Православный журнал ''Фома''

статьи » Обратная связь » Вопрос номер один »

ОТДЕЛЕНИЕ ЦЕРКВИ ОТ ГОСУДАРСТВА

Январь, 01 2008 01:00

ОТДЕЛЕНИЕ, НО НЕ ИЗГНАНИЕ

Протоиерей Всеволод ЧАПЛИН, заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, Москва

Отделение Церкви от государства – это хорошо, если, конечно, не понимать под отделением изгнание Церкви и веры из жизни общества. Разделение Церкви и государства означает, собственно говоря, простую вещь – Церковь не несет функций государственной власти, а государство не вмешивается во внутреннюю жизнь Церкви. Кстати, так происходит не везде – в частности, в некоторых странах и до сих пор монарх назначает епископов, а Церковь имеет фиксированное количество мест в парламенте.

Не думаю, что это правильная система, поскольку принятие на себя Церковью функций гражданской власти неизбежно приводит к тому, что Церковь вынуждена кого-то карать, кого-то ограничивать. Но ведь она должна быть открыта для всех – даже для преступников и для людей, осуждаемых обществом.

В то же самое время, не нужно пытаться трактовать отделение Церкви от государства как запрет на христианскую деятельность в тех или иных сферах жизни общества. Отделение Церкви от государства означает только то, Церковь не имеет функций власти, и вовсе не означает, что она не должна работать в школе, присутствовать в общенациональных СМИ, не означает отсутствия у христиан прав руководить, исходя из своей веры, политикой, экономикой и общественной жизнью своего государства.

СВЕТСКОСТЬ ГОСУДАРСТВА — ЭТО НЕ АТЕИЗМ

Андрей ИСАЕВ, председатель комитета Государственной думы РФ по труду и социальной политике, Москва

Для современного мира это, безусловно, хорошо. Потому что государство в нынешних условиях неизбежно является светским, и нейтральным. Только таким оно и может быть в многоконфессиональной стране, а сейчас, в условиях глобализации, такими становятся практически все страны. Я считаю, что именно таким образом государство может избежать злоупотреблений, столкновений между религиями. С другой стороны, и Церковь в этом случае не несет ответственность за все действия государства и не оправдывает их. Что тоже верно и правильно. Поэтому мне кажется, что такая юридическая независимость, невмешательство государства в дела церкви и невмешательство Церкви в светскую политику государства должны быть.

Отделение Церкви от государства, его светскость не являются его атеистичностью. То есть это не означает, что государство обязано проводить атеистическую политику, становиться на одну-единственную точку зрения. Ничего подобного! Оно должно сотрудничать с Церковью, как с любым другим общественным движением (а Церковь, несомненно, позитивное и массовое общественное движение). Государство должно создавать нормальные условия для деятельности церковных институтов, равно как и для деятельности любых других институтов гражданского общества. Очень важна совместная работа Церкви и государства в вопросах сохранения национальных культур, традиций, национальной самобытности и идентичности.

То есть государство не обязано быть стопроцентно нейтральным – оно должно быть нейтральным исключительно в том смысле, чтобы никому не навязывать идеологию.

Фактически нигде в мире, кроме тоталитарных и идеологизированных стран, отделение Церкви от государства не мешает, например, присутствию капелланов в армии. В большинстве стран мира оно даже не трактуется как норма, исключающая преподавание религии в школе за государственный счет. Поэтому утверждения, что президент не может быть верующим человеком, что в школе ученики не могут по собственному свободному выбору изучать основы православной культуры, что в армии не может быть капелланов потому, что Церковь отделена от государства – это подмена правовых и философских понятий. Это попытка закрепить ту позорную практику атеизации общества, которая досталась нам в наследство от времен атеистического тоталитаризма.

МЫ ЗА ЗДРАВОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО

Архиепископ Антонио МЕННИНИ, представитель Святого Престола в РФ, Москва

Чтобы ответить на Ваш вопрос об отделении Церкви от государства, я бы хотел обратиться к документам Второго Ватиканского Собора и, в особенности, к конституции “Gaudium et Spes” (“Радость и надежда”).

