Предлагаемые поправки к закону об объектах культурного наследия нарушают принципы свободы совести, – Александр Щипков

Законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон «Об объектах культурного наследия» и отдельные федеральные законы», согласно которому некие общественные организации могут получить право в любое время беспрепятственно инспектировать объекты культурного наследия, в том числе православные храмы и другие религиозные объекты, провоцирует гражданский конфликт, уверен первый зам. председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, член Общественной палаты России Александр Щипков.

«У российских верующих вызывает тревогу возможность санкционированного законом вторжения неких «контролеров» в храмы, монастыри, скиты, кельи, семинарии и так далее под предлогом «служения культуре» и «сохранения наследия». Это грозит прямым вмешательством в богослужебную практику… Это вдвойне печально, поскольку удар в итоге придется не только по выбранной жертве — в данном случае по верующим, — но и рикошетом по самой культуре», – пишет Александр Щипков в своей статье «“Культурные” надзиратели и права верующих».

Материал по теме


Мир утопий, или Еще раз о церкви и государстве

Звучащие сегодня в адрес Церкви многочисленные обвинения грешат поверхностностью и искажениями фактов. Церковь просто занимается тем, чем и должна, считает председатель Синодального информационного отдела Владимир Легойда.

«Рамки и критерии этого контроля никем и ничем не определены. В сущности, перед нами карт-бланш на создание неких негосударственных чрезвычайных контролирующих органов в области культуры, деятельность которых будет некому проверить на соответствие правовым критериям. Невольно напрашиваются исторические сравнения с хунвейбинами и комсомольскими бригадами первых лет советской власти», – добавляет он.

Первый зам. председателя Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ напоминает, что надзор за культурным наследием уже осуществляется государственными органами — от Генпрокуратуры и Минкультуры до Роспотребнадзора и МЧС на основании четко прописанных правил.

Церковь же, по его словам, являющаяся, согласно регистрации в Минюсте, общественной организацией, объединяющей верующих граждан, и так отчитывается перед государством о текущей уставной деятельности, за исключением духовных аспектов, связанных с Таинствами, и потому прикровенных.

«С точки зрения верующих, этого более чем достаточно. Введение же норм, допускающих инспектирование одних общественных организаций другими, противоречит принципам гражданского согласия и провоцирует прямые общественные конфликты в России», – отмечает Александр Щипков в своей статье.

«Необходимо особо подчеркнуть, что, согласно предлагаемым поправкам, «религиозные организации не могут выступить в качестве учредителей общественных инспекций». Таким образом, в соответствии с логикой законопроекта одни общественные организации ставятся над другими и их контролируют. Если при этом учесть, что первые — светские, а вторые — религиозные, получается элементарная дискриминация по признаку отношения к религии. Здесь имеет место прямое нарушение конституционных принципов свободы совести», – продолжает он.

По мнению представителя Церкви, в своем нынешнем виде поправки ведут общество к гражданскому конфликту и вызовут рост социального напряжения между светскими и религиозными организациями, поскольку первым делегируется право надзирать за вторыми в культурно-имущественных вопросах.

«Такая форма неравенства, разумеется, совершенно не допустима, и российские верующие, как православные, так и представители других религий и конфессий, никогда не смирятся с возникшей ситуацией. Причем обиднее всего то, что напряженная ситуация вызывается искусственно, так сказать, на ровном месте, без всяких социальных предпосылок, исключительно с помощью юридического крючкотворства», – подчеркивает член Общественной палаты.

Как отмечает Александр Щипков, данная инициатива стала новым, уже четвертым, витком антицерковной кампании, которая началась в 2012 году с серии провокаций с участием представителей так называемого актуального искусства.

Пиком первого этапа стало прямое вторжение в храм Христа Спасителя. Потом известный бизнесмен развернул кампанию по принятию специального «Религиозного кодекса», а затем последовало долгое сопротивление включению теологии в список дисциплин ВАК. Настоящий законопроект, по мнению автора, можно считать следующим, четвертым этапом кампании.

