НАГОРНАЯ ПРОПОВЕДЬ-1. ЗАПОВЕДИ БЛАЖЕНСТВ

(МФ 5:2—12)

Призвав первых учеников, Христос проповедует в галилейских синагогах, уча и исцеляя. К Нему стекается народ; все больше людей сопровождает Его в пути, и не только галилеяне, но и люди из Десятиградия (Декаполиса, группы городов к востоку от Иордана), Иерусалима, Иудеи и Заиорданья.

И вот, Иисус взошел на гору и сел на вершине. Ученики расположились вокруг, а народ — на склонах.

И зазвучали впервые слова, названные затем Нагорной проповедью. Они прекрасно нам известны, но ради удобства читателей их следует здесь привести.

Нагорная проповедь. Карл Блох, 1890. 

Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное.

Блаженны плачущие, ибо они утешатся.

Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.

Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся.

Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.

Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят.

Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими.

Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство небесное.

Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня.

Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас.

Этот текст (за исключением последней полуфразы о пророках) поется по-церковнославянски на Литургии в качестве третьего антифона, то есть третьего из хоров, поющихся попеременно на клиросах.

Тем самым это очень-очень знакомые слова. Но, к сожалению, при частом и не очень внимательном повторении смысл не проясняется, а наоборот, подергивается туманом. Так вернемся же к нему, тем более что существующих толкований — море. Предлагается выбрать из них максимально единообразные и для начала договориться, что все эти заповеди относятся не к разным людям: каждый слышащий их призван относить к себе все. Христос не делит Своих на десяток категорий, а просит, чтобы каждый из нас стремился быть вот именно таким, соединяющим в себе все эти качества.

Теперь посмотрим, какие именно.

Столько всего написано-наговорено про нищих духом… Сколько сторонников получили при этом идеи материальной нищеты и неразумности… А ведь сказано донельзя ясно, и проще всего понимать это так же ясно: не нужно гордиться своим духовным совершенством, потому что все, что у нас по этой части есть, даровано нам Богом по Его милости, то есть в прямом смысле слова как милостыня нищим. Поэтому недействительны мысли и разговоры о степени «воцерковления», о духовном «стаже», о том, что, мол, «а можно, батюшка, я мужем поруковожу, а то он такой недуховный…». Лучше всего раскрывает никчемность таких горделивых построений старый добродушный анекдот о девице, которая говорит на исповеди: «Батюшка, я дошла до третьей ступени духовного совершенства по Иоанну Лествичнику». А батюшка отвечает: «Замуж. Замуж. Замуж». И все дела.

Разумеется, только нищие духом и могут войти в Царство Небесное. Гордящимся там не место.

О плачущих. Имеются в виду, разумеется, не капризные люди с расстроенными нервами, а те, кто оплакивает свое несовершенство и беды людские. Хороший пример — преподобный Давид Гареджийский (VI в.), грузинский монах, который однажды молитвенно задумался о мучениях женщин в родах и болезнях и заплакал от сострадания. От его слез пробился источник, вода которого до сих пор помогает больным и бесплодным женщинам. И ему молятся о благополучных родах и об исцелениях.

Для того чтобы плакать слезами сострадания, нужно иметь доброе, мягкое сердце. В глазах Христа это было важнейшей чертой человека. Упрекая за недостаточное понимание духовных истин, Он говорил про окаменевшие сердца, а вовсе не про недостаток ума. И чем же могут утешиться плачущие? — только исцелением тех вещей, о которых плачут: болезней, несчастий, несправедливости… Слезы их — Богу, и Он утешит.

А как понимать то, что «кроткие наследуют землю»? А вот так и понимать. Кроткие — значит не агрессивные. Если подумать — где они, воинственные народы древности? Да, побеждали, конечно, заливая землю своей и чужой кровью. А потом исчезали, и она переходила к другим. Это не значит, что кроткие не могут воевать. Могут, но не зверея. Об этом думать и думать.

Вот совершенно замечательные слова — об алчущих и жаждущих правды, которые насытятся. Ну не может человек жить без правды! Существовать может, но не как человек, а как белковое тело. А для того чтобы поддерживать человеческую жизнь, нужны не только белки, жиры и углеводы, но и правда; без нее — как без еды и воды: одолевают голод и жажда. И не нужно рассуждать о том, что правду хорошо бы еще и умело приготовить, а то ведь не поймут, людишки-то глупые, слабые… Правда нужна такая, какая она есть: Божия. Вне Него правды нет, а есть попытки свести человека к материальным и даже чисто физиологическим потребностям, провозгласив именно их сущностью жизни. Вранье. Можно цинично провозгласить, что «на самом деле» все лгут, хитрят, прячут подлые и корыстные желания за разными словами — и самому так и жить, и не верить в добро, честность и благородство. На самом деле это прямой путь к гибели. К сожалению, те, кто избрал этот путь, стараются увлечь за собой как можно больше народа. Мафиозный принцип — основа функционирования зла в падшем мире.

Ложь не насыщает, она только создает впечатление, что кроме нее ничего не нужно, потому что трудно переварить. Это как опилками питаться. А вот правдой насыщаются, и радостно чувствуют ее полноту и то, что она придает сил жить, действовать и продолжать идти к новым ее постижениям.

