БАМБАНГ ДВИ БЬЯТОРО, ПРАВОСЛАВНЫЙ ИНДОНЕЗИЕЦ

Архимандрит Даниил (Бамбанг Дви Бьяторо) и Православная миссия в Индонезии*

Индонезия — пятая по величине страна в ми ре с населением около 220 млн. человек и первая в мире по численности мусульманского населения (почти 90% индонезийцев причисляет себя к мусульманам).
В VII-VIII веках в Индонезии проповедовали первые миссионеры из антиохийских (сирийских) христиан, но после того как скончались последние представители духовенства, местные жители почти ничего не знали о Православии, так как оказались в политической и географической изоляции. В XI веке католический епископ-миссионер обнаружил здесь потомков христиан; они выжили, несмотря на почти три столетия относительной изоляции. Из того раннего периода до нас не дошло ни одного письменного свидетельства, хотя предание сохранило имена трех местных епископов: Map Ябаллаха, Map Абдишо и Map Дэнха.
Таким образом, несмотря на преобладающее мусульманское население, в Индонезии есть и христианские корни, слабые, но глубокие. Большинство индонезийцев не знают об этих корнях, но архимандрит Даниил (Бам-банг Дви Бьяторо), первый православный священник и миссионер в современной Индонезии, подчеркивает, что именно Восточное Православие появилось в его стране раньше всех других христианских конфессий.
Бамбанг Дви Бьяторо родился в мусульманской семье в 1956 году, в отдаленном городке Моджокерто на востоке о. Ява. Как многих на Востоке, его воспитывали престарелые дед и бабка, преимущественно дед, проживший до 104-летнего возраста…
Впервые Бамбанг встретился с христианством, когда он был еще подростком. Его восприятие христианства было сформировано мусульманскими апологетами, которые считали христианство ересью.
«В исламе, — говорит о. Даниил, — является непростительным грехом смешивать Бога и Его творение, а, по мнению ислама, христианство учит именно этому».
Бамбанг был идеалистом, его разочаровывало отношение многих соотечественников к своей религии. По его мнению, они не отвергали ислам, но считали себя мусульманами больше по культурным корням, чем по осознанной вере. Такому же ложному пониманию религии он позднее противился уже в христианстве.
Юноша хотел получить ответы на множество существовавших у него вопросов о христианстве. Христианство интересовало его, но оставалось закрытым, задрапированным мусульманскими понятиями.
Бамбанг обратился к мужу одной из своих учительниц, который был протестантом-харизматиком (пятидесятником). Этот человек рассказал о Христе с точки зрения протестантизма, но его слова не убедили молодого Бамбанга.
Бамбанг не был согласен с протестантскими объяснениями природы Христа и Святой Троицы, — здесь сказались мощные запретные механизмы исламского образа мышления, — но он начал читать вместе с Кораном и Библию, выискивая истину в сопоставлении двух священных книг, сравнивая их содержание. Однажды при чтении Корана он пережил откровение, в котором почувствовал ответ Самого Бога на свои искания.
«Я читал Коран, — рассказывал он. — Он лежал открытый у меня на коленях. Я читал третью суру, 45-й аят, место, где Ангел Гавриил сказал: «О Мариам! Воистину, Аллах словом Своим сообщает тебе радостную весть: [ты родишь сына]. Имя его — Масих ‘Иса «, сын Мариам. [Он будет] почитаем в этом и будущем мире и приближен [к Аллаху].**
После этого Бамбанг начал смотреть на христианство по-другому, через призму учения Корана. Хотя Коран и отвергает Христа как Бога, но свидетельствует о почитании Христа. Постепенно Бамбанг все глубже знакомился с христианством, его вера росла, вопреки многим трудностям. Но он не мог окончательно решиться признать себя христианином.
Его ждало испытание, которое помогло сделать выбор и изменило всю жизнь. Бамбанг скры вал свои духовные поиски и ни с кем не говорил о встречах с христианами. С особой тщательностью скрывал он все от своего набожного и благочестивого деда, которого одновременно и уважал и боялся.
Однажды Бамбанг вернулся домой после очередного тайного посещения церкви и Библия вывалилась у него из-под одежды и упала прямо к ногам деда. Бамбанг тут же был избит, убежал из дома, но позднее все-таки вернулся и предстал перед своим дедом-мусульманином. Тот пожелал знать, почему внук оставил ислам. Бамбанг, сам будучи лишь наполовину обращенным, стал защищать веру во Христа как истинную исламскую веру; это вера тех, говорил он, кто истинно покорен Богу.
О. Даниил пересказывал этот диалог:
— Дедушка, ты очень старый. Если ты через какое-то время умрешь, ты уверен, что попадешь на небеса?
— Нет, я не знаю.
— Почему?
— Это зависит от совершенных мною дел. Это зависит от равновесия чаш весов: если окажется больше добрых дел, я пойду на небеса, а если будет больше плохих дел, я отправлюсь в ад.
— А ты уверен, что твои добрые дела перевесят твои плохие дела?
— Я не знаю.
— Так значит, ты не покоряешься Богу. Ты зависишь от самого себя, от своих собственных усилий. Что это за мусульманство? Но позволь мне, дедушка, рассказать тебе. Бог послал Свое Слово, и ты на самом деле способен познать Бога лишь через слово. Ты знаешь, что имя пророка Исы в Коране означает «Дух Бога». Этот пророк Иса не просто человек. Коран говорит, что Он родился без отца, что означает — Он родился непосредственно от силы Божьей. Это — Слово Самого Бога, ставшее человеком по имени Иса. Значит, Слово Божье низошло в этот мир для того, чтобы восстановить его, чтобы освободить нас от власти зла. Религия — это не просто способ совершения добрых дел; она предназначена для того, чтобы даровать нам вечную жизнь. А эта вечная жизнь не может быть достигнута одними только добрыми делами, но покорностью человека Богу.