Пункт 76 конституции среди прочего утверждает: “В сферах своей деятельности политическое сообщество и Церковь автономны и независимы друг от друга. Однако и Церковь, и сообщество служат, хотя и на разных основаниях, личному и общественному призванию одних и тех же людей. Своё служение ради всеобщего блага они будут нести тем успешнее, чем лучше они будут развивать здравое сотрудничество между собою, принимая во внимание условия места и времени. Ведь человек не ограничивается одним лишь земным порядком: живя в человеческой истории, он полностью хранит своё вечное призвание. Церковь же, основанная на любви Спасителя, содействует тому, чтобы в пределах каждой страны и между различными странами ещё более процветали справедливость и любовь. Проповедуя евангельскую истину и просвещая все области человеческой деятельности своим учением и свидетельством, являемым верными Христу, она уважает и развивает также политическую свободу граждан и их ответственность”.

Из того, что утверждает Собор, следует и то, что Государство и Церковь, хотя разделенные и независимые, не могут и не должны игнорировать друг друга, поскольку служат одним и тем же людям, то есть гражданам, являющимся подданными государства.

Но эти люди, кроме того, имеют право на то, чтобы государство признавало и защищало их основные духовные права, начиная со свободы вероисповедания. Поэтому Церковь и Государство призваны сотрудничать для общего блага личности и общества в формах, которые варьируются в разных государствах.

Католическая Церковь и Святой Престол всегда преследуют указанную цель здравого сотрудничества между Церковью и Государством для того, чтобы, как гласит, например, 1-ая глава Соглашения между Италией и Святым Престолом 1984 г., они могли содействовать “развитию человека и благу Государства”.

ШЕСТНАДЦАТЬ ЛЕТ БЕЗ КОНТРОЛЯ КГБ

Сергей ПОПОВ, председатель Комитета Государственной Думы РФ по делам общественных объединений и религиозных организаций, Москва

С моей точки зрения, реальное отделение Церкви о государства, состоявшееся еще шестнадцать лет назад, – это, конечно, благо для России. Возвращаться к режиму, когда Церковь контролировалась системой КГБ, когда деятельность церковных властей, деятельность любой религиозной общины ставилась под жесткий контроль, – это не просто шаг назад – это шаг в пропасть. Такое положение вещей нарушает все основные принципы свободы совести – то, что декларируется нашей Конституцией.

Сегодня высказываются предложения, связанные с необходимостью соединить определенные моменты в жизни Церкви и власти. Я считаю, такое движение навстречу друг другу должно быть направлено на то, чтобы и государство могло более эффективно помогать Церкви, и Церковь, со своей стороны, могла бы активнее участвовать в решении многих проблем, в первую очередь, социальных. Мне кажется, сегодня в России сложился самый оптимальный вариант взаимоотношений Церкви и государства. Церковь занимается важными проблемами в духовной сфере, но, помимо этого, участвует во многих общественных программах, поддерживает благие начинания власти. А государство, не вмешиваясь в дела Церкви, законодательно создает необходимые условия для ее существования и способствует нормальному, гармоничному развитию всех церковных институтов. Вот такой порядок для нашей страны, наверное, наиболее подходит.



ЛЮБОЕ ГОСУДАРСТВО, В СУЩНОСТИ, ТЕОКРАТИЯ

Олег МАТВЕЙЧЕВ, консультант Управления Президента Российской Федерации по внутренней политике, Москва

Мнение, что Церковь должна быть отделена от государства, вовсе не является какой-то абсолютной истиной. Это всего лишь одна из существующих концепций, причем возникшая сравнительно недавно. На то были определенные исторические причины, но, к сожалению, все закончилось не простым отделением Церкви от государства, а упадком духовности, гонениями и даже чуть ли не уничтожением Церкви.

Постепенно страна начинает понимать, что ответственное, честное поведение в обществе и, прежде всего, на государственных постах невозможно гарантировать ни материальными выгодами, ни угрозами. Единственный стимул у человека (и особенно – у чиновника) быть честным, нравственно безупречным и ответственным – это стимул духовный, религиозный, а вовсе не материальный и не витальный. Государство, таким образом, вообще невозможно без нравственного воспитания. В сущности, любое государство в скрытом или явном виде – это теократия, и тем больше теократия, чем государство безупречнее с точки зрения нравственности, честнее и ответственнее.

