Бездомные. Похоронить по-христиански

Если при жизни бездомный еще может расчитывать хоть на какую-то помощь, то после кончины его, как правило, ждет лишь безымянная могила. Кто помогает таким людям отправиться в последний путь: организует отпевание и похороны? А, главное, почему это не всегда так просто? Мы хотели просто поговорить о проблеме, но потому поняли — лучше рассказать истории самих людей.

О них «Фоме» рассказала Светлана  Харитонова, социальный работник Службы помощи бездомным Комиссии по церковной социальной деятельности при Епархиальном совете Москвы.  

Первого человека  мы с Натальей Галенко похоронили  три года назад. Вячеслав лежал в самой обычной палате самой обычной больницы, где рядом с бездомными  лечились  обычные москвичи.

Вячеслав

Одного из пациентов больницы навещала женщина, которая  попросила прийти к своему заболевшему знакомому,  батюшку  — иеромонаха Василия (Ильина) из Данилова монастыря. К моей большей радости, услышав о том, что к соседу придет священник, Вячеслав изъявил желание приступить к Церковным Таинствам.

Отец Василий пришел, – исповедовал, Причастил, принес Евангелие, гостинцы. Потом пришел еще раз.

Затем у Вячеслава ухудшилось состояние, обнаружилось еще одно очень тяжелое заболевание, его перевели в другую больницу, где он и скончался. Мы позвонили отцу Василию, попросили помолиться за усопшего. И именно  отец Василий сказал, что умершего нужно обязательно похоронить по православному обряду, как христианина, тем более он незадолго да смерти  принес  искреннее покаяние.

С родственниками Вячеслава я попыталась связаться, когда он  еще был жив. К сожалению, все семейные связи уже давно были разрушены. Вячеслав  пятнадцать  лет не жил в семье, с женой был в разводе. Когда я позвонила ей, спросила, не хочет ли она проститься с бывшим супругом, которого вот-вот не станет, она, по вполне объяснимым причинам, не захотела этого сделать.

Пока подопечный  лежал в  больнице, удалось восстановить ему паспорт, мы возили его в УФМС.  И, когда Вячеслав умер, паспорт этот остался у меня на руках. 

Морг  больницы выдал справку о смерти, затем я отправилась в ЗАГС, сдала паспорт и получила  свидетельство о смерти. Гроб  мы купили прямо в морге, у них же заказали автобус. Затем позвонили на кладбище, узнали, где есть свободные места. Администрация кладбища   разрешила похоронить нашего подопечного  как моего родственника.

Отец Василий отпел Вячеслава, мы его похоронили и продолжаем ходить к  его могиле.

 

Ольга

С родственниками не всегда все получается гладко…  Два года назад я отправила домой на поезде одну из своих подопечных, Олю. Потом мне звонила ее мама, благодарила.  И сама Ольга часто  звонила. Они меня поздравляли  с Новым годом, с Рождеством, с Пасхой.

Через два года, к сожалению,  Оля вернулась в Москву. Где вскоре  и умерла. Чтобы ее похоронить здесь, мне нужно было, чтобы родители Оли выслали нотариально заверенную доверенность на меня. Сами они, пожилые люди,  приехать в Москву не могли.

Доверенность они не выслали. Видимо, потому, что не доверяли, как это странно не звучит. Олин отец сказал: «Вы потом с меня потребуете денег, потраченных на похороны». Я попыталась объяснить, что, когда два года назад мы отправляли им живую Олю, покупали ей билет на поезд, одевали, давали с собой какие-то вещи, то  ничего  от них не требовали.

В итоге – доверенность мне так  не выслали. И отпеть ее заочно  родители в  местном храме  тоже отказались: «Света, отпойте ее там у себя, в Москве».

Отпевал ее вновь отец Василий. Похоронить так, как принято, не удалось из-за отсутствия доверенности, и – каких-либо документов у Оли. Мне категорически отказали, объяснив,  что у меня нет права ее опознавать, хоронить, что все это должны  делать  ближайшие родственники. Государство похоронило Олю как неизвестную, неопознанную. Но все-таки по-христиански.

