Дядя Гусев. Рецепт его молодости

Архивный материал

Почему дяде Гусеву всегда десять лет?

Почему быть дядей Гусевым ему интереснее, чем Вадимом Ивановичем? Быть может, дело в том, что десятилетие свое он отметил в 1941 году? Секрет — в Евангельской заповеди «Будьте как дети»?

Пожалуй, лучше всего на этот вопрос ответит он сам.

Самое лучшее, что я знаю — это петербургские старухи. О них хочется говорить исключительно стихами:

Она на кухне иль в концерте

сидит горбато или прямо,

она, пожалуйста, поверьте,

что называется, гранд-дама.

Пусть на руках ее мозоли,

во рту сухой кусочек хлеба,

она родимая до боли,

глазами отражает небо.

И вот живем еще, похоже,

ее молитвами, ей-Боже…

Вот только их уже почти не осталось. Что же делать? Есть очень простое решение: воспитывать из маленьких девочек новых старух. Мы потерялись — бабушки многое позабыли, мамам было некому передать. И чтобы соединить эту ниточку, потребуется не одно поколение. Но соединять нужно!

А петербургские старухи такие потому, что они — православные. Я только после перестройки вдруг обнаружил, что в том ДЕТГИЗе, в котором я вырос и воспитался, все настоящие писатели и художники, вошедшие в классику — Васнецов, Пантелеев, Шварц — оказывается, были верующими православными людьми! Вот что держало ДЕТГИЗ! Это, конечно, не афишировалось, но это было.

Может, поэтому наши старики и старухи такие молодые? Вот и мне всю жизнь десять лет. Потому что в 1941-м мне исполнилось десять, и я стал взрослым: отец ушел воевать, а я был старшим из трех братьев. Те, кто выжил тогда, в 1941-м, — остались на всю жизнь юными. И все мои знакомые долгожители даже в восемьдесят с хвостиком танцуют и радуются. В чем секрет их молодости? Да просто надо перестать замечать суету и видеть только вечное. А вечное — это рождение и смерть, мать и дитя. И православие, в сущности, вечный детский праздник. Что такое Введение во храм Богородицы? Маленькую девочку ввели в Святая Святых. Это настоящий праздник ребенка! Рождество — опять праздник ребенка. То есть 2000 лет мы празднуем Сохранившееся Детство. И именно об этом сказано в Евангелии — если не будете как дети, то не войдете в Царствие Небесное.

Обычно фраза «впал в детство» имеет негативный смысл, но мало ли что говорят! Я лично из детства не выпадал. И когда мои приятели празднуют сорокалетие, я говорю, что я младше их. Потому что в сорок лет еще очень много всяких забот, — и карьерных, и денежных, и детей надо воспитывать, и что-то успеть. Но это приводит к суете. А жизнь это покой, спокойствие, уверенность. После сорока заботы постепенно отпадают. А после пятидесяти, если у тебя чего-то и нет — ума, денег, или работы — ты понимаешь, что их уже и не будет, успокаиваешься и впадаешь в детство. Что успел нажить — то и нажил. Дети становятся совсем взрослыми, а внуков воспитывать интереснее. Да и спокойнее. У меня уже даже правнучка есть. И мне с ними очень легко! Потому что мы на равных. Заботится о них мама, учит — школа, а мы с ними совершенно одинаковые: поиграем, порисуем, поговорим, стих посочиняем.

И я не хотел бы омолодиться, вернуться в молодость. Даже в свои десять лет. Потому что мне придется вернуться в войну. Уж лучше я возвращусь туда, куда меня приглашают, возвращусь совсем, в вечное детство. И смерть надо ждать, как невесту. Ее очень хорошо надо встретить, в таком прекрасном детском состоянии.

У верующего человека принципиально другое отношение к жизни. Как моя бабушка меня воспитывала? Крестик в школу носить было нельзя, но она мне всегда говорила: захочешь надеть крестик — вот он у меня здесь хранится. И просфорку мне всегда приносила. Но дело даже не в просфоре и не в крестике. О чем бы ни говорили вокруг люди, как бы ни сетовали, бабушка отвечала: наказание Господне. Когда человек не думает, что все можно изменить своими силами, когда он все воспринимает как волю Божию — тогда он верующий. И хотя в словах «все в руках Божиих», «наказание Господне» вроде бы слышатся пессимистические нотки, на самом деле это настоящий оптимизм! Ведь когда проследишь свою жизнь — то в ней же, по сути, одни радости! Где бы я научился писать стихи, если бы не война? Если бы я в эвакуации не попал в деревню Македоново на Иртыше, в Сибири, и не поработал на конюшне? Я там Пегаса звал Пегашка — так что этот зверь мне с детства знаком. А почему я всегда был отличником и Академию окончил с похвалой совета? Да потому что моя замечательная мама разрешала мне не ходить в школу, не поступать в институт и вообще меня не трогала. А мне было интересно, школа нужна была мне самому, мне хотелось в Академию поступить! Поэтому когда я вернулся в Ленинград, я пришел в областную школу и сдал экстерном почти на одни пятерки все предметы за 10 классов… А что мне дала война? То, что я ненавижу праздники победы. Потому что три мои брата лежат на Лужском рубеже.