В этот момент, вспоминает о. Даниил, он ожидал выговора за свое откровенное выступление. Последовала долгая пауза, но вместо того чтобы разгневаться, его дед спокойно спросил: «Могу ли я тоже стать христианином?» Вскоре он был крещен тем же самым человеком, который привлек к вере его внука.
Спустя небольшое время после крещения дед умер, его смерть сопровождалась явлениями Божьего промысла. Хотя он был новообращенным христианином, он предвидел час своей кончины и был удостоен видения. Он скончался в мире, окруженный членами своей семьи. Ему было 104 года. Это событие, смерть деда, послужило знаком для молодого Бамбанга; он утвердился в христианстве и стал активным членом протестантского харизматического движения в Индонезии.
После окончания института Бамбанг провел три года в путешествиях: миссионерствовал как проповедник-мирянин на Яве, Суматре и близлежащих островах. Он стал основателем группы проповедников под названием «Силоам».
Бамбанг был проповедником, но у него оставались вопросы к своей новой вере. В протестантизме ему не хватало глубины и богатой традиции ислама, где каждая сторона жизни была пропитана молитвой. Он вспоминает: «В детстве меня научили молиться в установленное время. В церкви пятидесятников нет ничего такого — не имеет значения, когда ты молишься, как ты молишься. Мне пришлось установить для себя время молитвы, потому что никаких правил на этот счет не было. Я сказал себе: «Если Бог — это Бог порядка, то у Него должны быть правила, некий ритм — и ты не можешь выбирать лишь то, что тебе нравится». Кроме того, продолжает он, я ожидал, что христиане — это люди, исполненные любви, а они оказались не такими. Я снова и снова разочаровывался и страшно огорчался, поскольку еще не понимал, что люди все одинаковые, независимо от их вероисповедания. Я жаждал какого-то более глубокого чувства и опыта, и именно в то время у меня было видение, которое повлияло на меня серьезнейшим образом.
Однажды ночью я спал и во сне увидел себя паломником в Мекке. Это был самый настоящий хадж; это было настолько реально, что я помню все до сих пор. Я сидел с другими паломниками и прямо напротив входа в Каабу я увидел Мухаммада. Он проповедовал миллионам людей; во время своей проповеди он обернулся ко мне и сказал: «Ты почему здесь? Я сказал тебе, я показал тебе путь. Почему ты не там?» Я проснулся в поту, настолько я был напуган. Почему? Потому что в исламе существует предание, согласно которому, если пророк Мухаммад является тебе, это не может быть дьявольским обольщением. Это только пророк Мухаммад. Когда я рассказал другим мусульманам о моем сне, они сказали, что это должен быть пророк Мухаммад. Но как может пророк Мухаммад сказать тебе, чтобы ты стал христианином?! Это была тайна, но благодаря этому видению я остался христианином».
С помощью благодетеля Бамбанг поехал в Сеул, поступил в протестантскую семинарию «Азиатский Центр богословских наук и миссионерства». Там он изучал английский и корейский языки, Новый Завет на греческом и иврите, церковную историю и богословие. Он буквально зарылся в изучение различий между отдельными христианскими церквами; он штудировал латинское и греческое святоотеческое богословие, но по-прежнему тосковал по родине, по молитве в установленное время, по обряду, по посту.
Однажды он сидел в своей комнате, просто смотрел в окно и остановил взгляд на отдаленном строении, которое часто видел и прежде. Крыша этого строения была похожа на купол мечети, и Бамбангу пришлось вновь бороться с желанием вернуться, хотя бы на некоторое время, чтобы отдохнула его измученная душа. Спустя несколько дней он вышел из дому и пошел по направлению к этой мечети. Когда он оказался рядом, он обнаружил, что это вовсе не мечеть, но купол греческого православного храма!
Так будущий отец Даниил впервые встретился с Православием. Он до сих пор с необыкновенным чувством вспоминает ту первую вечерню: «Тем вечером, когда я зашел в храм, в конце службы все произнесли: «Аминь!» Мое сердце колотилось. Это мне очень напомнило мечеть. Я сказал себе: «Я пришел домой…» Я знал, что отныне это — мой дом. Я мог верить в Иисуса как в Бога и поклоняться Ему по-мусульмански. Я заплакал. Это был ответ».
Бамбанг начал с жадностью прочитывать книги из библиотеки архимандрита Сотерия (Трамбаса), греческого священника этого храма. Трудно было понять многие аспекты православной веры, например, почитание Божией Матери или почитание икон, но помогала уверенность: Православие — это Церковь Апостольская. Несмотря на свои затруднения, он хотел стать православным и сказал об этом желании отцу Сотерию. Священник, испытывая Бамбанга, ответил так: «К чему тебе становиться православным? Оставайся протестантом». Они много разговаривали, и постепенно один за другим нашлись ответы на все вопросы Бамбанга. Он снова попросил отца Сотерия присоединить его к Православию. «Почему тебе этого хочется? — спросил священник. — Если ради денег, то у нас нет денег. Мы — бедная Церковь. Если тебе хочется славы, — то нашу Церковь уже долгое время преследуют. Если тебе хочется чего-то такого, то тебе лучше стать протестантским пастором. Будь хорошим проповедником, и ты будешь знаменит».
Расстроившийся, но нимало не обидевшийся Бамбанг объяснил, что ему не интересны деньги. Отец Сотерий спросил: «Зачем же тогда?» — «В этой Церкви я нашел истину». — «Если таков твой ответ, тогда становись одним из нас».
И вот в 1983 году Бамбанг Дви Бьяторо стал первым принявшим Православие индонезийцем в новейшей истории Индонезии.

