Дело «Pussy Riot»: комментарии после суда

Вчера Мосгорсуд вынес свое решение по кассационной жалобе участниц группы “Pussy Riot” на решение Хамовнического суда Москвы. В результате Екатерина Самуцевич была осуждена условно, а приговор двух других участниц группы остался без изменений– два года лишения свободы. Прокомментировать событие мы попросили настоятеля храма святого Александра Невского при МГИМО протоиерея Игоря Фомина и главного редактора журнала «Наследник» протоиерея Максима Первозванского. А о том, что непосредственно происходило у здания суда, мы спросили участника событий — куратора Совета православных молодежных организаций Москвы Вадима Квятковского. 

 

Протоиерей Максим Первозванский: «Судила не Церковь, а государство» 

— Решение, принятое по делу группы «Pussy Riot» — это вопрос суда и законности, а не общественного мнения или кого бы то ни было, которые могли бы повлиять на приговор. Если суд счел, что у одной из участницы группы состава преступления как такового не было, то, естественно, не за что и осуждать. За участие человека в том или ином сообществе у нас еще, слава Богу, людей не судят. Вместе с тем, если определенная принадлежность этой девушки к акции все же имела место, то не отмена, а изменение приговора на более мягкий, думаю, вполне корректно и справедливо.

Что касается заявления одной из участниц группы о разделении понятий раскаяния и покаяния, то здесь можно заметить следующее. Если раскрыть любой толковый словарь, то появляется широкая возможность для филологических трактовок. Безусловно, что слова раскаяние и покаяние можно использовать в разных смыслах.

Действительно, слово покаяние Церковь использует для определения своего таинства. При этом, раскаяние, это, действительно, скорее некое душевное состояние, когда человек сожалеет о содеянном. Поэтому высказывание участницы группы вполне корректно. Однако тот факт, что она не сожалеет о содеянном, как раз является важным моментом в отношении которого делались неоднократные заявления и нашего священноначалия и председателя Синодального информационного отдела Владимира Легойды. В них говорилось, что если будет явлено раскаяние в содеянном, то тогда Церковь призывала бы к смягчению наказания.

Вопрос не в том, кто, где, когда и в чем будет исповедоваться – это дело личное, интимное. Однако, так как акция группы была публичной, было заявлением, демонстрацией своего мнения с целью вызвать определенную реакцию, то речь должна идти и о таком же публичном выражении сожаления, испрошения прощения у тех людей, кого она оскорбила.

К сожалению, во всей этой истории неоднократно были люди, которые осуждали Церковь за то, что эти девушки были осуждены. Я хотел бы еще раз подчеркнуть, что не Церковь судит своим судом, а судит светское государство своей системой правосудия. Поэтому говорить о том, что Церковь может или не может, должна или не должна выступать за смягчение или ужесточение приговора, не вполне корректно, так как это будет тогда давлением на суд. 

 

Протоиерей Игорь Фомин: «Эта история слишком затянулась» 

— Освобождение одной из участниц этой акции, наверное, свидетельствует о том, что ищется всяческий повод, средство, чтобы все-таки облегчить участь этих девушек. Действительно, вся эта история уже затянулась. Если бы к этому было прибавлено еще и публичное покаяние со стороны девушек, то, думаю, их всех отпустили бы.

Что касается вопросов раскаяния и покаяния, то, хотелось бы, чтобы девушки сделали хоть что-нибудь. Пусть сделают хотя бы какой-то шаг. Ведь покаяние подразумевает не только признание – какой я плохой, но и требует того, чтобы человек больше не совершал подобных поступков. 

 

Вадим Квятковский: «Православная молодежь не навязывала суду  решений» 

— Отмечу, что на протяжении всего процесса, и в Хамовническом суде, и в Мосгорсуде, представители движения «Георгиевцы!» и других православных молодежных организаций каждый день приходили на стояния у здания суда. Сегодняшний день не является в этом смысле исключением.

Приходили с одной целью – рассказать о своей позиции в этом деле. Позиция эта тоже простая – то, что произошло является кощунством. Сейчас это кажется уже однозначным, но я напомню, что еще летом, когда проходили заседания суда, многие СМИ представляли другую позицию – что проведенная в храме акция — это нормально, это перфоманс, выражение свободы слова. Православная молодежь выходила и говорила, что это не так, что есть четкая церковная оценка того, что произошло, и тенденцию однобокого освещения процесса и формирования общественного мнения удалось преломить.

Принципиально то, что православные молодежные организации с самого начала не требовали какого-либо определенного решения суда, следуя словам Священного Писания: не судите, да не судимы будете.  Однозначно, что приговор – это дело суда. А от этих женщин участники стояний изначально ожидали покаяния, призывали их к нему, об этом и молились.

Что касается сегодняшних событий, то все прошло также как и раньше. Православных молодых людей сегодня было гораздо больше, чем сторонников «Pussy Riot». Православная молодежь молилась, читала акафист, прошла шествием вокруг здания суда. Все возможные провокации со стороны сторонников панк-группы православная молодежь пресекала.

Все это было проявлением нормальной гражданской активности, возможность которой отражена и в заявлении Высшего Церковного Совета. Поэтому сегодня все прошло мирно и спокойно. 

Milov Sergey МИЛОВ Сергей
рубрика: Авторы » Топ авторы »
Корреспондент
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.