«Мальчишкой надолго запомнилось это

зеленое, жаркое, милое лето.

В июле под Лугой красивой колонной 

зеленые танки по травке зеленой 

послушно командам пошли умирать. 

С тех пор мы в войну перестали играть».

Так что больше я в войну не играл, потому что это уже не игрушечки… А вот еще подтверждение русской пословицы «не было бы счастья, да несчастье помогло». Почему ДЕТГИЗ в советские времена был на таком высоком уровне? Потому что во «взрослых» изданиях нужно было прославлять партию, а этим никто не хотел заниматься. Поэтому множество высококлассных писателей и художников нашли другое место, и на этом месте расцвело прекрасное дерево русской детской книжки, о которой Марина Цветаева в свое время писала, что это лучшее, что есть в мире.

Так что, наказание Господне — не в том, что тебя порют, а в том, что тебе на что-то указывают. И если ты делаешь выводы — становишься умнее, лучше и проще. Ты перестаешь вешать на себя ордена и погоны. И под танки уже не полезешь. А будешь эти танки встречать. Встречать — и провожать. Потому что когда этому научились, оказалось, что они легко горят! Надо просто их не бояться и поджигать сзади.

И веру, воспринятую от бабушки, я так и пронес через всю жизнь. А куда денешься, без веры-то? На что опереться? Помню, я пас лошадей в ночном. И вдруг на меня напал страх. Мне нужно отойти от костра, пойти посмотреть, где там кони, а я боюсь темноты, куста боюсь. Я пришел и сказал маме. А она говорит — ты что, не знаешь «Да воскреснет Бог и расточатся врази Его»? И я тут же выучил, и на следующую ночь больше не боялся. Вот такой детский урок. На всю жизнь. Оказывается, молитва действует!

Спрашивают, зачем человек живет? Ответ очень простой — чтобы славить Бога. Больше никакого дела у человека нет. И когда он маленький, хорошо видно, как он все время славит Бога: как титьку берет, как ручки-ножки рассматривает. Младенец, прославляющий Бога — человек удивительный. А потом он пачкается жизнью, всеми этими «дай-дай», «а почему мне меньше, чем другому». Появляется зависть, появляется ячество, и вся жизнь проходит в этой грязи. Потому что всякий раз, когда ты хватаешь больше, чем нужно, — ты становишься хуже и хуже. Но если ты к старости понял, что ничего с собой не возьмешь, ты снова превращаешься в ребенка, которому что есть, то и хорошо.

Это не значит, что деньги и имущество вообще не нужны. Купцы Елисеевы каждый день начинали в церкви, а потом шли в магазин. И сколько Елисеевы построили больниц, храмов! Суворов с собой возил походную церковь и ни одного сражения не проиграл. Так что в имуществе и славе нет ничего плохого, если главное не забывать!

Человек с годами становится сначала, может, и хуже, но потом, к старости — лучше. Если он в баню ходит. У меня еженедельно: баня и церковь. Для тела и для души. И если я неделю пропускаю, становится неуютно, неприятно, начинает почесываться то там, то здесь. И снова идешь на общее дело — Литургию.

 

Вадим Иванович ГУСЕВ

родился в 1931 году в Ленинграде. Один из немногих сверстников выжил в 1941-м. В 1958 году окончил Академию Художеств. С 60-х годов работал, в основном, в ДЕТГИЗе (издательство «Детская литература»). Писал стихи и прозу, выпустил несколько стихотворных сборников, иллюстрировал множество книжек, публиковал стихи в журналах для детей, а с 1977 года в «Веселых картинках» появилась даже постоянная рубрика «дяди Гусева». В 2008 году Вадима Ивановича не стало.

Молодой фотограф Алексей Курбатов так написал о нем: «Наставник Митьков, питерский поэт и художник ДЕТГИЗа дядя Гусев. Человек, который слушал тебя, говорил сам и находил в диалоге удивительные сопряжения мыслей, так что беседы могли бы продолжаться сутками.
Человек, живший сущностно, собеседник, не давящий своим авторитетом, он ушел самым живым стариком, которого я знаю».

В 2010 году питерский «ДЕТГИЗ» собрал и выпустил в свет замечательную книгу, составленную из лучших работ Вадима Гусева. Она называется «Про что внутри — прочти, посмотри».


УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (1 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.