Милостивые будут помилованы. Лаконично переданное древнее «золотое правило»: поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. В ХХ веке одна монахиня назвала это «круговой порукой добра». Замечательно то, что в этот круг включается и Бог, и милостивые получают милость не только от людей, к которым проявили милосердие, но и от Него, позже сказавшего, что тот, кто помогает человеку, помогает тем самым и Ему. Христианство — удивительное учение: Господь всегда стремится быть с нами и ждет от нас ответного устремления.

Чистые сердцем увидят Бога. А что омрачает, загрязняет сердце? Злоба, зависть, ложь, алчность, грязная похоть, равнодушие… ну, и еще что-нибудь в этом же роде. Одним словом, пороки. А как же от них сердце очищать? Известное дело, постом и молитвой. Пост — хорошее средство для бодрости, а молитва должна быть совершенно конкретной и четко адресованной Создателю и Спасителю.

Тут есть одна деталь: чистота сердца — это не обязательно набожность. Существует замечательный рассказ митрополита Антония Сурожского о том, как он был неверующим подростком, но честно и чистосердечно стремился к истине. Не понравилась ему услышанная проповедь и он решил прочесть Евангелие и «самому убедиться», и в зависимости от результата отказаться навсегда либо от мыслей о вере, либо — от своего предубеждения. Взял Евангелие от Марка как самое короткое, начал читать — и через некоторое время ощутил, что «по ту сторону стола, тут, стоит Христос…». И эту сопричастность сохранил на всю свою долгую жизнь.

Но есть вещь, без которой чистота сердца недостижима, и это покаяние. Поэтому именно в покаянном 50-м псалме содержится молитвенное прошение:

«Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей».

Миротворцы будут называться сынами Божьими. Понятно, что мир в душе и на земле — драгоценность, к которой нужно стремиться. А быть провозглашенными сынами Божиими — великая награда. По замыслу Божию люди были созданы именно в этом качестве, а согрешив, утратили свое богосыновство, можно даже сказать, добровольно от него отреклись и стали рабами. Таков удел падшего человека в падшем мире: в лучшем случае быть рабом Бога, в худшем — рабом греха. Откровение дает человечеству новый шанс, потому что Господь, щедрый и милостивый и долготерпеливый, вновь призывает его к Себе, заново усыновляет, — лишь бы человек унаследовал у своего Небесного Отца любовь и миролюбие.

Изгнанные за правду войдут Царство Небесное. Изгнать человека из его земного отечества нетрудно, а участь изгнанника горька. Ахматова писала о ней: «Темна твоя дорога, странник, полынью пахнет хлеб чужой». Но если он изгнан за правду Божию и тем самым несправедливо, то его ждет иное наследие: Царство нашего Небесного Отца. Вот только не надо в этом деле лукавить: считать изгнанником того, кто выбрал лучшие условия. Конечно, он в своем праве; конечно, степень принуждения при этом есть. Различие в нюансах… Кстати сказать, изгнание за правду — это не только высылка из страны, но и увольнение из-за веры (веры! а не из-за пренебрежения своими рабочими обязанностями, как это, увы, бывает).

Последняя из «заповедей блаженств» касается тех, кто претерпевает поношение, гонение (а мы знаем, что были в истории, и древней, и недавней, гонения смертельные) и неправедное злословие — за Христа. Но вот именно что за Него. Это не значит, что если вас обругали в магазине или в конторе, то вы уже страстотерпец. Или если на вас возвели напраслину, осудив из-за непривычной прически. Да, напрасно обиженный нуждается в сострадании (очень мне подозрительно, когда пострадавшему чуть ли не под дулом автомата кричат: «А ты смиряйся!» — лучше бы обидчиков посмиряли), праведником он сможет стать разве что если переборет обиду по-христиански. Но всегда нужно помнить строки Апокалипсиса, где речь идет о 144 тысячах праведных (число — символ полноты, тысячекратный квадрат 12), нашедших приют под Престолом Божиим и облаченных в белые одежды.

Наконец звучит призыв к радости и веселью в ожидании великой награды на небесах. И вот тут следует подумать: а на земле-то что? Сплошное горе и уныние? Вот это вряд ли, потому что само по себе исполнение этих заповедей несет в себе награду здесь и сейчас. Разумеется, она несравнима с небесным блаженством, но она его подготавливает, потому что тот, кто не любит людей (а это уже само по себе радость), не сможет полюбить и Бога, и тот, кто не знал радости, — как может ей научиться?

Другое дело — наша жизнь исполнена испытаний, и нам постоянно приходится делать выбор между добром и злом. Выбор этот труден, потому что, выбирая добро, мы рискуем подвергнуть себя очень крупным неприятностям. Но сам по себе этот выбор несет в себе и отраду: ощущение того, что я с Господом, а Он со мной. Замечательный христианский писатель Генрих Бёлль в романе «Бильярд в половине десятого», может быть, лучшем романе ХХ века, назвал это выбором между причастием агнца и причастием буйвола. Причастие агнца означает выбор пути Христова, причастие буйвола — присоединение к грубой и злой силе. И никто этот выбор за нас не сделает.

«С Богом нашим взойдем на стену», говорится в Псалтири. И без всякого карате.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.