Андрей

Почти шесть месяцев назад умер один из наших подопечных – Андрей, который когда-то жил в Туркмении.  Наше знакомство произошло  в больнице, где ему ампутировали ногу. Тогда мы еще не знали, что у него – онкологическое заболевание. Через некоторое  время, когда был поставлен страшный диагноз, его стали лечить в онкологическом центре. Следующим этапом стал хоспис. У Андрюши не было даже российского гражданства… Но мы успели через консульский отдел посольства  Туркмении в России (с которым мы много лет сотрудничаем),  сделать ему паспорт. Занимался этим наш социальный работник Андрей Михайлович  Кузнецов.

Однажды  у нас с Андреем состоялся непростой  разговор, в ходе которого я с трудом подбирала нужные слова.  Я спрашивала, что он думает по поводу своих похорон. Не будет ли против, если мы займемся его проводами в последний путь. Он был так рад, что мы это ему предложили… 

 За сутки до смерти Андрей  причастился.  К нему приехал протоиерей Андрей Черняев (священник, которые поддерживает наше служение  много лет). Андрей Касимов к тому времени уже не мог даже глотать (не было глотательного рефлекса).

Мы все (батюшка, Андрей Кузенецов, я)  стали свидетелями чуда: человек, который  не мог принять даже воду, — Причастился. Вскоре его не стало.

Надежда

Моя подопечная Татьяна  вместе со своей мамой  находилась в Центре социальной адаптации «Люблино». Ситуация у них была сложная, история с утратой жилья запутанная. Решение их проблем требовало приложения немалых сил и времени. Через какое-то время раздался телефонный звонок, и Татьяна, плача, сообщила, что ее мама скоропостижно скончалась в больнице.   А у Татьяны, не то, что средств похоронить, у нее на тот момент и паспорта не было, как и у Надежды, ее мамы.

«Не могли бы вы мне помочь, похоронить маму?», — спросила Татьяна. Я поговорила с нашим руководством и решили, что, конечно, будем хоронить.

Сложность заключалось в том, что формально женщина была не опознана — у нее не было документов. Центр социальной адаптации «Люблино» обратился в местное отделение полиции. Пришел участковый. Вместе с женщиной, которая жила в ЦСА, знала Татьяну и Надежду и  имела паспорт, провел опознание. С протоколом опознания, в морге нам разрешили забрать и похоронить умершую. 

Мы знали, что Надежда – крещеная, так что сомнений в необходимости отпевания – не возникало. Так получилось, что отпевали ее заочно.

Антон

У Антона Алипова – с детства сложная судьба.  Но он смог выправиться, уже устроился на работу. Но этим летом случилась беда – он утонул. Нырнул и не вынырнул. Был крещеный, исповедовался, причащался.

Поскольку утонул в Балашихе, его отпел местный батюшка отец Антоний. Похоронили Антона на том же кладбище, где и других  наших подопечных. 

Бывает сложно: чего – то  не знаешь, иногда, просто – не успеваешь. Все-таки главная наша задача – помощь бездомным в больницах. Там мы работаем с очень немощными  людьми.

Похороны – чрезвычайно трудоемкий процесс. Пока нам по силам  провожать в последний путь тех людей, кого мы  хорошо знали, кто стал нам почти как родственники. Или – хороним по просьбе тех людей, которых знаем, как было с Татьяной и ее мамой Надеждой… 

У нас появились помощники и благотворители: одна из компаний, оказывающих ритуальные услуги, жертвует нам при похоронах гроб, крест  и другие ритуальные составляющие, иногда предоставляет автобус. (ГУП «Ритуал»). На Перепеченском кладбище сотрудник Константин старается всячески помочь. Мы очень благодарны им.

Я прошу всех, кто будет читать эти строки, помолиться об усопших упомянутых  в этой статье: за Вячеслава, за Надежду, за Ольгу, за Андрея и Антона, а также за Ирину и Андрея о которых в статье не упоминается. Я называла подлинные имена. У наших подопечных, как правило, за плечами очень сложная жизнь. Им очень нужна молитва.

А если у кого есть возможность, можно прийти на кладбище присмотреть за могилой, поправить покосившийся крест, прибраться. Это тоже будет делом милосердия.

УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (2 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.