* * *
Архимандрит Сотерий посоветовал Бамбангу, ставшему в крещении Даниилом, ехать в Грецию, чтобы увидеть традиционно православный уклад жизни. В течение шести месяцев Даниил изучал в Афинах греческий язык, следующие полгода он провел на Святом Афоне в монастыре Симонопетр. Здесь он впервые попробовал переводить литургические тексты на индонезийский язык. Он старался максимально точно выразить вероучительные истины, содержащиеся в богослужебных текстах. Свои первые попытки Даниил проверял и посылал длинные письма в «Силоам», объединение проповедников, организованное им в Индонезии. Объяснял свою новую веру, найденную в Православии.
После года, проведенного им в Греции, Даниил отправился в Америку. Там он окончил богословские курсы при православной греческой семинарии Святого Креста в Бостоне и получил звание доктора социологии в университете штата Огайо.
Он на много лет оказался оторванным от своей родины, и как только обучение подошло к концу, Даниил стал раздумывать о том, как полнее он мог бы послужить своим соотечественникам. После больших внутренних колебаний и усердных молитв Даниил принял монашество, чувствуя, что это наилучший путь для миссионерства. Затем, в 1988 году, епископ Питтсбургский Максим рукоположил его во священника. В том же году Даниил вернулся в Индонезию.
На родине отец Даниил начал деятельность с обращения членов своей семьи, научил их печь просфоры и изготавливать церковные облачения на местной фабрике батика. Через несколько месяцев он переехал в г. Соло и начал проводить беседы с членами общества «Силоам» (созданного им самим в то время, когда он был протестантом) — с теми, которые читали его письма и следили за его обращением. Начались занятия по изучению Библии, миссионерская деятельность распространилась на окрестные деревни. Отец Даниил организовал также годичный курс по изучению основ Православия в университете г. Соло. Понимая, что это может стать хорошим подспорьем для проповеди, он записал свои лекции и распространил их по стране. Кассеты с этими записями позволили многим индонезийцам познакомиться с православным христианством на понятном им языке, узнать о вере от человека, который был одним из них.
Вскоре отец Даниил основал в Соло домовую церковь, похожую на храмы первых христиан. Мало-помалу все больше людей принимали крещение, и на сегодняшний день миссия отца Даниила действует во множестве деревень и на целой дюжине островов.
В 1991 году Государственный департамент по делам религий официально признал Православие, входящее организационно в протестантский отдел Департамента. Миссия, возглавляемая о. Даниилом, является частью недавно учрежденной греческой православной епархии Гонконга и Юго-Восточной Азии, управляемой митрополитом Никитой.