Конкретные формы взаимоотношения Церкви и власти могут быть различны, но в любом случае это должен быть диалог, взаимопроникновение, а не подчинение одного другому и не использование одного другим. Это относится к обеим сторонам; доминирование любой из них – вредно. Необходимо сотрудничество, симфония, синергия. Разумеется, это мое личное мнение, а не официальная позиция.

ЦЕРКОВЬ КАК ГОЛОС СОВЕСТИ

Наталья НАРОЧНИЦКАЯ, президент Фонда исторической перспективы, доктор исторических наук, депутат Государственной Думы РФ, Москва

Полагаю этот вопрос уже несколько несвоевременным, ведь сейчас отделение Церкви от государства – уже давно свершившийся факт. Но необходимо правильно понимать содержание этого понятия. Если под этим понимают полное вытеснение Церкви на обочину общественной жизни, если Церковь превращается в некий клуб по интересам, вроде общества любителей изящной словесности, то это уже не отделение, а изгнание, даже гонение! Отделение Церкви от государства должно означать лишь одно: обществу не навязывается законодательно и непременно принадлежность к религии или религиозное восприятие действительности. Гражданин имеет право быть верующим или неверующим и это не означает лишение его гражданских прав и обязанностей или защиты государства. Церковь не имеет политической власти: она не назначает министров, не распределяет финансы и не выносит судебных решений, и, главное, не требует от граждан страны формальной принадлежности к вере. Это абсолютно нормальное положение вещей, и я уверена, оно устраивает обе стороны: и Церковь, и государство.

Совсем другое дело, что Церковь не может и не должна быть отделена от общества. Иначе она просто перестает быть Церковью, отказывается от своего смысла – нести Слово Божье и проповедь и от своей важнейшей социальной роли – быть гласом религиозной совести. Я сторонница самого активного сотрудничества Церкви и общества. В Церкви пробуждается человеческая душа, обращаясь к Богу, и Церковь помогает ей вспомнить нравственные ориентиры, задуматься о нравственном содержании поступка, быть терпимым к другим и требовательным к себе. В Церкви все побуждает человека быть в отношении своих сограждан воплощением осознанного долга. Не в этом ли, среди прочего, основа истинной гражданственности, что вряд ли смогут отрицать даже атеисты. В отличие от государства, Церковь не карает правовыми методами, не предписывает законодательно, но учит человека самому различать добро и зло, грех и добродетель. И человек, член социума старается собственным усилием жить не только правильно с рационалистической точки зрения, но и праведно, поступать в своей жизни не только как нужно, но и как должно. Иначе, лишенное веры, а, постепенно и нравственных ориентиров, прямо вытекающих из вероучения, общество постепенно и неизбежно оскотинивается.

Просмотров: (1719)

0 комментариев

Еще нет ни одного комментария!

На данный момент здесь нет комментариев, почему бы вам не добавить первый?

Написать комментарий

Написать комментарий

Ваш е-mail не будет опубликован.
Отмеченные поля обязательны для заполнения *

*

Все комментарии модерируются, модератор оставляет за собой право удалить комментарий. Комментарий появится только после утверждения.

Радио "Вера"

Сейчас в эфире:

Читайте также

О готовности отдать жизнь за Христа, или Чему церковная бабуся научила филолога

velikanov135 g

— А вот если бы вам сейчас за Христа смерть пришлось принять, а? И тут вдруг эта старая карга резко выпрямляется, швыряет тряпку на пол и буквально выкрикивает: — Да с радостью!..

Вера
 Читать всю статью

Евгений Миронов: "Унижение гордыни"

yevg.mironov_g

Задолго до Рождества Христова китаец Конфуций предупреждал, что мир изолгался, слова потеряли смысл, и нужно заново давать имена вещам и понятиям. Мы и сегодня часто смешиваем смирение с комплексом неполноценности

Интервью номера
 Читать всю статью

Имя Ольга: от княгини киевской до королевы эллинов и дочери Николая II

Olga -g

24 июля Русская Православная Церковь отмечает день памяти равноапостольной великой княгини Ольги.

Значения имен, История, статьи
 Читать всю статью