«Нужен ли нам законопроект, несущий с собой груду новых проблем, как в сфере культуры, так и в области правопорядка? Не нужен», – резюмирует Александр Щипков в своей статье.

 

Фото пресс-службы Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ

Редакция
рубрика: Авторы » Р »

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • А.П.
    Июль 24, 2017 22:27

    Здравствуйте. Изучение научной литературы разных направлений на русском языке, переведенной с англ.языка – государственного языка государств Англии, США и других, и сопоставление этих переводов с текстами на английском языке уже более 15 лет дает основание утверждать, что переводы зачастую не учитывают тонкости начала и развития истории этих государств, метафоры англоязычной литературы, намеки и обобщения, витиеватость смыслов, т.н. “междустрочие” и личность научных работников, среди которых представители язычества, масонства, сектантства; игру слов, смещение акцентов, подоплеку политическую, экономическую, филологическую, захватническую с лихоимством, да и военную ситуацию, смешение культур в государствах, защиту ими т.н. интересов своих государств, коммерческих структур, а то и олигархов, выходя на рынок (чем уже становится и наука) в Россию (и вообще к славянам); путание экономики с хрематистикой; и многое другое, о чем поверхностное знакомство с текстом перевода информацию не предоставит. Не о подозрительности речь. А о том, что приходилось работать с иностранными текстами и выявлять многие несоответствия в том, что они “имели в виду” с тем, что у нас можно сделать, а чего делать категорически нельзя, потому что тогда это будет не наша держава, не наш подход к человеку в государстве. Учитывать следует и то, что сегодня одна глава Всемирного наследия ЮНЕСКО, завтра – другой голова со своим личным отношением к православию и древней истории Руси, к народу нашему. Эвтаназии, ликвидации матки, чтоб детей не было никогда из-за любви к комфорту; призывы сменить пол по капризу; воздавание чести экскрементам, называя их героями в мультфильмах; другие непотребства, поддерживаемые на Западе и в США на уровне законодательства, сообщают обществословам Руси (России, Белоруссии, ДНР), что мы все более добро смешиваем со злом, а не отделяем, чтобы и йоты смешения не было. Всемирное наследие – это ведь может означать и то, что “Здравствуйте, на данной территории находятся объекты недвижимости (Наследство), которые Вам не принадлежат. Когда Вы подписывали Договор с нами, Вы нас не совсем правильно поняли. Мы под таким-то выражением имели в виду совсем-совсем иное. Извините. Просим предоставить прямой доступ к объектам, цена которых на рынке сегодня составляет столько-то миллиардов долларов США (или фунтов стерл.). – Простите, но это территория нашего государства, нами построенные здания и сооружения, храмы. – Увы, в этих храмах будет то, что ЮНЕСКО сочтет нужным сделать; откройте (читаем: “сотрите”) границы территории для открытого доступа к объектам, собственником которых Вы не являетесь; они не Ваши, а всех, глобально”. Предполагаю, что правильно прекратить раздавать всем наследство в виде объектов недвижимости, построенных, отреставрированных (а даже если и не реставрированных пока или уже почти развалившихся) и сохраняемых потомками государства Россия. Богу доверять надо, наверное. Идем как идем. Не дай, Бог, революции и пожары. Но коль и это испытание будет, значит пройти его надо, сплотившись внутри своего государства, отстроив потом разрушенное, оплакав покаянно грехи свои, но не утеряв самоопределение и веру в Бога. Передавая наследство наших предшествующих поколений в виде выстроенного ими для нас государства (где в том числе храмы, построенные уже нами) во многие руки ЮНЕСКО, мы лишаем потомков и наследства и государства. Одна внутренняя инструкция (в том числе устная) к многотомным научным текстам (и даже законам) может изменить весь смысл, а с ним историю государств мира. Прошу прощения, что написала это, не сдержала ся.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.