КОВЧЕГ ХУДОЖНИКА БОЧКАРЕВА

КОВЧЕГ ХУДОЖНИКА БОЧКАРЕВА Тот, кто смог написать «Пиры Валтасара», наверное, эпикуреец, изыскан, и даже развязен. Чужим опытом сыт не будешь. Так рассуждала я, когда шла на встречу с оренбургским живописцем Станиславом Бочкаревым. Поэтому заранее настраивалась на всякие «светские разговоры». Встреча была назначена на пятом этаже обыкновенной с виду городской пятиэтажки. Вскарабкавшись на последний этаж, я обнаружила, что весь он отдан художникам под мастерские: на площадке красовался антикварного вида столик, на нем в стеклянной банке сох букет цветов. Рядом было нагромождение рам и мольбертов, а в огромные окна мастерских заглядывало выцветшее от жары степное оренбургское небо.

Вместо эпикурейца я обнаружила человека, который, казалось, растерялся от неожиданного внимания к своей персоне. Он то бросался вынимать из разных углов мастерской свои картины и устанавливать их на мольберт, то настолько трогательно просил отведать слив, грецких орехов и красной смородины, которые он припас к сему случаю, что отказаться было неловко. Я поедала «натюрморты» и вела с художником заготовленные «светские разговоры». Бочкарев от этого, казалось, еще больше застеснялся, в конце концов просто замолчал и сел на стул. Я растерялась и тоже замолчала. Пауза затянулась. Тогда художник открыл круглый, потертого вида чемоданчик и выудил оттуда бутылку кагора. Мы немного выпили «церковного» вина, рассмеялись и перестали друг друга бояться.

Я поняла, что Станислав Климентьевич Бочкарев не рафинированный эстет, он — другой породы. Похож на невысокое кряжистое дерево. Не любит «шуршать листьями» без веской на то причины. Художник рассказал, что он из простой рабочей семьи города Орск Оренбургской области. В 1980 году окончил Оренбургское художественное училище. «Думал, не примут, — вспоминает он, — я ведь был уже взрослый — 28 лет, но поступил, словно в последний вагон поезда судьбы запрыгнул». Он рассказывает, что вовсе не собирался быть художником, просто подражал своему брату, который неплохо рисовал, но брат потом избрал другой жизненный путь, а вот Станислав «попал» в живописцы. Теперь Бочкарев — член Союза художников России, имел несколько персональных выставок, его работы хранятся в музеях Перми, Екатеринбурга, города Люблина в Польше, в частных коллекциях Германии, Франции, попали и в художественный каталог «Русская галерея 21 век», выпускаемый в Великобритании.

Особенно знаменитым Станислав Климентьевич стал в последнее время, когда написал ряд работ на евангельские темы.

Вначале он внимательно перечитал Священное Писание, Деяния апостолов, а потом из-под его кисти появились «Буря на море Галилейском», «Танец Саломеи», «Архитекторы из Вавилона», «Обращение Савла», «Хождение по водам», «Пир Валтасара», «Ночь в Иерусалиме». В этих работах чувствуется влияние любимого Бочкаревым Питера Брейгеля-младшего. Все фигуры несколько гиперболизированы, некоторые по-настоящему гротескны, как, например, в «Ночи». Вот стоит несчастный заплаканный апостол Петр, он закрыл широкими рукавами лицо, его голова седая (!). Тетка базарного типа злобно тянет апостола за рукав, из кошелки у нее торчит только что прокукарекавший петух, а рядом римские воины, горожане, занятые происходящим событием постольку, поскольку оно приносит развлечение. Они карикатурны и от этого неприятны. Трагизм происходящего ощущается даже в таких тонких вещах, как падающий на Петра ослепляющий яркий свет луны, а сучки расположенного рядом дерева — словно вездесущие глаза, от которых не спрячешься никуда.

Или «Архитекторы из Вавилона» — седобородые гномы в остроконечных, колких, словно костяных колпаках, с серьезными, гордыми, уверенными в своей правоте лицами. Художник признается, что написал эту картину буквально за неделю, на одном дыхании. А вот эскизы делал очень долго. «Все эти сюжеты очень жизненные и очень соответствуют сегодняшней нашей действительности», — считает он.

— Бог помогает избранным, талантливым?

— Я не считаю себя избранным, — спокойно отвечает Бочкарев, — я даже не считаю себя порядочным христианином. Но ведь Бог помогает всем, если Его сильно о чем-то просят…

— Должен ли художник верить в Бога, нужна ли ему духовность?

— Каждый человек должен быть духовным, вне зависимости от профессии, — уверен Станислав Бочкарев. — Строитель ли он, бизнесмен… Каждый должен думать о высоком!

— Вам Бог помогает в работе?

— Бог помогает тому, кто работает! — основательно отвечает художник.

«Я крестился в конце восьмидесятых, казалось бы, за компанию с нашим художником Сашей Масловским, — рассказывает он, — но внутри души было большое желание приобщиться к православной вере». Он тут же смущается, что разоткровенничался, и строго пресекает себя: «Чем меньше болтаешь на эту тему, тем лучше, а то наболтаешь что попало… Греха не оберешься».

Для Бочкарева и в творчестве, и в вере главная тема — это любовь. Причем любовь особенная. Уже не первый год отправляется он летом в своеобразное художническое паломничество в Переяславль-Залесский вместе с другом-автомобилистом. «Там все зелено! — вспоминает он восхищенно. — Чувствуется, что июль на дворе. Трава по грудь, все цветет, пахнет! Такой там монастырь чудесный, священник очень добрый. Оставил нас на службу, исповедал, а потом причастил. Вечером мы ходили наблюдать за закатами. Я писал этот тихий свет».

Очень хороши его зарисовки с натуры Воскресенского монастыря, пруда в виде ковчега, полузатопленных лодок в озере, заросшем желтыми кувшинками. Но особенно Бочкарев любит рисовать яблоки. Они присутствуют у него во многих картинах, валяются перезревшие под ногами, так и слышишь их жалобный хруст. «Отчего у вас везде яблоки?» — спрашиваю. Бочкарев, словно ребенок, пожимает плечами: «Я не только яблоки люблю, но и цветы. Все, что сотворил Бог, — прекрасно. А художник пространство цвета структурирует, отсекает архаику, выделяет путем анализа и отбора суть. Ведь, когда смотришь на Божье творение, всегда хочешь узнать — а каков на этот счет Его замысел?»

Затонувшая лодка. Холст, масло. 2007 г.
Ночь в Иерусалиме. Холст, масло. 1997 г.
Хождение по водам. Холст, масло. 1991 г.
Речка Трубеж, Переяславль. Холст, масло. 2007 г.
Буря на море Галилейском. Холст, масло. 2000 г.
Обращение Савла. Холст, масло. 2007 г.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.