* * *
Антихристианские настроения мусульман, считающих христианство ересью, со временем обнаружились настолько явно, что множество проектов строительства храмов были приостановлены или запрещены из-за протестов местных мусульманских общин. В одном городе разрешение на строительство было аннулировано, и наполовину построенные стены будущей православной миссии были оставлены незаконченными и заброшенными.
В 1990 году антихристианские настроения вылились во вспышку насилия: многие церкви были сожжены и среди христиан были случаи мученичества, включая убийство мусульманскими фанатиками двадцати пяти католиков, растерзанных в тот момент, когда они собрались в городе Харуку на мессу. Тысячи христиан погибли в ходе религиозных столкновений в Малакке в 1998 году. А в 1999 году исламский конгресс в г. Соло призвал правоверных мусульман разрушить находящиеся в этой местности христианские церкви. На острове Ломбок и во многих других местах христианские храмы, а также дома христиан и даже принадлежащие им предприятия были разрушены. Из-за угрозы расправы христианское духовенство, в том числе и отец Даниил, были вынуждены оставить свои дома.
Зимой 1999-2000 гг. архимандрит Даниил встретился с президентом страны Абдурахманом Вахидом, первым гражданским президентом Индонезии, избранным в 1999 году в ходе историче ского всенародного референдума. Абдурахман Вахид выразил свое уважение и поддержку православному сообществу Индонезии.
После двенадцатилетней миссионерской работы в Индонезии ныне существует десять православных храмов, в которых служат девять священников. Православная община Индонезии насчитывает две тысячи верующих; семеро студентов, будущих священников, обучаются за границей.
Православная миссия продолжает расти, несмотря на возрастающие насилие и беспорядки, отец Даниил продолжает дело проповеди. Он по-прежнему остается оптимистичным и исполненным надежды человеком, с энтузиазмом пересказывая случаи обращения в христианство из ислама, буддизма или индуизма

Перевод с английского Михаила Моисеева

* Первая в России статья о Православии в Индонезии была опубликована в № 4 журнала «Альфа и Омега».

 
47 № 2 (14) 2002
рубрика: Архив » 2002 »
/home/www/wklim/pravoslavnye/foma.pravoslavnye.ru/fotos/journal/47.jpg
УжасноПлохоСреднеХорошоОтлично (Оцените эту статью первым!)
Загрузка...

Комментарии

  • Оставьте первый комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.