размахивать оскорбленными чувствами и требовать запретить праздник всей школе.

Тут и консенсус искать долго не надо: одним — не стоит вынуждать других падши поклоняться пусть даже и ряженому с мочальной бородой. Другим — не стоит с паучьей серьезностью искать крамолы в играх и сказках, запрещать русалочек, на государственном уровне бороться с ряжеными и спасать детей от домовенка Кузьки или Гарри Поттера.

А если кто хочет быть ревнителем благочестия а ля протопоп Аввакум — так тут такое поле непаханое… Есть чем заняться, кроме как русалок гонять.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.